Сезон зловещих грёз

Пока все стихли в ожидании еды, Тамсин снова попыталась поговорить со мной о прошлой ночи.
– Эвра, – тихо сказала она, – я чувствую себя так, словно предала тебя. Твой брат и я… Я думаю, что он мне уже давно нравится. Я собиралась поговорить с тобой… я хотела сначала поговорить с тобой, но… но на тебя столько всего навалилось, и я боялась, что это будет слишком. Так и оказалось.
Я повернулась, чтобы посмотреть на нее и впервые за несколько дней уделить ей все свое внимание. Ее лицо обрамляли мягкие завитки волос, щеки порозовели от волнения. В ее глазах отражался такой ужас, какого я никогда раньше не видела. Она знала, как мне было тяжело, и чувствовала, что сделала только хуже. Я все видела по ее лицу, по напряжению в уголках ее глаз цвета красного дерева, по морщинке между бровями.
В какой-то степени она была права. Но я не могла сердиться ни на нее, ни на Хагана.
Я взяла ее за руки и наклонилась ближе, чтобы никто другой не мог услышать.
– Ты никогда не смогла бы меня предать. Это просто… изменение. Все меняется, не так ли? Я счастлива, Тэм. Действительно. И пока я здесь… – пришлось сделать паузу, чтобы не разрыдаться. – Вам нужно будет заботиться друг о друге.
Я сказала ей то же, что и Хагану, но Тэм отреагировала по-другому.
Ее губы растянулись в дрожащей улыбке облегчения, а затем она закатила глаза.
– Если ты думаешь, что мы оставим тебя здесь, наедине с этими волками…
Ее оборвала раздавшаяся из-за королевского стола громкая трель рожка. В комнату зашла вереница слуг с серебряными подносами в руках. Они завалили столы тарелками с пряными яблоками, картофельным пюре и хрустящими жареными гусиными ножками.
Я вела быструю и жестокую внутреннюю войну со своим корсетом.
В конце концов, еда поборола дыхание.
Перед нами появлялось блюдо за блюдом: суп из львиного зева с карри, украшенный завитками сливок; ароматный запеченный фазан с медовым соусом и тархуном; теплый хлеб с корицей, усыпанный лесными орехами и золотистым изюмом. Я взяла всего понемногу и ела медленно, крошечными кусочками, пока не начала чувствовать себя набухшим стручком с горошинами, который вот-вот лопнет.
Сидевший рядом со мной Хаган издавал счастливые причмокивающие звуки. Он не утруждал себя разговорами. Я смотрела на него и завидовала тому, что он может запихивать в рот такие огромные куски еды. Когда я взглянула на Тэм, то увидела, что она смотрит на него со смесью веселья и ужаса.
– Твой брат – обжора.
– Я почти неделю живу без маминой стряпни, так что ты не можешь меня винить, – пробормотал Хаган с полным ртом пропитанной вином говядины и тушеной репы.
– Но она-то готовит вкуснее, – сказала Тамсин. – Представь, что твоя мама могла бы сделать с этой странной золотой птицей.
Она указала на кусок мяса на своей тарелке. Возможно, это просто дикая индейка, но Тамсин права. Один только сахар в некоторых из этих блюд стоит больше, чем наша ферма зарабатывает за год.
После последнего блюда – шоколадного крема с твердым сыром – по залу разнеслись первые звуки живой музыки. Вскоре гости разбились на пары и заполнили открытое пространство между столами.
– Они неплохо танцуют, – сказал Хаган, протягивая мне руку, – но все же это не сельская ярмарка. Может, покажем им, как это делается на самом деле?
Я повернулась к Тамсин, и мы обменялись понимающими взглядами.
– Я уверена, что Тэм была бы в восторге, – сказала я.
Лицо Хагана покраснело. Они присоединились к танцующим. Было заметно, что поначалу им было неловко, но вскоре они расслабились. Некоторое время я наблюдала, как они кружатся и как парит над полом подол платья Тамсин. Ее смех, глубокий и громкий, привлек несколько взглядов.
Я была рада их счастью. Я бы хотела также отдаться веселью. Но я достаточно долго откладывала свои обязанности. Глубоко вздохнув и прошептав молитву, я встала на ноги. Прогулка до передней части похожего на пещеру зала показалась очень долгой. Казалось, каменная кладка вот-вот рухнет мне на голову, и комната наполнится криками. Я не могла перестать искать в толпе глазами принца Кендрика. Видения словно заразили и мою обычную жизнь; казалось, они не отступают ни на секунду.
Король Олдер смотрел на меня дольше, чем следовало бы, и лишь затем в его глазах вспыхнули искры узнавания.
– Ясновидящая. Конечно, – произнес он наконец.
Леди Аннализа восседала рядом с ним, по другую сторону расположились его советники. Судя по тому, как они начали смыкать ряды при моем приближении, можно было подумать, что я собиралась причинить ему боль. Хотела бы я сначала поговорить с Аннализой наедине.
Я могла бы предупредить ее, что она в опасности. Я могла бы спросить ее, что, по ее мнению, все это значит. Но пока что я служила королю.
– У меня было несколько видений, Ваше Величество.
Он кивнул мне, чтобы я продолжала.
Я молилась, чтобы его советники уже поделились с ним новостью о смерти Кендрика. Но в своем рассказе я решила обойти эту тему стороной.
– Принц может говорить со мной, и это не похоже на мои другие видения. Мы пытаемся выяснить, что с ним случилось, но пока все, что он вспомнил, – это бал в ночь помолвки леди Аннализы.
Король кивнул.
– В ночь, когда он отрекся.
Что-то – возможно, собственные сомнения принца – заставило меня задать вопрос:
– Простите меня, Ваше Величество, но почему вы так уверены, что он это сделал?
Король Олдер хрипло закашлялся.
– Принц Кендрик оставил мне письмо, написанное его рукой, с его кольцом с печаткой. Я не вижу, какие могут быть сомнения.
Письмо, написанное его рукой. С его кольцом с печаткой. Что он сделал потом? Куда он делся? Что с ним случилось? Я сделала глубокий вдох и попыталась сосредоточиться. Было еще одно видение, о котором я должна была рассказать королю.
– Ваше Величество, я видела кое-что еще. Что-то, чего я не могу объяснить.
Я сделала паузу. Мой взгляд метнулся к леди Аннализе. Она заботливо склонилась к королю Олдеру, ее рука лежала на его руке. Он приподнял бровь. Насколько я могла судить, он игнорировал свою новую наследницу.
– Я видела вас мертвой, – сказала я ей, стремясь произнести эти слова как можно быстрее. – Это было похоже на видение о прошлом, но, видимо, это было предупреждение. Я беспокоюсь, что вы в опасности.
– Что именно ты видела? – спросил король Олдер, и его слезящийся взгляд стал острее.
– Леди Аннализа была моложе, с женщиной… возможно, с ее матерью? Там были солдаты. Видение не имело для меня никакого смысла, и я понятия не имею, что оно означало. Но оно встревожило меня.
Говоря это, я чувствовала, как леди Аннализа напрягается. Ее рука, мягко лежащая на руке короля, напряглась, но не сжалась. Я повернулась к ней, умоляя ее помочь мне понять.