Измена это Нелюбовь (СИ)
Сава и Дамира
Встретились в парке "Раздолье" у бистро и побрели по дорожке. Сава наотрез отказался ехать к ней в дом. Сразу вспомнил, как она его подкараулила у дома перед его отъездом на Валдай.
По своей привычке попыталась соблазнить. Накинулась с поцелуями, хотя стоило бы начать с разговора. Как их увидела Ленка. Откуда только взялась? Как Савелий снимал с себя руки любовницы, отлеплял её тело. А также неприятно удивлялся внешнему виду Дары.
Сейчас он откровенно боялся её приставаний и истерик.
- Как ты? - спросил, внимательно вглядываясь и отмечая, как еще сильнее подурнела, даже в стравнении с прошлым разом, бывшая любовница. Что-то в её лице и поведении было странное, но решил не заостряться на этом.
- Очень плохо, - простонала Дара, задирая голову и бросая взгляд из-под полуопущенных век, - малыш, зачем ты меня сюда вытащил? У меня было бы удобнее.
Савелий промолчал.
- Послушай, что ты думаешь о всей ситуации? - начала аккуратно.
- В каком смысле? - недовольно посмотрела на него Дамира.
- Ты знаешь, что у Лёхи осталась беременная жена и двое детей?
- А мне какое до этого дело? - взгляд из недовольного перетёк в откровенно враждебный.
Сава присмотрелся к её лицу. Эти полуопущенные на глаза веки, видимо, от перепоя. А вот что с щеками? Внизу скул под кожей висело по довольно крупному мешочку с каждой стороны.
"Она всё-таки вколола и они всё-таки упали! Ой дууурааа!"
Вспомнил, как примерно месяц назад потребовал у Дары отчёт о деньгах, которые она опять попросила.
- Мне срочно надо к косметологу! - слёзы набежали на её глаза. - Можешь поехать со мной, если не веришь. - произнесла горько всхлипнув.
Савелий так и сделал. Сидя в уютном фойе частной клиники, он гадал, почему его любовница орёт на мастера. Наконец, дверь открылась и выскочила взвинченная женщина в белом халате.
- Скажите своей жене, что это просто глупо и опасно! Так нельзя делать!
Сава обалдел. Не муж он Даре, и говорить ей ничего не собирается. И потом, он совсем ничего не понимает в этой её косметологии.
- А что случилось? - осторожно уточнил, нарисовав заинтересованный вид на лице .
- Дамира Тимуровна опять требует сделать ботокс. Говорит предыдущий раз её не "взял"! А он "взял"! Понимаете? Ещё один укол и мы уроним лоб! Лицо может перекосить!
Савелий нахмурился, пытаясь въехать в тираду врача.
- И уже пятый раз хочет колоть филлеры в скулы. - продолжила косметолог, - А их можно ну в крайнем случае два! Вы понимаете? - женщина требовательно уставилась на Савелия, - Если бы у меня была "шарашкина контора", то нет проблем! Плати бабло и делай что хочешь, но я профессионал. Понимаете? - мастер раскраснелась, - У вашей жены может всё просто "упасть" и это будет катастрофа. У неё уже задета носо-слёзная борозда. Филлер начал мигрировать. Из-за его давления начинается"минус" ткань. И потом надо это всё ...
Женщина говорила и говорила, пытаясь Савелия в чём-то убедить. Он ровным счётом ничего не понимал и думал лишь о том, как уже покончить со всем этим цирком.
- Знаете, как мы поступим? - наконец прервал он врача-косметолога. - Вы вколите ей всё, что она там хочет, а она Вам расписку напишет. Мол о последствиях предупреждена, беру ответственность и всё такое.
- Нет. - твёрдо ответила женщина, - Этого нельзя делать! - и развернувшись ушла в кабинет.
Дамира ругалась полдороги, а потом забрав деньги, пошла в другую клинику. Теперь то, о чём предупреждал мастер, видимо, случилось. Лицо любовницы было безобразным, но сейчас Савелию до этого не было дела.
- Дар, а ты на похороны собираешься?
- Я похожа на сумасшедшую? - картинно возмутилась она. Лицо неприятно пошло рябью.
- Нет конечно! - как можно более искренно воскликнул Сава. А про себя подумал, что очень даже. - Но Алексей много для тебя сделал... Я думал... Может, хочешь деньгами помочь его семье?
- Ещё чего! - возмутилась Дамира, а потом будто сломалась, - Нет у меня денег, - голос захрипел и закончила она уже шёпотом, - я дом продаю.
Савелий вдруг ужаснулся. Сейчас она начнёт просить помощь, физическую или финансовую, а он больше не готов. Ни к чему не готов.
- А бизнес? - всё же решил уточнить.
- И бизнеса нету, - всхлипнула женщина, а потом зарыдала, - Савушка! Я всё потеряла... - по серому, неровному, одутловатому лицу ползли грязные дорожки от туши.
Она умоляюще смотрела на него практически не моргая. Вдруг глаза заметались. В них Савелий почти физически увидел работу мысли и испугался ещё сильнее. Дара умела быть в достижении своих целей носорогом, не видящим никаких препятствий.
- Помоги, а? - произнесла вдруг окрепшим голосом, размазывая ещё больше тушь по лицу. - Я даже прощу то, что ты исчез! У тебя отличный бизнес, я могу работать вместе с тобой, приводить заказы. У меня столько богатых знакомых на рублёвке! - воодушевлялась она сама от себя.
Савелий прервал.
- Мы разводимся с Любой, и она забирает бизнес, - соврал он. - И там ничего не получится отсудить, брат вмешался. Уставной капитал полностью его.
Приободрившаяся было Дара, после слов о брате снова поникла. Про него она много слышала от Савы и, надежд не питала. Особенно сейчас. Хотя можно попробовать зайти с этой стороны. Надо только как то лицо подправить.
Расстались они неловко. Дамира попыталась поцеловать, Савелий в этот момент наклонился завязать шнурок. Получилась маленькая неразбериха и они столкнулись. Он подбородком заехал ей по губе. Извинился. Скомкано попрощался.
- Ты мне не звони. Наверное... - неуклюже произнёс. - Я буду заниматься организацией похорон, потом разводом и мне надо что-то придумать с зарабатыванием денег.
Не "томный" вечер
Подойдя к забору, Дядь Паша покосился на букет.
- Эт чё за траурный веник тут валяется? - недоумённо произнёс, больно полоснув словами.
Вы когда-нибудь видели завядший ирис? А два? Небесно-голубой, яркий, сочный цвет становится грязно-синим, жёлтые пятнышки внутри лепестка - блёкло пергаментные. Весь цветок из тонкого и изящного творения становится похожим на расчленёнку. А когда это не один цветок, а целый букет? Это зрелище не из приятных, особенно в сложившейся ситуации. Поэтому после слов деда в глубине меня всё поднялось и завертелось, словно я попала внутрь смерча. "Траурный веник" всего два слова, а столько смыслов и чувств внутри сразу задето. На глаза навернулись слёзы. Дядь Паша открыл калитку и зашёл. Встал рядом со мной. Крякнул и, положив мою ладонь на свою, другой своей рукой похлопал сверху успокаивая.
- Ну-ну, девочка, всё образуется. Егор дома?
Слёзы всё равно предательски пробрались наружу и скатились двумя горькими дорожками. А потом ещё, и ещё. Я отвернулась, чтобы скрыть это. В светлых сумерках белых ночей Валдайская природа вокруг выглядела невероятно нежно и слегка по колдовскому. Яркий всполох севшего, но не ушедшего солнца окрашивал мир в пастельные тона, будто покрывая тонкой, прозрачной вуалью. Контраст окружающей нежности вокруг и темноты внутри моей души приносил неясную боль. По дорожке навстречу нам шёл Егор.
- Заходи, Паш, в дом.
"Надо же, как он его фамильярно." - подумала, а потом поняла, что они, видимо, часто и плотно общаются, раз брат мужа его так зовёт. Хотела додумать эту мысль, но она быстро убежала.
- Неее, я просто увидел, как уехала машина Савелия, решил проверить, как вы. Если всё в порядке, пойду обратно в дом. У меня там передача начинается.
- Спасибо, дядь Паш, - и слёзы опять потекли по лицу.
- Да за что, Любань? - искренне удивился старик.
- За всё... - меня затопила какая-то невероятная благодарность к этому старику. - За отца, за детей, за участие и переживания. - хотелось подойти и обнять этого крепкого, не сгибаемого деда. - За куриц. - вдруг добавила, и мы все вместе прыснули коротким смешком.