Не будите во мне ведьму
Или спасения.
Каллистрат с умным видом обошел вокруг нас с кошечкой, присмотрелся. Попытался ощупать тело страдалицы, за что чуть не лишился головы.
– Поздравляю, ваш зверек бременен! – авторитетно заявил князь. – И он, вернее она, рожает.
– Эк тебя угораздило, – посочувствовала я ежкиной кошке. И прикрикнула на притаившегося в сундуке хранителя: – Драго! Не хочешь ничего мне объяснить?
Послышалась возня, и хранитель опасливо выглянул из-под крышки:
– А сама будто маленькая, не понимаешь… Ты же знаешь, хозяйка, как долго я сопротивлялся. Но она меня все же уговорила. Я уменьшился в размерах и… Вот! А так все хорошо начиналось…
Я погладила ежкину кошечку, попыталась успокоить. Это какой же у девочки, должно быть, шок? Только добилась кота своей мечты, как на тебе – уже беременна и готовишься к родам. Тут любая озвереет. Так что я не удивилась, что она пыталась сожрать Драго. Так сказать, избавиться от первопричины своих бед.
– Согласился на свою голову, – продолжил жаловаться хранитель. – Она высосала из меня все силы. А когда я попытался вырваться, чуть не сожрала. Только вот в сундуке и удалось спрятаться, пока она, набегавшись, уснула.
– Интересный вид, – заметил Каллистрат. – Удивительно короткий период вынашивания. А силы, скорее всего, самке крайне необходимы, чтобы не умереть самой. Это инстинкт – убей самца, но выноси и произведи потомство.
– Не удивительно, что ежкины кошки такие редкие создания, – мявкнул Драго. – Вымерли все, при таком жестоком истреблении половозрелых самцов. Это ж надо: сожрать ради продолжения рода. Я ж не богомол какой-нибудь, а целый потомственный хранитель!
– Придурок ты редкостный, – оборвал его жалобы князь. – Надо было изучить объект, а уж потом на него наскакивать. Так что сам виноват.
– И вообще, хватит жаловаться, помогай лучше, – добавила я. – Не знаю почему, но мне кажется, твои отпрыски вот-вот появятся на свет. Так что тащи чистые простыни, горячую воду. А я пока приготовлю обезболивающее – надо помочь девочке.
– То есть то, что она пыталась меня сожрать, вас не волнует?! – возмутился хранитель.
Позабыв о страхе, выполз из сундука и состроил обиженную физиономию.
– Не делай вид, что тут ни при чем, – посоветовал ему князь.
– И выполняй указания хозяйки, – добавила я. – Сначала примем роды, а уж после разберемся, кто кого сожрет.
Князь любезно согласился присмотреть за ежкиной кошкой, пока я готовлю снадобья. Расстелил для нее чистое покрывало на полу, подал воды и даже показал, как правильно дышать. Такой милый.
Ежка тоже оценила старания и даже позволила Каллистрату себя осмотреть. И я спокойно отправилась на кухню. Посетила было идея помочь ежке с помощью магии, но я не решилась на подобный шаг. Существо действительно неизученное, так что мана могла навредить. Да и вмешиваться в процесс родов без подготовки – слишком опасно.
О самом процессе я знала не так много. Когда-то спросила у мамы, как это, когда рожаешь. На что получила исчерпывающий ответ: помнишь, ты как-то слопала ведро слив и сутки маялась несварением? Вот примерно так же, только в сто раз хуже.
После подобных объяснений испытывать процесс на себе не слишком-то хотелось. Да и не было рядом того, кого могла бы представить отцом своих деток. А ежке вон как «повезло».
– Драго, кончай причитать! – осадила я распричитавшегося хранителя. – Не делай вид, будто тебе хуже, чем ежкиной кошке.
– Она меня покусала вообще-то! – возразил он. И продемонстрировал небольшую ранку на шее. Ну, такую, какую могла оставить самочка острыми зубками в порыве страсти.
– Ты серьезно?! – едва не треснула хранителя ковшиком. – Считаешь, что тебе больнее? А ты представь, что тебе нужно вытолкать арбуз через отверстие для персика, тогда сразу полегчает.
Впечатлившись, Драго набрал таз воды и отправился наверх – ассистировать князю. Из того получился неплохой акушер, хотя он впервые столкнулся с ежкиной кошкой.
– Я нащупал шесть детенышей, – поделился он результатами осмотра. – Роды будут долгими.
О крепком и продолжительном сне мне пришлось забыть. Хоть после обезболивающего кошечке стало чуток легче, когда пришло время потуг, от ее криков пробудилась вся округа. Драго трясся от страха в углу и боялся приблизиться. Я откровенно паниковала, переживая за ежку, как за саму себя. И только князь был невозмутим и активен.
– Голова родилась, глазом хлопает! – радостно объявил он. – Скоро появится первенец!
Я присмотрелась к Драго. Он фыркнул:
– В нашем роду циклопов не встречалось. Похоже, ежка путалась с кем-то еще. Вот его бы и сожрала. А то придумали, понимаешь, кто последний – тот и папа.
– Ошибочка, это была не голова, – сообщил Каллистрат. – И не глаз. Я вообще не понимаю, что и где у этих маленьких колючек!
Через три минуты на свет появился первый котеночек. А потом еще пять – все, как на подбор, девочки. Хорошенькие такие, пушистые, просто загляденье.
Их вместе с усталой, но счастливой мамой разместили в сундуке. Малыши ежки тут же принялись пить мамино молоко (или что там у ежкиных кошек?) Чем больше пили, тем быстрее уменьшалась в размерах мамочка. Похоже, питались они не только молоком, но и высасывали силу. Которую ежка, в свою очередь, получила от Драго.
– Теперь-то вы верите в ведьм и магию, князь? – поинтересовалась я.
Каллистрат утер рукавом выступившую на лбу испарину, облегченно выдохнул. Видок у него был, как после ядерного взрыва. И все же князь справился на отлично. Я бы не отказалась, чтобы во время моих родов именно он стал акушером.
– Теперь я во что угодно готов поверить, – признался он. – В розовых единорогов, Деда Мороза и Пасхального зайца. А еще в настоящую любовь. Только она могла соединить кота с ежом, да еще и подарить им потомство.
Глава 17– Может быть, угостить вас чаем? – решилась предложить, несмотря на усталость.
Каллистрат заслужил, несмотря на все прошлые прегрешения. Не каждый мужчина согласится принимать роды, да еще и у неведомой зверушки. К тому же он наконец-то поверил, что я ведьма. А это многое значит. Может быть, теперь он передумает выгонять меня с насиженного места?
– Было бы неплохо, – согласился князь. – А как насчет блинчиков? Обожаю их со сметаной и вареньем.
Нет, я ему благодарна. Но не до такой степени, чтобы в моем-то состоянии готовить блинчики.
– Бутерброды с сыром и колбасой сойдут? – решила пойти на компромисс.
Каллистрат согласился, хотя заметно расстроился. Но вместо того, чтобы обидеться, решил испечь блинчики сам. Вернее, оладьи, потому как хранившееся в холодильнике молоко успело скиснуть.
Надо сказать, в фартуке и с венчиком в руке князь смотрелся аппетитнее самих оладий. Когда замешивал тесто, мышцы его спины так заманчиво напрягались, что мне пришлось настучать себе по рукам. Искушение было слишком велико.