Кикимора на выданье

   
Пролог
На краю болот, мистических и сказочных, на полянке среди берёз стояла избушка… да, да, та самая, на куриных ногах!
 
Не верите в сказки? Ну и зря!
 
За домом был разбит сад, парничок, красивый цветник и беседка. В ней восседала Ягиня, ну или по-старому баба — Яга. Да только посмевших ее так назвать ждало вовсе не сказочное проклятие, хорошо, если не на всю жизнь.
Ефросинья была молода, крепка телом, ну и рука у нее была тяжёлая. Женихов отвадила всех, суров у нее был характер, видела всех женихов насквозь, прекрасно понимая, зачем она им нужна: детей они все хотели, сильных магически… Ни о каких чувствах речь не шла вовсе.
Устала она от притязаний и ушла на самый край магического леса, сюда простые люди не заходят, а от магов, ведьмаков стоит запрет.
 
— Ну что, заготовки уже почти все сделаны. Вопрос только, зачем нам такое количество консерваций? — обратилась она к домовому. Тот шустро подхватывал закрученные банки и исчезал, отправляя те в подвал.
— Запасы карман не тянут! — возразил домовой.
— Не тянут, — с тоской оглянулась на огород. Скоро картошку копать, морковь, свеклу… ещё капуста. Забор покосился от времени, придется гастарбайтеров опять искать. Те, сволочи, харчей сожрали немерено, а забор абы как поставили, всего пятьдесят лет, а он уже завалился. У бани крыша провалилась, а куры скоро будут спать на улице. С козой вместе…
— Мужика бы в дом… хоть какого-нибудь, — буркнул домовой, забирая последнее и исчезая.
— Где ж его взять-то, мужики пошли то какие? — загрустила Ягиня.
— Какие? — заинтересовался домовой.
— Меркантильные! Денег им давай или детей без любви, магически одаренных! Лучше уж нанять кого, — вздохнула она и встала с лавки. Стряхнула фартук, снимая его с необъятной груди.
— Нанять тоже хорошо… Но свой мужик лучше!
— Поговори мне ещё тут, — хлопнула она по столу.
Вернулась в дом и, открыв потайную дверь, оказалась в квартире. Обычной, на окраине Москвы. Сначала это был свой дом, потом трёхэтажный, затем — двенадцати. Прогресс не стоит на месте, а вот возраст… вторая сотня уже никак.
— Спущусь-ка я к соседкам, на лавочку, глядишь, что путное подскажут, — накинула шаль на плечи и посмотрела на себя в зеркало; оттуда смотрела женщина в возрасте, нельзя ей показывать посторонним свое истинное лицо.
Вышла на лестничную площадку, спустилась на первый этаж и, пройдя холл, вышла во двор. Ага, вон и соседки с третьего и пятого этажа уже сидят, судачат. Увидев ее, обрадовались и махнули, зовя к себе.
— Ефросинья, наверное, только с деревни вернулась? Все огородом занимаешься? — спросила любопытствующая соседка.
— А чем же ещё, не умирать же со скуки в душной Москве? Вы лучше скажите, где взять работников, забор починить да баню. Там в деревне вообще никого не осталось… — вовсе не притворно вздохнула Ягиня.
— Ой, а у меня квартиранты появились, хорошие мужики, не пьют! Сказали, ремонтом они занимаются… Вроде как бывшие военные, подряд у них. Приехали в Москву за длинным рублем! Да только думаю я, обманут их, одиночки, без фирмы, кто их возьмёт? — рассказывала, торопясь, соседка.
— Фросенька, приходи вечерком, попьем чаю. А то вон и сейчас не поговорить, дождь натягивает, кости опять ломит, — буркнула соседка, потирая натруженные руки.
— Я тебе мазь давала, использовала уже? — уточнила Ефросинья.
— Кончилась, а тебя же не было, да и неудобно мне… Дорогая, наверное, — смутилась женщина.
— Вот ещё, принесу, у меня запас, — Ягиня встала и пошла домой, — через часик приду, пирожков напекла, принесу.
Ушла в квартиру, взяла в доме большую миску пирожков с разными начинками. Домовой буркнул недовольно:
— Опять соседок кормить будешь?
— Нет, мужиков заманивать! — огрызнулась Ягиня, собирая травяной сбор и баночку с мазью для суставов.
Спустилась к соседке и зашла без стука, знала, что ждёт она ее. На плите стояла кастрюля с супом, макароны и котлеты.
— А я и ребят кормлю, мне не трудно, а они приходят голодные. Жалко мне их, прошлый раз не заплатили им… Вернее, подкинули копейки и выгнали, и сейчас куда-то ходят. Говорят, заканчивают объект, только вот денег опять не видно.
Входная дверь хлопнула, и там кто-то, тихо переговариваясь, раздувался.
— Мальчики, руки мойте, ужин готов, — громко сказала соседка пришедшим.
На шум в дверях кухни я все же оглянулась, тут же переходя на магическое зрение. Ох не просты ребята. Проклятий на них понавешанно, болезней, ещё чего-то и слабый свет магии. Без настойки рябиновой не разберёшься…
— Что, опять не заплатили? — охнула соседка.
Мужчины только кивнули, усаживаясь к уже накрытому столу. Ягиня смотрела, как они едят, и понимала: надо брать, и ей польза будет, и им…
— У меня дом в деревне нуждается в ремонте, деньги плачу вперёд, еда за мой счёт, — посмотрела на них пристально, внушая, что она достойна доверия.
— Хорошо, — ответил один из мужчин.
— Через час жду вас у себя, за нами приедет машина. Квартира 123, — вытащила из кармана пачку денег и положила на стол.
— А расписку? — уже в дверях ее позвали удивлённым голосом.
— А что, обманите?
В ответ тишина, она согласно кивнула и вышла…
 
* * *
Вот так познакомились мои мама и папы, да, папы, они все — мои генетические отцы.
Теперь давайте знакомиться. Я — последняя кикимора на планете, и у меня потрясающие родители: мама — Ягиня и папы — три богатыря. И живу я вовсе не в сказке…
    
Глава 1
История родителей трудная и очень долгая, я всегда любила слушать ее на ночь. От всех, ведь каждый из них рассказывал ее по-разному, поэтому легенда каждый раз обрастала новыми подробностями.
О современном мире я не знала ничего, совсем. Росла в доме у матери в лесу, в избушке на курьих ножках, пока случайно проснувшиеся магические силы не позволили открыть мне потайную дверь в квартиру. Так меня шестилетнюю и нашли сидящей на балконе и смотрящей на жизнь во дворе жилого дома. Так я узнала, что есть просто люди, а есть мы, магические существа. А еще я узнала, что мне туда нельзя…
— Если мне туда нельзя, я могу хотя бы знать об этом? — спросила я у матери, которая стояла за моей спиной.
— Можешь, я думаю, пора начинать обучение. Твое будущее тебе не принадлежит, груз ответственности тяжел! — вздохнула мама.
— Почему?