Небесная танцовщица и капитан

– Спасительница явилась, – провозгласила она ворчливо, но дружелюбно.
Элли хлопали по плечам и спине, жали ей руку, говорили приятные слова.
– Молодец, сестренка!
– Ну ты отчебучила, ловкачка-циркачка! Знай наших.
Элли улыбалась, благодарила и отмахивалась от комплиментов.
Скоро выяснила, что кухонных работников потряс не только ее вчерашний трюк на галерее, но и ее желание остаться в обслуживающей команде.
– Ну и правильно, – одобрительно сказал Фриц. – Чего там в первом-то классе делать? Игристое пить да на пианине бренчать? Скукотища! То ли дело капусту резать! – и он воинственно помахал тесаком.
– Коли рвешься поработать, иди лучше к шеф-стюарду, – посоветовала ей Матильда. – Сегодня у горничных хлопот поболее будет. Буря нас хорошенько потрепала. В каютах и салонах все вверх дном.
Элли согласилась и отправилась поступать в распоряжение к шеф-стюарду. Удачно сложилось! Хочется побродить по судну и своими глазами увидеть, в каком оно состоянии после вчерашнего.
Господин Финеас обрадовался ее появлению и сразу приставил к делу. Сначала Элли сортировала вещи в кладовке, а потом занялась уже знакомой работой -уборкой коридоров.
Пока орудовала тряпками, прислушивалась и приглядывалась.
Пассажиры ходили взвинченные. Обсуждали вчерашние события, гадали, как пройдет остаток путешествия и что предпримет капитан.
У двери курительной Элли подслушала разговор господина Блоба с усатым Шнаппсом. Представитель компании был весь взмокший: его осаждали расспросами и требованиями компенсировать причиненные непогодой неудобства.
– Господа, все будет хорошо, – замученным голосом обещал Блоб. – Да, судно немного пострадало. Да, не работают несколько моторов и оторвало часть галереи. Да-да, выбросную антенну тоже оторвало, и с радиоцентром на большой земле связи пока нет. Но ничего страшного! Впереди база, где мы можем приземлиться и произвести необходимый ремонт. Это займет всего день, не больше! Потом продолжим полет. Капитан повысит скорость, и «Горгона» придет в пункт назначения вовремя. Компания рассмотрит ваши претензии, но удовлетворять их я пока не вижу причины. Из расписания мы не выбиваемся!
И тогда Элли решила выйти на галерею или верхнюю площадку и посмотреть, как экипаж справляется с последствиями схватки с ураганом. Работами руководил сам капитан. Элли уже узнала, что в каюте он отлеживаться не пожелал и был на ногах с раннего утра.
Закатила тележку в первую попавшуюся каптерку, там же схватила с полки шлем и теплый плащ. И, крадучись, отправилась к служебной лестнице на галерею.
Ей не хотелось попадаться на глаза начальству. Запрет ходить по судну не был официально снят, и она не собиралась пользоваться своей славой спасительницы «Горгоны» и требовать для себя привилегий. Дисциплина превыше всего! Она просто посмотрит одним глазком, как дела, полюбуется на капитана и незамеченной уйдет обратно.
Она нашла люк, который вел на дальний конец галереи, вышла наружу и зажмурилась от яркого солнца и холода.
На галерее кипела работа. Элли прижалась к корпусу и стала наблюдать.
Матросы и механики возились с обломками. Пилили, резали, стучали молотками. Им помогали два голема, и Элли в очередной раз поразилась тому, как быстро и ловко могут двигаться эти неповоротливые на вид гиганты.
Впрочем, матросы старались держаться от них подальше и не спешили включать их в свою команду.
Лишь Бумброк обходился с механическими людьми ласково. Он называл их «ребятками» и просил быть осторожнее. Големы с интересом поворачивали головы в его сторону, когда он на словах объяснял им, что нужно делать. Големы тупо смотрели на него и застывали.
Тогда Бумброк, вздыхая, прикладывал к губам специальный свисток, доставал бумажку, где были записаны команды, и сигналами растолковывал железным подчиненным, что от них требуется. Это был дополнительный способ управления железными людьми; сложных приказов они не понимали, а Бумброк не мог обходиться без забористой лексики воздухоплавателей.
Глаза Элли нашли капитана, и ее сердце сразу забилось.
Она жадно изучала его всего, от блестящих крылышек на околыше фуражки, до сапог с меховой подбивкой.
Удивительно, как потрясающе может выглядеть мужчина в форме, даже если он не побрился с утра и его рука висит на перевязи! Ларсен следил за работами, раздавал команды, и от звуков его низкого голоса у Элли каждый раз пробегала по позвоночнику дрожь.
Она сделала пару шагов, чтобы лучше его видеть, и тут он ее заметил. Словно почувствовал, кто прячется на дальнем конце галереи.
 
* * *
Он нахмурился, подошел к ней и спросил очень строгим голосом:
– Госпожа Селеста, вы что тут делаете?! Ну-ка, позвольте на пару слов...
Положил стальную ладонь ей на плечо и увел внутрь. Элли даже пикнуть не посмела. В голове вспыхивали воспоминания о том, что случилось вчера в его каюте, и от внезапной робости у нее словно язык отнялся.
Когда они оказались в трюме, Ларсен завел ее в темный угол за контейнером. Его ладонь скользнула с плеча на ее спину, он крепко прижал ее к себе и поцеловал так стремительно и яростно, что у Элли от его напора подкосились ноги, и она чуть не упала.
Она обняла Эвклида за шею, зажмурилась и покорно сдалась на его милость.
– Ты опять своевольничаешь, – сказал капитан тяжело дыша, когда, наконец, прервал поцелуй и немного отстранился. – Решила остаться на камбузе. Выбралась на галерею и отвлекаешь меня от работы. В жизни не возил более строптивой пассажирки. Что мне с тобой делать?
– Еще раз поцеловать, – предложила Элли. – Такое наказание мне нравится.
– Предлагаешь внести его в реестр дисциплинарных мер для всех членов экипажа?
– Мне кажется, Бумброк будет недоволен.
Капитан засмеялся и легонько щелкнул ее по носу.
– Прости, мне нужно обратно на галерею. Сейчас мы устраняем простые поломки. Рук не хватает, придется выводить големов. Через час совещание. Будем решать, что делать дальше: приставать к Скаррену, чтобы провести сложный ремонт и связаться с большой землей, или продолжить путь на свой страх и риск.
– «Горгона» в опасности?
– Нет. Но основательный осмотр не помешает. Моторы барахлят, мы не можем развить нужную скорость или подняться достаточно высоко. Важно наладить связь на длинных волнах. У нас остался коротковолновый передатчик, но сигнал неустойчивый. Однако швартоваться на Скаррене нежелательно. Он – часть Фаракийских островов, где промышляют пираты. Не хватало нам еще нападения.
– Я верю в тебя, Эвклид. Ты самый умный и опытный капитан из всех.
– И сколько капитанов ты знаешь? – усмехнулся он. – Многие считают меня слишком молодым для этой должности. Но я готов рискнуть. Мне не терпится попасть в Берг-Нуво, сойти на землю, взять тебя в охапку, увезти в отель и остаться с тобой вдвоем.