Путешествие по чашам весов. Левая чаша 2

— Озгуш, стой! Ты пугаешь их!
А потом сразу же Йяццу:
— Быстрее! Можем не успеть!
Они сделали рывок, словно перед финишем, но догнать малышей так и не смогли. Те добежали до леса и скрылись среди низких колючих деревьев. Йяццу остановился и опустил голову, с трудом переводя дыхание. Комда тоже замерла и тихо пробормотала: «Ничего, пусть прячутся. Я найду их, если понадобится». Йяццу повернул голову и увидел, что она дышит ровно, словно не бежала минуту назад. Женщина перехватила его взгляд и теперь уже спокойно, без досады в голосе сказала:
— Возвращаемся. Остальные, наверное, уже ждут нас.
Йяццу сделал последний глубокий вздох и почувствовал, что дыхание восстановилось. Он смущенно произнес:
— Боюсь, мне не выиграть соревнование по бегу с препятствиями!
— Ничего страшного. Тебе суждено стать первым в другом.
— В чем же?
— Зачем мы будем опережать события? Ты все узнаешь, когда придет время.
— Комда, ты опять говоришь загадками. Мне кажется, чем больше я тебя узнаю, тем меньше понимаю. Все казалось таким простым и понятным, когда мы познакомились несколько месяцев назад в моей деревне.
Женщина вздохнула, но ничего не ответила. Она осторожно дотронулась до руки мужчины и с удовольствием ощутила тепло его ладони. Йяццу хотел задать очередной вопрос, но, поразмыслив, не стал этого делать. Он успел заметить, что в последнее время их отношения стали менее откровенными. Женщина открывала себя с неожиданных сторон, возбуждая его любопытство и интерес. Йяццу не зря был последователем Клана Истины. Во всем он хотел добраться до сути. И этим сильно напоминал своего учителя, адепта Рёдзэна.
Но Комда не только шокировала его своими поступками. Она старалась ускользнуть от вопросов. Это Йяццу тоже успел заметить. И справедливо рассудил, что так не будет продолжаться вечно. Просто сейчас она была поглощена какими-то своими мыслями и не хотела тратить время на долгие разговоры. Поэтому он сдержал себя, вместо вопроса заглянул ей в глаза и улыбнулся. Комда облегченно вздохнула и, продолжая удерживать спутника за руку, повела за собой.
Теперь, идя не торопясь, они смогли лучше разглядеть окрестности и саму деревню. Здесь было не больше двух десятков домов. Все темные, низкие, больше похожие на деревянные норы, чем на жилища людей. Около каждого стоял каменный истукан с лицом человека-зверя. Двери в дома были распахнуты настежь, словно приглашая войти. Но делать это почему-то совсем не хотелось. Окна выглядели узкими и были лишены стекол. Поэтому у людей, смотревших на них, возникало странное мистическое ощущение. Им казалось, что дома являются живыми существами с открытыми в безмолвном крике ртами и мертвыми пустыми глазницами. Вокруг деревни рос редкий невысокий лес. Но сейчас был виден лишь ближайший его участок, примыкающий к поселению. Остальная часть все еще оставалась скрытой туманом. Комда, размышляя, проговорила:
— Я назначила вагкхам встречу в деревне. Думаю, в центре ее должна быть площадка, поляна или что-то в этом роде. Место, где жители могли бы собираться все вместе. Хотя я могу и ошибаться…
Но она не ошиблась. Стоило им миновать несколько темных застывших домов, как перед ними открылась большая, заросшая травой поляна. В центре ее находилось сооружение, напоминающее качели, закрепленные при помощи плетеных канатов на толстом, отшлифованном до белизны бревне. Рядом стояли вагкхи и с интересом разглядывали сооружение. Они услышали шаги и разом повернулись. И хотя смотрели они на Комду, выражение удивления и интереса все еще сохранялось на их лицах. Озгуш спросил, заранее зная, какой получит ответ:
— Догнали?
Йяццу расстроено махнул рукой, а Комда сказала:
— Они убежали и спрятались в лесу. Мы не стали их искать. Придут сами. Нужно просто подождать, когда их любопытство победит страх. А что вы можете сказать?
— Деревня совершенно пуста. В ней нет ни одной живой души.
— Мстив?
Разведчик потер пальцем длинный нос, как всегда делал перед серьезным сообщением и сказал:
— Деревня насчитывает двадцать три дома. Все они, кроме одного, имеют одинаковое строение. Я заглянул в один. В нем проживало шесть-семь человек. Таким образом, общее количество жителей могло достигать ста сорока-ста шестидесяти человек. Довольно много для такой глухой деревни. Жители ушли отсюда около недели назад. Примерно в то время, когда мы достигли гор.
— Откуда ты знаешь?
— Помолчи, Раст. Мстив, прошу тебя, продолжай.
— Жители именно ушли, а не были похищены или уведены силой. Я хотел пройтись по окрестностям, но ты назначила конкретное время встречи, поэтому я решил произвести разведку территории позже. Конечно, если от тебя, Комда, не поступит других указаний.
— Кто еще хочет что-нибудь сказать?
— Я.
— Йяццу?
— Судя по виду детей, они принадлежат к нашей расе. Но все остальное здесь очень сильно отличается от того, к чему я привык. Даже дома не такие, как в других деревнях. К тому же у нас на планете нет культов животных. Точнее, когда-то они были. Мне довелось читать об этом в очень старой книге. Половина букв в ней исчезла, растворившись во времени. Такие культы существовали очень давно. Еще до появления Великого Учителя. Я думал, что сторонников идолопоклонничества уже не существует. Что они исчезли раз и навсегда. Сейчас я вижу, что заблуждался.
— Ты не заблуждался. Просто не знал. Это разные вещи. Мстив, в деревне должен быть дом старосты или правителя. Ты обнаружил его?
— Третий по правой стороне.
— Что ж, пойдем осмотрим его.
 
* * *
Люди шли по улице, внимательно глядя по сторонам. Они продолжали отмечать те детали, на которые вначале не обратили или не успели обратить внимания. По всей видимости, здесь, в горах, было холоднее, чем в других местах, потому что в каждом доме были печи. По крайней мере, трубы возвышались над каждой крышей. Ни лавочек, ни ухоженных садиков, таких, как в Кисэне, здесь не имелось. Обычная трава, как и на лугах вокруг деревни, зеленела около домов. Только возле каменных стражей ее не было. Идолы стояли на каменных «подушках».
Еще несколько неторопливых, но решительных шагов — и путешественники оказались около дома, про который говорил Мстив. Раст с вызовом посмотрел на спутника, собираясь уличить шефа разведки в неточности. Но ошибки не было. Этот дом определенно принадлежал правителю деревни. Начать хотя бы с того, что у него, в отличие от других домов, было небольшое крыльцо. Грубо обтесанные столбы поддерживали навес. Причем их до половины покрывали зарубки. На шее каменного стража висели бусы. Комда протянула руку и осторожно дотронулась до них. Тонкие разноцветные нити переплетались друг с другом. При ближайшем рассмотрении оказалось, что вместо бусин были узелки. Связанные то густо, то редко, вместе с нитями они образовывали сложный, но логически законченный узор. Женщина несколько минут внимательно рассматривала его, а затем убрала руку и сказала: