Злодей выходного дня 2. Мицелиум
— У нас с ней… сложно. — опустив взгляд, ответил я.
— Тем не менее! Ты показал ей, что такое «истинный лидер». Уверен, что она тебя уважает.
— Это да. Но вышло-то случайно.
— В критических ситуациях человек обнажает истинное лицо, Джар. Возможно, она ненавидела не тебя, а маску мудака, которую ты носил с самого начала своего правления. Аль гордая! Она, хоть и дура, но не пойдет за кем попало. Так что вот тебе отличный пример.
— Пример, который получился случайно?
— Даже если и так — что такого? В жизни всё происходит аналогичным образом. Случайность может изменить судьбу. — кивнул Ганс: — Теперь Альморей готова за тебя кому угодно глотку перегрызть.
— А я — за неё.
— Вот! Люди из свиты окажут великую услугу, если согласятся пойти вместе с тобой. Ты стоишь в самом начале пути. Никто и ничего про тебя не знает. И если кто-то согласиться пойти за тобой — цени это и будь готов, что придется иногда встать на их защиту. Свита — половина злодея. Могучий фундамент, на котором будет стоять твоё будущее. — пояснил модератор, и подойдя к лилии, вдохнул аромат цветка.
Как и всегда, встреча с Гансом принесла мне кучу премудростей, которыми я потом воспользовался. Важный разговор, заставивший меня немного пересмотреть свои взгляды…
Альберт и Гера согласились остаться со мной даже несмотря на то, что я их бросил. Они вновь зашли в мою свиту и помогали, просто потому, что выбрали меня. И я не имел морального права предать их во второй раз!
На принятие решения у меня было максимум несколько секунд…
— Арвен! Готовься… Сейчас я буду использовать призыв демонической руны для активации пожирания максимального уровня! — прокричал я, обозначив зону захвата.
— С ума сошёл?! Они же даже щит не смогут поставить в случае чего! — тут же запротестовала Джин: — Неужели нет другого способа?!
— Увы, но иначе никак. Будь готова!
— Хорошо… — обреченно выдохнула лоли-огр, и начала бегать по кругу, то и дело уворачиваясь от энергетических шаров Геры и вялых атак Альберта.
Пожирание высасывало всю ману в выделенной зоне. То есть, я мог сильно ослабить не только противников, но и своих солдат, оставив без единого шанса на выживание. Казалось бы — а что такого? Проблема была ещё и в том, что лайтурит освещал далеко не весь зал, и где сейчас находился чертов кукловод — я не знал. А зелье восстановления маны не действовало в течении пяти минут, после активации пожирания.
Набрав полные легкие воздуха, я протяжно выдохнул и начал кастовать заклинание. Над Герой, Альбертом и Джин возникла ярко-красная пентаграмма. Вспышка на мгновение осветила зал полностью… Черт, а ведь я недооценивал масштабы подземного дворца Кьюбея! Чует сердце, что мы сегодня ещё побегаем. Убить кукловода не составит особого труда… главное — найти.
Звук, подобный выстрелу из мощного плазмогана резанул по ушам, и наши очарованные марионетки тут же рухнули на пол.
— Фуух… — с облегчением выдохнула Джин, и словно собачка подбежала к нашему карманному Чаку Норрису: — Не ушибся?! Всё хорошо?!
— Угу… — Альберт лежал и смотрел в потолок удрученным взглядом: — Это было жутко… Нет, я и раньше слышал, что заклинания подчинения очень опасны, но ощутить на себе… Жесть! Я… Как будто был пилотом, а моё тело — огромным поломавшимся самолетом.
— Ничего страшного! Всё позади! — продолжала лепетать псевдололи, помогая парню подняться.
— А со мной тоже всё хорошо… Можете не спрашивать… — раздраженно профырчала Гера, и я тут же запустил в неё тентаклями: — Эй! ЭЙ!!! ТОЛЬКО НЕ ЭТО!!! Хотя…
— Стараюсь всегда быть джентльменом. — усмехнулся я, глядя на то, как проклятые щупальца помогают чародейке подняться на ноги: — Идти можете?
— Ну… Относительно… — ответил юный паладин: — Кстати, а вам когда-нибудь попадались конфеты и коржики в старых сундуках? Типа… никто ещё не понимал, зачем они нужны и сразу же сливал их в ближайшем пункте приема за пару золотых.
— И что? — поинтересовался я, оглядываясь вокруг. В паре сотен метров от нас зиял огромный проход. Надежда на то, что Кьюбей выйдет на бой ещё теплилась во мне маленьким пламенем свечи…
— Походу дела, они были созданы для того, чтобы восстанавливаться после пожирания… Отдал бы что угодно за подобное. — вздохнул Альберт.
— Правда, что угодно? — Джин тут же вцепилась в руку рыцаря: — Ты уверен в своих словах?
— Конечно… А, что толку? Всё равно среди нас нет тех, кто такое собирает и хранит. Гера, пока мы путешествовали без Кретуса, трижды находила коржики и продавала их торговцам. А Патрон вообще ученик демона! Он на них внимания не обращает.
— Вообще-то у меня есть коржик. — хитрая любительница тега «бебифейс» тут же вытащила из сумки мучное изделие: — Отец частенько выпивал и… рассказывал мне страшные сказки на ночь. Мы жили в старом прогнившем доме в Камушках… Туда постоянно задувал ветер и монстры из сказок отца, как будто оживали, не давая мне спать. Будешь моим плюшевым медведем на ближайшую неделю?
— Для сестренки — всё, что угодно. — по-братски улыбнувшись, Альберт приобнял миниатюрную воительницу, от чего та аж затряслась, сверкая похотливым взглядом: — Не стоит плакать! Я всегда защищу тебя…
— Это слезы счастья… братишка… — Джин жадно втягивала носом аромат юного бойца. Во дура-а-ак… Ты выбрал не ту девушку, дружок-пирожок. Ночью тебя ждёт жесткое джага-джага! Но предупреждать не буду. Признаться, честно — наблюдать за этой парочкой одно удовольствие.
— Не хотелось бы прерывать воссоединение брата и сестры (в стиле «Связанных небом»), но нам пора идти! Кьюбей, где-то там… И боюсь, что если мы не найдем его сейчас, то задание будет провалено. — кашлянув, произнес я.
— С этими проклятыми требованиями нам придется забыть про отдых и сон… — недовольно фыркнула Гера: — Совсем оборзели! Грибники, хреновы…
— И не говори.
Мы с Джин пошли вперед, чтобы в случае нападения, можно было сразу же отразить атаку. Не уверен, что Кьюбей больше не будет создавать своих жутких личинок.
Пройдя в тоннель, я услышал подозрительный шорох. Испуганно пискнув, Гера вновь спряталась ко мне под плащ.
— Тебе не надоело? — обреченно вздохнув, спросил я.
— Нет. — уверенно ответила она, держась за мой ремень: — Это вовсе не потому, что я боюсь… Просто тут так тихо и тепло…
— Ага! Знаешь… — под ногами что-то хрустнуло. Я замолчал, чувствуя, как хватка Геры моментально усилилась. Присмотревшись, я увидел что-то типа сухого тростника, раскиданного по полу тонким слоем: — Погоди. Арвен! Что это за дичь?
— Хмм… — девушка присела на одно колено и подняла высохшую тростинку: — Походу, стебли томной жимолости! Её корни используют для некоторых зелий… Слышала, что цветы собирают для декора, но это не точно. Зачем её тут так много — ума не приложу. Может быть, Кьюбей банчит опиумом?