Трудный возраст

Ни один родитель в здравом уме не позволит своему ребёнку пренебречь качеством образования, ничем не уступающему британскому. Это хороший задел на блестящее будущее. И ради чего? Ради интрижки с женщиной сомнительной свежести и ещё более сомнительной родословной?
Да Бастриков скорее меня на своём раскуроченном мерсе переедет насмерть, чем позволит сыну бросить на втором курсе один из лучших университетов мира. К тому же, помня, как мы познакомились… хорошо не жили и не стоит начинать.
На телефон приходит уведомление о прибытии водителя.
– Угостишь даму капучино?
Через дорогу ещё работает кофейный киоск, даже образовалась небольшая очередь из молодёжи.
– Ну, ты чего, Мариша? – Его глаза округляются, как будто бы я предложила пить из лужи. – Сейчас поищем хорошую кофейню.
– Тогда ничего не нужно. – Накрываю ладонью его руку, дёрнувшуюся к мобильному в кармане. – Это сиюминутная прихоть. За время, пока ты удовлетворишь свои запросы, пропадёт вся её прелесть.
Лиам поднимает руки ладонями вверх.
– Понял. Ну, пойдём.
Он шагает на зебру, а я мешкаю, склонившись к асфальту.
– Займи очередь, я догоню! Камень под пятку попал…
Ведётся. А я делаю вид, что меня не смутило его «Мариша», и что у меня внутри совсем ничего не дрожит и не стонет. Там, где появляются милые прозвища, начинаются сложности. Если и были мысли отсрочить прощание, Лиам этим неосознанно дал им хороший пинок.
Машина уже ждёт десятком метров выше. Прежде чем скрыться в такси, не удержавшись, оглядываюсь. Светофор, у которого растерянно стоит Лиам, загорелся красным. Ветер ласково треплет тёмно-русые волосы, игриво, словно утешая.
Хочу оставить ему что-то на прощание.
«Будь счастлив» – вкладываю искренне в улыбку, всем сердцем, всем не случившимся между нами. Только понятия не имею, что делать с той частью души, что просит ринуться обратно и прикоснуться ещё раз к этим его просто божественно-острым скулам?
Не знаю… Будь мне девятнадцать, я бы не раздумывала.
Я и сейчас не раздумываю. Быстро ныряю на заднее кресло. Машина трогается, набирает скорость, а больше ничего не происходит. Асфальт не раскалывается, и небо не обваливается мне на голову. Я – реалист, а у таких людей нет иллюзий, есть только обстоятельства.
    
Глава 10
Лиам
Я весь пропах её духами, отвязными как салки в летний ливень. В области лёгких так распирает, что я готов подарить ей полмира. А она… сбегает!
Не успеваю осмыслить её печальную улыбку, как тёмная макушка исчезает в недрах такси.
Адреналин долбит в голову! Светофор горит красным, перед глазами пелена, тоже красная. Быстро прикинув, что расстояние позволяет вовремя затормозить, выхожу на проезжую часть.
Размахиваю руками, показывая водителю белой бэхи, что отступать не намерен. И едва не прилетаю в лобовое, упираясь ладонями в капот, как раз в тот момент, когда машина тормозит.
Ну конечно, за рулём тоже баба!
Впервые мыслю, как махровый шовинист, но я сейчас так зол на весь женский род! Так растерян!
Сочные маты в мой адрес обнуляют все извинения, что готовы сорваться с моего языка. Едва переборов силу земного притяжения, подтягиваю эту тормознутую автоледи за грудки. Даже в лицо особо не всматриваюсь, некогда.
– Ты что творишь?! – рычит она на меня. – Придурок…
Я киваю на жёлтое пятно, тающее за её спиной.
– Помоги мне догнать вон то такси. Цена – не вопрос!
– Что, прям и натурой можно? – огрызается дамочка, но осекается, напоровшись на мой взгляд.
Волна адреналина понемногу сходит. Мои руки на шёлковом шарфе начинает потряхивать. Пальцы сжимаются, натягивая ткань вокруг женской шеи. Так и становятся маньяками. Одна тупит, вторая…
Машины сигналят всё настойчивее. Сдаётся.
– Пристегнись.
– Побыстрее можно? – На автомате щёлкаю ремнём безопасности.
– Кого догоняем хоть? Девчонка сбежала?
– Угу. – мажу взглядом по выворачивающей руль брюнетке.
Холёная особа неопределённого возраста и степени тяжести хирургической пластики.
– Ну так ты псих, – ржёт она уже открыто. – Оно и понятно.
Да и фиг с тобой.
Я реально психую. Киплю как вулкан! Так охота догнать Марину и выяснить, какого чёрта молчит её номер?!
– Ну что, чокнутый. Мы сели им на хвост, – раздаётся азартно через пару минут. – Готов выложить сто штук?
В замешательстве кошусь на силиконовую куклу за рулём. Не хило…
Я действительно готов выложить сотку, только за то, чтоб немедленно узнать адрес Марины? Да! Именно так. Узнаю, где она живёт, и устрою гадине разбор полётов!
Я медленно выдыхаю, чтоб успокоиться. Никуда она не денется. Будет по-моему.
Медитация не помогает. Сердце от злости только сильнее разгоняется.
– Диктуй номер счёта, – бросаю торопливо, когда бэха тормозит у здания театра. Такси уже отъезжает и цоканье каблуков тонет в темноте арки.
– Иди догоняй, – отмахивается она. – Только под колёса больше не бросайся. Любовь может того не стоить…
«Спасибо» бросаю, уже выходя из машины. Здесь домов пять, скрип калитки направляет меня к самому крайнему. Двор освещает тусклая лампочка: качели, участок земли метр на пять – тесно, но уютно.
– Марина? Это ты? – дребезжащий голос останавливает меня у забора. В большом окне колышется штора, являя сгорбленную фигуру в халате.
– Я, мам. Кто ж ещё?
– Я тебе чай заварила. Пей и ложись. Совсем не отдыхаешь.
Меня отпускает. Действительно с мамой живёт, не с мужиком, как я себе успел нафантазировать.
Сжимаю пальцами волосы у корней. Мне всё ещё хочется потребовать объяснений. Спросить, почему я чувствую себя как тот кусок латекса, который мы использовали и выкинули? А потом пытаюсь представить себя со стороны, глазами её матери: помятый, лохматый, весь перекошенный…
Плохое начало.
Пусть пьют спокойно свой чай. Завтра вернусь.
Дома маскарад в самом разгаре. В зале я единственный без маски, ну и отец ещё. Кстати, чего он с таким недоумением хмурится при виде меня?
Побег мой заметил?
– Что за выходки, Лиам? – подлетает ко мне его жена, не забывая корчить по сторонам улыбки. – Олег – публичный человек. Хочешь, чтобы фотографии тебя в помаде попали завтра в прессу? И это перед выборами?!
– Нонна, сбавь тон. – Отбираю у неё нетронутый бокал шампанского. – Похоже, ты перебрала.