Магия тёмная и загадочная

– Я не думаю, что ему от тебя что-нибудь нужно, – вставила Кэтрин.
– Это не от меня, – обиженно сказал Сидни. – Скорее это кое-что, принадлежащее ему. Вы можете сами передать это, если он не хочет меня видеть. Я могу понять почему. Но я пришел, чтобы извиниться.
Он помахал бумагами, которые держал в руке.
– И я принес ему это как свидетельство моих добрых намерений.
Гай тяжело вздохнул.
– Я спрошу его, не хочет ли он спуститься.
Сидни положил бумаги на прилавок, а Гай стал подниматься по черной лестнице. Сидни пошел и повесил пальто и шляпу на вешалку у двери.
– Вы все еще расхищаете могилы? – спросила его Кэтрин.
Он приподнял брови.
– Нет. На самом деле я устроился подмастерьем к мяснику. Вот почему пришел так рано – нужно успеть на свою смену.
Кэтрин удивленно моргнула. Она не думала, что он бросит свое занятие, но, возможно, отношение Гая повлияло на его решение.
– Что ж, – сказала она. – Я рада за вас. Вам нравится новая работа?
– Это престижно, и зарплата хорошая. И это лучше, чем выкапывать трупы.
Лестница заскрипела от шагов, и Кэтрин с Сидни оглянулись. Оуэн с бледным лицом шел следом за Гаем. Пристально глядя на Сидни, он скрестил руки.
– Доброе утро, мистер Мэллори, – сказал он таким жестким голосом, какого Кэтрин никогда не слышала. – Вы хотели поговорить со мной?
– Именно так. – Сидни потер шею. – Я пришел извиниться. Я был не прав, что отнесся к вам так грубо. Мне искренне жаль. Я… я принес кое-что, что может вас заинтересовать.
Он сложил бумаги и протянул их Оуэну.
Гай нахмурился и вынул очки из кармана жилета.
– Это из приюта для мальчиков, мистер Смит, – доложил Сидни, когда Оуэн двинулся вперед. – Ваше досье. Если хотите, можете узнать имя, которое они вам дали.
– Я доволен своим именем, спасибо. – Но Оуэн все же потянулся за бумагами и прижал их к груди. – Вы уверены, что это именно мое досье?
Сидни кивнул.
– Когда я на днях пришел с твоей долей, ты упомянул, что мистер Смит когда-то был подмастерьем у гробовщика на Бернсайд-лейн, – сказал он, посмотрев на Гая. И снова повернулся к Оуэну: – В этих записях сказано то же самое – указано, куда вас взяли в подмастерья после приюта.
Гай прищурился.
– Я полагаю, ты наткнулся на него не случайно.
– Я украл его, если тебе интересно.
– Сидни, – Гай снял очки и указал ими в его сторону, – что, если бы тебя поймали? Ты не должен…
– Оно принадлежит ему, – пожал плечами Сидни. – Я просто возвращаю то, что принадлежит ему. Мистер Смит, вы бы хотели, чтобы я отнес его обратно в приют?
Оуэн покачал головой. Сидни снова посмотрел на Гая и лучезарно улыбнулся.
– Слышишь, Гай?
Кэтрин подошла к Оуэну. В руках он все еще сжимал досье. Пока Гай и Сидни продолжали говорить, она наклонилась пониже.
– Разве ты не собираешься его прочитать? – спросила она.
Он тяжело сглотнул.
– Должен признаться, нервничаю. Я уже знаю, что у меня нет семьи, – Ватт сказал, что я был подкидышем. Но я не помню того человека – человека, которым был до своей смерти. – Он закусил губу и протянул бумаги. – Ты сохранишь его для меня, Кэтрин? Пока я не буду готов его прочитать? Буду считать это большим одолжением.
Ее сердце согревало то, что он так ей доверял. Она с осторожностью приняла записи.
– Конечно. – Девушка улыбнулась. – Когда будешь готов.
Чуть позже они вчетвером сидели на кухне. Кэтрин и Гай по очереди рассказывали Сидни о вчерашних событиях. Повисшая после этого мрачная тишина была нарушена только тогда, когда Гай встал, чтобы разжечь огонь и заварить еще чаю.
Досье Оуэна оставалось закрытым. Кэтрин взглянула на него, когда обсуждение перешло к новой работе Сидни. Оуэн все время смотрел в свою чашку. Потом Сидни ушел, а Гай спустился вниз, чтобы работать в подсобке.
– Не волнуйся, Оуэн, –  сказала Кэтрин. – Мы пойдем сегодня вместе, ты и я. Из тебя получится хороший подмастерье в любом ремесле.
Он ничего не ответил, но, когда девушка встала из-за стола, Оуэн послушно последовал за ней. Выйдя в коридор, он, глядя в зеркало на стене, повязал шейный платок. Спустившись вниз, позаботился о том, чтобы его волосы лежали ровно. Кэтрин сняла пальто Оуэна с вешалки, отряхнула его и передала ему. Он надел шляпу и сдвинул ее набок.
– Вот, – кивнула она. – Ты выглядишь настоящим джентльменом.
Он выглядел очень молодо – карие глаза были круглыми, руки – мягкими, чистыми и без мозолей. Но в любом случае большинство подмастерьев были молоды.
В дверях подсобки появился Гай.
– Вы куда-то уходите?
– Да, – сказала Кэтрин. – К концу дня мы должны найти для Оуэна работу.
Это не вызвало той реакции, которой она ждала. Взгляд Гая стал тусклым и отстраненным.
– О, – выдохнул он. – Хорошо.
Его плечи поникли.
– Я только подумал… я подумал, что тебе, возможно, захочется поработать здесь, Оуэн. Я еще не знаю всего, что умел мой отец, но все же могу обучать тебя. И теперь, когда отца нет, мне нужен помощник.
Оуэн снял шляпу.
– Работать с тобой?
– Да, – твердо сказал Гай. – Если хочешь. В конце концов, у тебя здесь уже есть комната.
В глазах Оуэна заблестели слезы надежды. Он схватился за поля своей шляпы.
– Я бы очень хотел этого. – Широко улыбаясь, он вытер глаза. – Действительно хотел бы.
– Тогда решено. – Гай подошел, взял шляпу Оуэна и повесил ее обратно на вешалку. – Ты останешься здесь, со мной.
Оуэн засмеялся и закашлялся, звук застрял у него в горле. Гай достал носовой платок и протянул ему.
– Пойдем, Оуэн, – мягко проговорил он. – С тобой же все в порядке?
– Да. – Оуэн улыбнулся сквозь слезы. – Я в порядке.
Над дверью зазвенел колокольчик. Вошел посетитель, и Кэтрин провела Оуэна в подсобку. Он сел за рабочий стол Гая, и девушка закрыла дверь. Она зажгла лампу, свет сиял сквозь зеленый абажур. Он падал на инструменты и незакрепленные детали часов, на небольшие выбоины и царапины на старом дереве.
– Это все не слишком болезненно для тебя? – спросила она.
Он провел пальцами по краю стола, рассматривая предметы перед собой.
– Кэтрин, – сказал он, и его голос звучал торжественно по сравнению с ее беззаботным тоном, – как насчет тебя? Ты вернешься в типографию?
Она кивнула:
– Я бы хотела. Но не думаю, что мистеру Бойду понравится, когда он узнает, как мы с Гаем остановили время и проникли туда. Надеюсь, я не потеряла свою работу вновь.