Небесная танцовщица и капитан

– Позвольте пройти, – сухо попросила Элли.
Капитан выпрямился и отступил. Лицо у него было бесстрастное, но Элли показалось, что он необычайно задумчив.
Элли не удержалась и едко сказала:
– Решили посмотреть, как мы кривляемся на сцене? Вы же не любите подобные развлечения на борту.
– Не люблю, – сказал капитан. – Но рад, что заглянул на репетицию. Потому что увидел ваш танец и услышал вашу песню. Жаль, что на концерте вы будете выступать с другим, легкомысленным номером. Мне понравился этот.
Он задумчиво потер заросшую за день щеку, глядя Элли в глаза.
Она молчала, не зная, что ответить.
– Вы очень талантливы, госпожа Селеста. Совсем не похожи на любительницу. Вы могли бы блистать на сцене Королевского театра.
– Спасибо, – пробормотала Элли и поспешила к себе, чувствуя необычайное смущение.
Подвыпившие посетители «Электрической стрекозы» часто расточали ей комплименты. Целовали руки, закатывали глаза и называли несравненной.
Но ни один из тех комплиментов не согрел ее сердце так, как несколько скупых слов, произнесенных этим сдержанным мужчиной с ледяными глазами.
    
Глава 9
Второй день полета подошел к концу, небо за иллюминаторами потемнело. «Горгона» шла низко, но завтра должна была подняться выше. Пассажиры пока могли наслаждались видом океана, который вечернее солнце зажгло фантастическими красками. Погода была тихой и ясной, но синоптик ходил хмурый и все бормотал про шторм, в который скоро предстояло войти «Горгоне».
После репетиции и короткого разговора с Ларсеном Элли была измотана. Даже железной выносливости артифисы есть предел. Но в каюту она не пошла, а отправилась побродить по палубам. Посидела у открытого окна в салоне, полистала журналы в библиотеке, заглянула в казино.
Там, как всегда, толпились пассажиры. Крупье метали карты не покладая рук и не жалея угодливых улыбок.
В дальнем углу Элли приметила Красавчика Криса в странной компании. Он сидел за одним столом с доктором Гризвольдом. Оба угощались ликерами, потом Крис потребовал бутылку игристого. Судя по его глуповатой улыбке, он уже был изрядно навеселе. А вот доктор Гризвольд не показывал признаков опьянения. Он цедил свой напиток и внимательно слушал Криса, изредка задавая вопросы.
Любопытно, о чем таком интересном они ведут беседу? Какие у них могут быть общие темы для разговора?
Мужчины заметили ее появление и одновременно глянули на нее: доктор внимательно и холодно, Крис виновато. Потом Крис отрицательно мотнул головой, что-то сказал доктору, торопливо встал и отошел к столу, где играли в «фараона». Доктор остался сидеть, задумчиво постукивая пальцами по столешнице.
Странное дело. Непонятно почему, но странное.
За два дня полета Элли куда ближе сошлась с тетей Дженни, чем с ее племянником. После того как Красавчик Крис понял, что его мужские доблести не привлекают Элли, он тоже утратил к ней интерес.
Однако как бы он не сболтнул лишнего о девушке, которая ворвалась в его каюту и спряталась под койку! Надо бы с ним поговорить.
Элли спустилась на техническую палубу, прошлась возле двери в трюмы и выхода на галерею, но скоро ее вежливо турнули механики и велели вернуться к себе.
Повздыхав, пошла в каюту.
И как только открыла дверь, насторожилась. Чутье, которым она обзавелась за три года проживания в «Электрической стрекозе», било набат.
В ее каюте кто-то побывал!
Она огляделась и успокоилась: приходила горничная. Вещи аккуратно разложены, пыль протерта, на крючке висит новое полотенце.
Но что это? Сердце Элли часто забилось.
На столике у иллюминатора лежал букет орхидей. Розовых, хрупких, с нежной фиолетовой сердцевиной. В столовой выставляли более простые сорта.
Почему горничная принесла ей в каюту орхидеи? Неужто каждый пассажир первого класса получил такой дорогой подарок? Авиеткой доставили лишь два ящика, только и хватило украсить столовую и салон.
Да нет же: это был подарок лично для нее! От человека, который имел право взять лучшую орхидею из посылки. И уж точно, этим человеком не был жизнерадостный живчик Блоб.
Капитан Ларсен. Эвклид... Это подарок от него. Он прислал ей орхидеи.
Элли взяла букет, мысленно произнесла так не подходящее капитану имя и вдруг разволновалась.
Кто бы мог подумать, что капитан способен на такой поступок!
– Это лишь знак благодарности за приятную компанию в небе и красивую песню, – вслух сказала себе Элли и бережно погладила пальцем тонкий лепесток.
С цветами на столе каюта стала выглядеть куда уютнее.
Элли улеглась на койку, погасила свет, но опять не могла уснуть. Сначала она вспоминала события дня, и то счастливо улыбалась, то тревожилась. Тишина и одиночество по-прежнему угнетали. Она вновь подумала, не выбраться ли ей на ночную прогулку, но вспомнила о запрете капитана.
Элли ворочалась с боку на бок, взбивала ставшую горячей подушку. Сквозь стену соседней каюты время от времени доносилось тоненькое поскуливание. С наступлением ночи лисичка тоже начала волноваться и тосковать.
Было слышно, как вставала тетя Дженни, чем-то гремела, тихо говорила, но лисичка скулила, тявкала все громче и не желала успокаиваться – как будто тоже чувствовала приближение шторма.
Элли поднялась, оделась и отправилась в каюту соседки. Стрелки показывали два часа ночи.
Постучала в дверь и тихо произнесла:
– Это я, Элли!
Дверь открылась. В проеме показалось растерянное и чуточку сердитое лицо тети Дженни. Ее обычно идеально уложенные седые волосы были взлохмачены. А еще оказалось, что тетя Дженни спит в мужской полосатой пижаме.
Локтем она прижимала к себе лисенка. Зверек вертелся и пытался цапнуть руку острыми зубами.
– Фанни никак не успокоится, – пожаловалась тетя Дженни сиплым спросонья, низким голосом… – Уж не знаю, что делать. Вдруг услышат? Я собираюсь влить ей в пасть полрюмки ликера.
– Пожалуйста, не надо! Это может ей навредить. Ребенок истомился сидеть взаперти. Это же животное, ему нужно двигаться. Давайте дадим ей немного свободы. Я с ней поиграю.
Тетя Дженни не успела ответить: Фанни извернулась и вонзила зубки в подмышку своей временной хозяйки.
Тетя Дженни ойкнула и деликатно выругалась, а лисичка прыгнула на пол, прижала уши и юркнула через приоткрытую дверь в коридор. Секунда – ее и след простыл, лишь мелькнул в проеме кончик рыжего хвоста.
– Беда, катастрофа! – всплеснула руками тетя Дженни. – Надо ее поймать, пока ее не увидели!
– Я сейчас ее верну! – виновато сказала Элли и помчалась за беглянкой в коридор.