Ты моя, Птичка!

— Она что, правда беременна? — спросил я, не веря не единому слову, что поведала им Карина. Та еще стерва.
— Я не знаю. Меня вчера доконало то, что ушла Ада, не оборачиваясь. Истерика сына и разгром дома, чуть ли не до основания. Беременность я оставил на потом.
— Что я могу сделать, дядь Саш?
— Попробуй поговорить с ним. Может, тебя послушает.
— А где он сам то?
— Мои ребята сказали, что сидит у дома Адель.
— Я попробую, хотя бы узнаю, что он вообще думает делать. Но… вы что-то знаете об отце Ады? Дан о нем не очень хорошо выражался.
— Все что смогут выяснят до конца сегодняшнего дня. Понимаешь, у меня же документы на удочерение лежат. Все должно было решиться на этой недели. А тут…
— Ладно, товарищ Пушкин, не вешай нос. Дана беру на себя.
— Спасибо, Антон.
На том и разошлись. Я сразу узнал адрес Адель и поехал туда. Даня сидел на лавке, как неприкаянный. По-мужски, парня жалко было. Он мой друг и брат. Один из тех, за кого жизнь бы отдал. И сейчас, то отчаяние, что излучало его мощное тело нагоняло горечь.
— Дан, поехали домой. — подошел я к нему.
— Отец рассказал. — не спросил, сказал просто.
— Да, он очень переживает.
— Я хочу ее увидеть, поговорить. Объяснить.
— Что ты объяснишь, Дан? Дай ей немного времени.
— Езжай домой, Тох.
— Без тебя не уеду.
Я сел рядом с ним на лавку и так мы просидели не меньше часа. Дан сжалился надо мной в итоге и, сев в машину, погнал к дому, я проследил. Отчитался перед Пушкиным.
Вечером все рассказал Васе.
— Антош, а Карина… она правда беременна?
— Я не знаю, Птичка. Дядя Саня сказал, что займется этим вопросом. Дан и слышать о ней ничего не желает.
Так прошло три или четыре месяца, я уж и сбился по срокам.
Шторм каждый день ошивался у дома Ады, я взял на себя обязанности с его трассой, в которой вообще-то не хрена не понимаю. Но если спустить на самотек, хозяина могут переизбрать, а не ждать, когда он там дела на любовном фронте подлатает. Адель отказалась не только от встреч, она игнорировала все попытки Шторминских поговорить с ней. Не с Даней, не с дядей Сашей.
Мы с Васей ее понимали. Девочке действительно досталось. Пушкин все что мог, разузнал про ее отца, новости не радовали, но они хотя бы с этим родителем смогли договорится, что Сергеевич будет выделять деньги на Аду и, чтоб папашка ее сообщал о том, как поживает девочка. За нее было тревожно.
Карина оказалась действительно беременна. Живот начал расти и она этого не скрывала, в принципе, как и то, что отец ребенка Шторм. Клуб и трасса Дана об этом жужжала, как улей.
Все перевернулось в один из весенних дней. Ада тогда решилась поговорить с Даней, после чего последний ушел в двухнедельный запой, Пушкин был готов порвать любого, потому что помимо ссоры с сыном, он узнал, что и Адель там в истерике бьется. В общем, время было сумасшедшее.
Вася все время ездила со мной, разыскивая Даню. Он пропал и найти мы его не могли, только спустя десять дней знакомые ребята рассказали, что видели Дана в соседнем городе и я рванул туда. Увидел в дым пьяного друга в обнимку с местными проститутками, вырубил его одним ударом и отвез в отчий дом. Придурок чертов!
— Ты его не сильно, у него синяки наливаются под глазами. — осмотрев парня на заднем сидении, спросила меня Василиса.
— Ничего с этой тушей не будет, а за седые волосы на моей и Пушкина голове его бы еще и отпинать не мешало.
— Перестань. Он же любит ее. Вот и…
— Я тебя тоже люблю, но не напиваюсь же.
— Так давай я уйду и проверим, чем ты будешь заниматься.
— Я тебе уйду, этого придурка нашел, и тебя найду, Птичка! Запомни это.
— Я знаю. — улыбнулась она.
— Знает она. Где моя обещанная свадьба?
— Мы же решили, что после окончания мной университета.
— Еще год ждать?
— Ну, нет же. Антон, летом, мы распишемся с тобой летом, перед практикой.
— Кстати, на счет практики, я договорился с батей, он берет тебя к себе.
— Правда? Здорово.
— Здорово у нее. Он ждет нас в гости уже почти полгода, а ты все боишься чего то.
— Не боюсь, просто там твоя мама, а она все знает про меня и не известно, что ей тетя Надя наговорила.
— Забей. Важен лишь батя и Галчонок. На остальных побоку.
После этого запоя Шторм немного успокоился. Он перестал ездить к Аде и прислушался, наконец, к словам Василисы. Она постоянно повторяла, что девочке надо дать время и неважно сколько его пройдет. Ей оно нужно. Простить измену и предательство не так легко, как могло бы показаться. Вася знала наверняка и спорить с ней никто не собирался.
Мы с Птичкой, наконец-то, посетили отчий дом. К сожалению, без матери не обошлось, как и без ее реплик.
Я не стал больше терпеть и сказал, если она не заткнется, я перестану оплачивать долги ее любимого сыночка. Конечно, батя не знал, что мать просит у меня деньги. А я знал, что он не знал… в общем, да, специально. А нечего мою Снегурку обижать. Уезжали мы под злой взгляд матери и крики отца на нее.
— Она меня так никогда не примет, Антон!
— Да и хрен с ней. Я очень долго пытался сделать все возможное, чтоб она полюбила меня, но как видишь…
    
Глава 36
Василиса
Время шло. Антон все чаще говорил о свадьбе, что то планировал, составлял списки приглашенных. Я только улыбалась на него. Он бурчал, что я тяну резину, но… Не знаю, чего-то ждала. Не могла или не хотела именно сейчас идти в ЗАГС. Почему? Понятия не имею.
Мы ехали домой с клуба и мне поступил звонок с номера Лизы. Не хотела брать. Она частенько названивала, в основном просила денег, я не отказывала. Один раз даже встретились с ней. Животик вырос, оставалось пару месяцев до родов. Коля больше не появлялся и не давал о себе знать, чему я была безмерно рада.
— Да, Лиза, слушаю. — ответила я все же.
— Вася, здравствуй, — услышала в ответ я голос ее мужа.
— Что ты хочешь? Где Лиза? — при этих словах Антон сбавил скорость и припарковался на обочине, повернувшись ко мне.
— Мы в роддоме, ты приедешь? — спокойно спросил он.
— Как в роддоме, еще же рано? — заволновалась я.
— Не знаю, она пожаловалась на боли и мы вызвали скорую, врач сказал, начались роды.
— Сейчас буду. — я отключилась и посмотрела на Громова. — Антош, давай в роддом. Лиза рожает.