Путь Кочегара I
Сейчас шло второе лето 79 года эпохи династии Кон Чай — в каждой провинции использовалось собственное летоисчисление. Также в далеком прошлом случилось некое великое событие, прозванное Исход Духов. Если вести отсчет от него, то шел 5818 год от Исхода. Мне второй подход нравился больше. Как-то непривычно думать, что твою династию используют в качестве мерила эпохи.
На завтрак мы втроем собрались в помещении за столом напротив кухни. Столы здесь были низкими, а сидеть приходилось на подушечках, набитых то ли соломой, то ли жесткими перьями. Сати и Мо-Шэн сидели аккуратно, поджав под себя колени. Мне это показалось неудобным, поэтому я устроился со скрещенными ногами. Завтрак состоял из все того же риса, но в виде каши на молоке с добавлением сушеных фруктов. Просто, но сытно и вкусно. Не совсем понятно, почему гун-нань целой провинции Чайфу питается хуже обывателя из моего прошлого мира, ну да ладно.
— Память к вам так и не вернулась, молодой господин? — вопросила Сати таким тоном, что становилось очевидно — она до сих пор мне не верит.
Девушка смотрела за тем, как я орудую деревянной поварешкой со смесью скептицизма и снисхождения.
— Нет. Буду признателен, если объяснишь, что к чему.
— Раз таково ваше желание… Набирайтесь сил, господин Кон. Еда — важнейший источник духовного огня. На начальных ступенях только из нее и возможно получать энергию. Говорят, пламетворцам высших ступеней хватает всего одного зернышка риса, чтобы насытиться и восполнить недостаток духовного огня. Но для этого необходимо пройти огромный и трудный путь.
Я и без подсказок Сати старательно набивал желудок. После вчерашнего боя голод постоянно преследовал меня. Возможно, в этом был виноват тот трюк с черным огнем, который мне удалось применить, а может, и ранения давали о себе знать.
— Пламетворцы? — переспросил я.
— Так называют людей, ступивших на путь самосовершенствования и постижения секретов Цунь-Ши-Дао. Иногда их еще называют огневиками, культиваторами или по-простому практиками — теми, кто практикует Цунь-Ши-Дао. Все в мире пребывает в гармонии, в равновесии с самим собой. Цунь означает развитие тела, Ши — укрепление разума, Дао — очищение души.
Я вспомнил про концепцию инь-ян, которая была популярна на востоке. Белое и черное — философское отображение противоположностей.
— Разве не два элемента должно быть? — уточнил я.
— Два элемента никак не могут находиться в равновесии. Попробуйте создать табурет с двумя ножками. Сможете ли вы не него встать? — изрекла Бхоль местную мудрость. — Табурет с тремя ножками будет стоять устойчиво. Четыре опоры — еще лучше, но и трех хватит для саморазвития.
— А что насчет ступеней, о которых говорили бандиты Чена? Личинки какие-то?
— Пламетворцев разделяют по рангу силы. Существует нулевая ступень, также называемая Пустой. Большинство людей именно Пустые. Они неспособны высвобождать духовный огонь. Первая ступень зовется Новичок или Начинающий, в простонародье ее презрительно называют этапом Личинки. У остальных ступеней также есть свои животные аналоги, но не столь оскорбительные. Практика второй ступени или Рекрута также могут назвать Лягушкой. Следующим идет Боец или Крыса.
— А ты сама какого ранга?
— Я постигаю ступень Рекрута, этапы Цунь и Ши почти пройдены мной. Остается этап Души, с которым свои сложности.
— Рекрута можно отличить по духовному огню серого цвета, — пояснила Мо-Шэн.
— Верно, — кивнула Сати. — В отличие от почти бесполезного черного огня, серое пламя дает хороший жар.
Девушка вытянула кисть и высвободила свою внутреннюю силу. На ее ладони заплясали маленькие язычки пламени. Они не были полностью серыми. В них иногда проскакивали и черные всполохи, и темно-красные. Но серый цвет преобладал. Выглядело красиво и завораживающе.
Сати захлопнула ладонь. Язычки огня пропали, и я очнулся от наваждения. Ступень Рекрута, значит. Выходит, Бхоль сильнее меня, но все равно продолжает подчиняться. Мне подобное поведение казалось странным, учитывая ее явную неприязнь к Ли Кону, но девушка, очевидно, обладала железными принципами и не имела намерений нарушать договор.
— Фу-ух, — отложил я плошку в сторону и похлопал по наполнившемуся животу. — Спасибо за угощение.
Сати снова взглянула на меня, сузив глаза. Словно слова благодарности прежнему Ли Кону были совершенно чужды. Так оно могло и быть, в принципе. Возможно, мне следует вести себя более злобно, чтобы не выдать свое иномирянское происхождение? Надо подумать об этом.
— Негоже господину отставать от ученицы. Поможешь мне достичь следующей ступени, Сати?
— Вы желаете, чтобы я занялась вашей тренировкой? — удивилась девушка.
— Других учителей пока что на горизонте не видно, так что да — желаю.
— Раз так, я с удовольствием займусь вами, молодой господин, — улыбнулась Сати.
И предвкушающе-садисткая улыбка на лице прекрасной девушки не предвещала ничего хорошего. Мелькнула мысль пойти на попятный, но я сжал волю в кулак и отогнал прочь пораженческий настрой. Кочегары не отступают от трудностей!
— Пройдем в арсенал, господин, — Сати поднялась из-за стола.
И даже в таком простом действии ощущалась грациозность и величие. Спина девушки всегда держалась прямо, олицетворяя собой ее непоколебимый характер. Нас тоже в детстве учили правильной осанке, но из-за расхлябанности и вседозволенности мало кто серьезно следил за этим. А к тридцати уже у большинства знакомых, особенно при сидячей работе, возникали проблемы с поясницей или другими отделами позвоночника. Что-то мне подсказывало, что в этом мире сидячей офисной работы не так уж много.
Арсеналом оказалось большое помещение с отдельным широким и высоким выходом на задний двор. В зале находились пустые манекены, полки и подставки для хранения оружия, стены были украшены гобеленами с изображениями сражающихся воинов. Однако в целом помещение пустовало: боевого оружия внутри было мало.
Исключением являлся объект, сходу притягивающий взгляд любого, кто бы ни зашел в арсенал. Лучи утреннего солнца пробивались через окно, освещая массивный металлический доспех необычного цвета. Светло-коричневые тона сменялись зеленоватой патиной. Судя по всему, доспех был сделан из меди. В местах некоторых сочленений виднелись трубки из серебристого металла, похожие на сервоприводы. Кое-где выглядывали медные линии, по которым, наверное, подавался сжатый воздух или пар для активации приводов.
Доспех имел многочисленные повреждения, нанесенные, очевидно, во время страшного сражения. Левая рука была перерублена в районе ниже локтя. По всей поверхности доспеха виднелись разнообразные следы от ударов. Особенно досталось ногам: в некоторых местах были сплошные пробоины, а сервоприводы оказались разрушены. Теперь стало ясно, что имели в виду бандиты, когда говорили, что доспех не на ходу. С такими повреждениями механизм не сможет работать как следует.