Будь моим, будь другим
— Ты спятила, — сказал уверенно, когда я изложила просьбу.
— Окончательно и бесповоротно, — вздохнула в ответ.
— Твоим доказательствам — грош цена. На видео не видно, кто водитель, сама сказала. Только хуже сделаешь.
— Тогда нужно доказать, что он был а другом месте, — улыбнулась в ответ, а он поморщился:
— Поспать тебе надо. Выглядишь, как будто под стол сейчас рухнешь. И мне, между прочим, тоже.
— Хорошо, — сдалась, повесив голову на грудь. — Только чур не приставать.
Сашка слабо хрюкнул и помог подняться, сопроводив до своей спальни. Мы повалились на кровать, шумно выдохнули и отключились до вечера.
— Давай прикинем, — начал Абрамцев, увлечённо жуя яичницу, — чем он мог быть так занят, что не заметил, как его тачку взяли на прокат?
— Понятное дело чем, — скривилась в ответ. — Наверняка был у Гаскиной. А ты ведь его узнал, да? Ещё тогда, в квартире.
— Само собой, его сложно с кем-то перепутать, — фыркнул Саша.
— А он тебя?
— Точно нет. Всего пара ребят знает, одного ты видела сегодня. Я как-то, знаешь ли, не афиширую. Пожить хочется спокойно.
— Но сам знаешь всех в лицо?
— Отец настоял, — пожал он плечами. — Ну и первыми я забираю его парней, есть грешок.
— У Людки уже не спросить… — заметила угрюмо, а Саша поморщился:
— Даже если бы спросили и она подтвердила — никакой разницы. Слова двух баб, уж извини, не котируются.
— Смотри какая штука интересная, — задумалась вслух. — Чтобы так подставить, нужно было точно знать, когда брать тачку.
— Могли просто следить, а как только зашёл — увести.
— Взломать? — поморщилась в ответ. — Сигнализация бы сработала. Да и завести как-то надо. Нет, у этого некто были ключи. И он точно должен был быть в курсе, сколько он пробудет по адресу, чтобы сделать все незаметно. И времени должно быть предостаточно. А с Людкой он уже к тому моменту был довольно давно, там не до прелюдий. Забежал, здоровье поправил и дальше не делам.
— Это ты к чему ведёшь? — вытаращил он глаза, а я хмыкнула:
— Темперамент у него будь здоров.
— Веселенький тройничок? — хохотнул Саша. — А что, вариант. Тогда, получается, его свой же и подставил.
— Который до сих пор в морге в больнице вместе с барахлом, в котором прибыл…
— Погнали, — кивнул Саша, поднимаясь, а в машине продолжил: — Если Танька была в квартире, передать ключи от машины как нечего делать. И быстро бы явно не освободился. Только на кой черт это Людке?
— Любила его, — пожала я плечами. — На что угодно была готова, чтобы подогреть интерес.
— Говоришь со знанием дела, — хмыкнул Саша, а я поморщилась:
— Посмотри, чем я занимаюсь… а он об меня разве что ноги не вытер.
— Женская душа — потёмки, — вздохнул друг и до самой больницы мы молчали каждый о своём.
В морг я зашла одна, накинув халат и оставив вещи в ординаторской, вместе с Абрамцевым. Прошла узким, плохо освещенным коридором с моргающей лампой прямо по центру, и повела плечами, проведя аналогию с фильмами ужасов.
— Уже сделали вскрытие? — спросила хмуро, проходя в кабинет патологоанатома. На смене был Морозов, старший специалист, мужчина за пятьдесят с окладистой бородой и безучастным взглядом.
— Того с медсестрой? — спросил он, подняв голову от бумаг на столе, а я поморщилась:
— Вся больница уже в курсе?
— И близлежащие, — хмыкнул он. — Первым делом вскрыл. Полистаешь отчёт?
— Полистаю, — ответила со вздохом, а он начал рыться на столе.
— Сразу скажу — шансов не было. Даже если б успела вытянуть осколок, он там таких дел уже наворотил…
— Легче не стало, — скривилась, принимая из его рук папку. — У себя прочту, ладно?
— Как хочешь, — пожал плечами и снова уткнулся в бумаги, начав что-то торопливо писать от руки и пробурчав: — Извини, у меня сегодня работы навалом…
— Понимаю, — тяжело вздохнула в ответ и торопливо вышла, на ходу раскрывая папку.
Дальше мне предстояло сделать то, что явно шло вразрез со всеми общепринятыми нормами и, вообще-то, преследовалось по закону. Думаю, я попала даже не под одну статью.
Найдя нужный холодильник, я быстро открыла его, удостоверилась, что парень тот самый, а затем одним простым движением при помощи реберных ножниц, позаимствованных тут же, отхватила мёртвому парню большой палец правой руки, тут же сунув его в карман халата, где лежал заготовленный пакет. С сильно бьющимся сердцем закрыла холодильник, протерла инструмент и вышла, никем не замеченная с папкой в руках.
— Я себя ненавижу, — буркнула Сашке. — Твой выход.
Он скривился и пошёл в тот же морг, теперь уже со своей байкой: нашел в машине скорой чей-то сотовый, надо положить к остальным вещам, пусть полиция разбирается. Вернулся через минут двадцать, за которые я вся извелась, прижимая к груди сумку с чужим пальцем в пакетике, молча кивнул и мы торопливо покинули здание больницы.
— Ты сделала меня вором, — сказал в машине. — Хорошо, что Морозов на столько занят, что просто всучил мне ключи, лишь бы не отвлекал. Кстати, телефон сел.
Я посмотрела разъём и вздохнула:
— Поехали ко мне.
— Признайся, это самое отвратительное, что ты делала, — хохотнул Саша на кухне, когда я убирала пакет в морозилку.
— Пожалуй, — нервно хихикнула в ответ, — будет обидно, если выяснится, что ради собственного удовольствия.
— А ты его получила? — слегка поднял он бровь, а я посмотрела укоризненно, сказав:
— Включай давай, зарядка уже пошла.
Когда телефон загрузился, я достала палец, приложила его к экрану и он разблокировался. Звонить Татьяна вряд ли смогла бы, а вот отправлять сообщения… Мы проштудировали все мессенджеры, прежде чем обнаружили, что искали, но когда нашли, сомнений не осталось.
— А вот с этим уже можно и к отцу, — заявил Сашка. — Только ехать тебе придётся одной, я светиться по-прежнему не горю желанием.
— Как думаешь, я оттуда выйду? — вздохнула понуро, а он сначала пожал плечами, а потом выдал задумчиво:
— Ну, я об этом попрошу.
Он вышел звонить, а я полезла в ноутбук и скопировала видео на флешку.
— Слушай, а Мухин — тоже твоего отца? — спросила, когда он вернулся.
— Да. Но что там случилось — без понятия, можешь даже не допытываться. Я не лезу во все это, — я вздохнула, а он потряс телефоном: — Тебя ждут.
— Что ты ему рассказал?
— Что ты расскажешь сама, — хохотнул Саша. — Обещал встретить, как родную. И заметил, что это придётся весьма кстати.