Будь моим, будь другим

— Дура, — констатировала обреченно и проехала оставшиеся сто метров тихим ходом, встав за его машиной и заглушив мотор.
Посидела немного, нервным движением вытерла ладони о джинсы и вышла, решительно зашагав к дому. Открыла дверь и успела сделать шаг, а в следующую секунду оказалась прижатой к стене. Он несильно надавил мне на горло рукой и приставил к голове пистолет, щёлкнув предохранителем, а я уставилась в его глаза.
Приветствие явно затягивалось, я слабо шевельнулась, а он сделал шаг назад и осторожно выглянул в окно, а потом посмотрел на меня, рыкнув:
— Чего приперлась?
— А хрен знает, — хохотнула в ответ и слегка развела руками.
— Привела кого? — спросил хмуро, а я отрицательно мотнула головой. — Ты могла об этом и не знать, — скривился в ответ, а я снова покачала головой:
— Точно нет. Я полдня по таким дебрям колесила…
— Искала, значит? — хмыкнул, убрав пистолет за пояс джинс.
— Получается, что так, — не стала отрицать очевидное.
— Ну, нашла, — бросил зло, — дальше что?
— А хрен знает, — ответила растерянно и уткнулась взглядом в пол. — Обратно поеду.
— Дура ты, Ника, — сказал со вздохом, а у меня на глазах навернулись слёзы. — Я трижды тебя чуть не угробил, по меньшей мере.
— И трижды спас, — ответила тихо, роняя слёзы на пол. — По меньшей мере.
Он подошёл медленно, остановившись в нескольких сантиметрах, и спросил:
— Обратно поедешь, значит? — я задрала голову и промямлила:
— Поеду.
— Хрен ты куда поедешь, — хмыкнул тихо и провёл пальцами по моей щеке, убирая волосы.
Ноги сделались ватными, я ухватилась обеими руками за его плечи, а он взял меня за бёдра и легко поднял, продолжая смотреть в глаза, оказавшиеся на уровне его. Он слегка ухмылялся, а я медленно моргнула и попросила:
— Не издевайся…
Ухмылка сползла с его лица, а в следующую секунду он поцеловал меня. Я обхватила его ногами и обняла за шею, дурея от желания, и на время все перестало существовать и иметь хоть какое-то значение.
— Надо было трахнуться у каталки с Мухой, — хохотнул, пытаясь отдышаться, — ты так орала, точно бы очухался.
— Прям уж таки и орала… — пробурчала, смутившись и сползая с него на матрас на полу, служащий кроватью.
— Это комплимент, — заявил, перекладывая меня обратно на себя, как игрушечную.
— Не похож, — скривилась в ответ, а он повёл плечом:
— В следующий раз предупрежу, — я смотрела в пол, а он на меня. Через пару минут не выдержал и спросил: — Уже пожалела?
— Пока не поняла, — соврала, хотя ответ был однозначен: нет.
— Тогда давай ещё, пока не опомнилась, — ловко перевернул меня на спину, нависнув сверху, и начал покрывать мое тело поцелуями. Когда уже основательно стемнело, а у меня не осталось сил даже чтобы пошевелить пальцем, он закинул руки за голову и сказал уверенно: — Точно бы очухался.
— Скотина, — засмеялась в ответ и пихнула его в бок.
— Жрать так охото, — вздохнул, поглаживая меня по спине. — Все закончилось два дня назад.
— Дрова? — встрепенулась я, покосившись на печку, а он поморщился:
— Этого добра завались. Но я ещё не на столько рехнулся, чтобы грызть дерево.
— В багажнике пакеты, — ответила лениво.
Он подорвался и выскочил на улицу, на ходу одевая джинсы. Машину я не закрывала, так что вернулся он, нагруженный пакетами и с улыбкой через все лицо, что было довольно непривычным зрелищем. Прошёл к столу, оставляя за собой мокрые следы, и начал разбирать покупки.
— Класс, — протянул довольно и принялся уплетать все подряд.
Я села прямо на стол, потому что единственный стул он занял, и дрыгала ногами, делая себе бутерброд. Он завис, глядя на них, с трудом проглотил кусок и уставился в пустой угол.
— В чем дело? — спросила хмуро, а он поморщился:
— Тебе пора, — сказал он сухо.
— С чего это вдруг? — удивленно вскинула бровь, замерев, а внутри все сжалось.
— С того, что я так захотел, — усмехнулся и затолкал в рот половину бутерброда, в потом добавил с набитым ртом: — Проваливай и больше не приезжай.
— Отлично, — хмыкнула зло, сползая на пол. — Пожрал, потрахался и прости-прощай Вероника. Мужик прям, что тут скажешь.
Начала одеваться, собирая свои вещи по всему полу, и пыталась не заплакать, потому что было это чертовски обидно. Взяла свою сумку и буркнула, прежде чем закрыть за собой дверь:
— Козел.
— Ага, — отозвался с ленцой.
Я села в машину, вытерла злые слёзы и поехала домой с такой щемящей пустотой внутри, как будто оказалась на столе патолога, выпотрошившего меня и расфасовавшего внутренности по пакетикам. А потом я сама себя штопала.
Оказавшись в привычной обстановке, я из влюблённой дуры снова превратилась в саму себя. Все такую же влюблённую, но уже чуть менее глупую. Появились мысли и одна была ярче остальных — с какого перепуга он попер меня? Все было хорошо… нет, все было просто отлично. Для меня так вообще незабываемо, но и он в накладе не остался. Опять же, пожрать ему привезла, довольный был, как удав. А потом как будто тумблер в голове переключили.
Я попыталась вспомнить, что этому предшествовало, попутно переодеваясь в домашнее, и опустила взгляд на свои колени, на которых ещё зеленели следы после встречи с бампером. Ну и что? Подумаешь… Если только он не решил, что для меня так будет безопаснее. Похоже, парень всерьез собрался на тот свет и просто оттягивает момент, потому как бегством никакому делу не поможешь, в чем бы оно ни заключалось. А раз прогнал, потому что не желает, чтобы я присоединилась к нему в последнем путешествии, значит, точно не все равно. А значит, я хочу знать, что происходит. Было бы не лишним, ну, скажем, спросить его имя… но мы не слишком-то и разговаривали. Если не брать в расчёт, что парня на каталке он назвал Муха. Понятно, что кличка как у собаки, но так же вполне вероятно, что это производная от фамилии. Итак, предположим, Мухин. Ещё есть Людмила Гаскина. Точнее, уже нет… Машина скорой помощи, которую не так-то просто достать, и видео с камеры, заснявшая момент когда привезли простреленного.
Быстро открыла ноутбук и стала просматривать его, пристально рассматривая каждую деталь. Номера были чем-то заклеены или прикрыты, разрешения камеры не хватало, чтобы понять конкретнее, но значение имел скорее сам факт сокрытия. Цвет машины тёмный, картинка черно-белая, так что тут тоже не вполне ясно, какой именно. Но не чёрная, это точно. Еще была вмятина на бампере и одна задняя фара не горела.
— Не густо, — проворчала недовольно, а потом нахмурилась: похожую машину я сегодня уже видела, аккурат возле домика, где скрывается громила.