Будь моим, будь другим

С кроватей послышались смешки, я проигнорировала их, приободрившись, справилась за пару часов и еле добралась до дома, уснув прямо в одежде.
— Одиннадцать часов, — услышала смешок, едва пошевелилась. — Не дурно.
Я улыбнулась и повернула голову, приоткрыв один глаз.
— Цел? — спросила тихо, а он кивнул:
— Царапина, не считается.
— Митрофанов успел подготовиться?
— Мент-таки прибежал, поджав хвост? — ответил вопросом на вопрос, потому как фамилию Митьки мне узнать было больше неоткуда, а я легла на бок и сказала просто:
— Да. Все закончилось?
— Не совсем, — поморщился Толя, — ординатор схоронился, ищем. И не могу сказать, что я хочу его найти.
— Почему? — удивилась искренне и приподнялась на кровати.
— Потому что автоматы, — поморщился брезгливо.
— А раньше что, игрушечные привозили?
— Никакие. Обычные пистолеты, там, где надо выбрать цель, прицелиться и нажать на курок, точно осознавая последствия своих действий. А не это дерьмо.
— Так вот зачем ты Муху стырил… — протянула задумчиво, а он ухмыльнулся и сверкнул глазами. — Что ж, тогда желаю тебе их не найти.
— Мне надо отъехать, — сказал со вздохом. — Не скучай.
Подмигнул нахально и тяжело поднялся, оставив меня одну. Я взяла с тумбочки телефон и набрала Карева.
— Хочешь покрасоваться? — спросила, пропустив приветствие.
— Звучит, как что-то приятное, но почти уверен, это не так, — засмеялся тихо, а я фыркнула:
— Твой батя будет тобой гордиться.
— СМИ?
— Само собой, — возмутилась в ответ. — Представь заголовок: в квартире ординатора местной больницы найден склад оружия.
— Надеюсь, на фотографии я буду выглядеть сногсшибательно, — засмеялся в трубку, но тут же посерьёзнел: — Диктуй адрес.
— Поторопись, пожалуйста, — сказала тихо, — он не сможет долго пудрить им мозги.
— Понял, — вздохнул в ответ и отключился.
А я… я принялась мерить шагами квартиру. В восемь вечера включила местные новости, посмеялась над ужасно серьезным Каревым в бронежилете над ящиками с автоматами, которые ненавязчиво разместили в однокомнатной квартире, что снимал Вахрушев.
Пол ночи литрами пила отвратный кофе и разглядывала паутину, которую поклялась никогда не снимать, чтобы в один момент не сойти с ума, не в силах сосредоточить взгляд на чем-то ещё. Оставшиеся пол ночи пыталась уснуть, но лишь таращилась в потолок попеременно с телефоном, который молчал. А когда в коридоре послышался шорох, я испугалась, а не обрадовалась.
— Это я, — сказал Толя негромко, но в тишине я прекрасно его услышала. Подорвалась и понеслась в коридор, на ходу запрыгнув на него и обхватив руками и ногами. Он тихо засмеялся, придерживая меня под пятую точку, а потом проворчал: — Дай раздеться.
— Ты услышал, что я не сплю? — спросила, слезая с него, а он пожал плечами:
— Я услышал тишину. Всегда предупреждаю, просто ты не всегда слышишь.
— Все в порядке?
— Да, мент твой все красиво сделал, пел, как соловей. Не придраться.
— Не мой, — буркнула в ответ.
Он проигнорировал, на ходу стянул футболку и отправился в душ. А я пошла за ним.
Ближе к вечеру он снова ушёл, я провалялась в кровати ещё с час, крутя в руке телефон, сдалась и набрала Карева.
— Меня повысили, — хмыкнул он в трубку вперёд меня.
— Обмываешь? — спросила с улыбкой, а он вздохнул:
— Торчу в участке и таращусь на дела об убитых девушках.
— Фу, — поморщилась в ответ, — трудоголик.
— Небезразличный, — поправил мягко. — По рассуждаем? Тебе, похоже, скучно.
— Так очевидно? — промямлила в ответ.
— А есть ещё повод мне позвонить? — я замешкалась, а он засмеялся: — Не бери в голову. Так что?
— Давай, — пожала плечами, а он возмутился:
— Не по телефону же.
— Так и знала, что будет подвох, — сказала серьезно, а он слабо хрюкнул, а потом спросил серьезно:
— Вероника Андреевна?
— Слушаю, — отозвалась сухо, подыграв.
— Вас не затруднит подъехать в участок для беседы?
— Затруднит, — бросила коротко и повесила трубку с лукавой улыбкой.
Застыла перед зеркалом, глядя на свои порозовевшие щеки, отмахнулась от собственных мыслей, собралась за три минуты и через двадцать уже входила в пустой участок.
Звук каблуков гулко отзывался в стенах, дежурного на месте не наблюдалось, я прошмыгнула мимо, не слишком-то настроенная объясняться, поднялась на второй этаж и прошла в кабинет без стука. Карев поднял голову от бумаг на столе и опустил обратно, протянув разочаровано:
— А, это ты… я думал курьер с моим ужином.
— Такой злопамятный, — скривилась в ответ и мы оба заулыбались, не в силах сдерживаться. — Что тут у тебя?
— Все то же, — пожал плечами и продемонстрировал исписанные листы. — Я сверил все, что только можно. Никакой связи, а должна быть.
— Так это Влад, — растерянно похлопала глазами, а его лицо слегка вытянулось. — Я думала, ты давно понял.
— Я слишком старательно пытался не связать два дела, — поморщился в ответ.
Дверь шумно открылась и послышался недовольный мужской голос:
— Димон, ты запарил, вали домой, — замер у входа, окинув меня взглядом, поставил пакет из доставки на пол и спросил ехидно: — А свечи вам не принести?
— Можно, — кивнула серьезно, а Карев хохотнул.
— Вали. Домой, — повторил парень вкрадчиво и вышел.
— Значит, Влад… — задумался, забыв про еду. — Как думаешь, парень отреагирует на вызов в участок? — я посмотрела на него, как на дурачка, а он скривился: — Я так и думал.
— Это бессмысленно, — пожала я плечами. — Вряд ли он притащился, чтобы участвовать в возне за поставку, он так же ищет, кто убивает его женщин, а значит, идей никаких.
— Мне должно было полегчать? — уточнил деловито, а я ухмыльнулась. — А может, это он сам? Что-то вроде финального аккорда. С одной закончил — пошла следующая.
— А по датам что? Какой промежуток?
— Рандом. От месяца до двух лет.
— Озлобленная бывшая?
— Невозможно чисто технически: они же изнасилованы.
— Чисто технически, как раз-таки, возможно, — поморщилась в ответ. — ДНК, полагаю, нет во всех случаях.
— Нет, но… женщина? — скривился Карев. — Слишком жестоко.
— Видел бы ты меня в операционной… — пробормотала себе под нос, но он услышал и завис, а потом пожал плечами: