Машка-Потеряшка. В поисках пути домой

– Держи, – Антрус протянул мне сложенный вчетверо узкий листок, похожий на шпору. – Эти заметки помогут понять, как работает шкатулка и что для чего использовать. Я собрал вам все необходимое.
Вернув мешочки на место, пророк шепнул «фуин», и шкатулка приняла первоначальный вид. Антрус вставил клык обратно в рот змею и повернулся ко мне, держа за ремешки деревянный ларь.
– Береги ее, – тревога в голосе и надежда в глазах немного напугали. Нашел, кому доверить такую ценность. – И проследи, чтобы Авигдор не распродал содержимое.
На такое заявление парень лишь многозначительно фыркнул.
– Пойдем, – Вик потянул меня к выходу, едва я справилась с этим предметом древности, нацепив его на спину.
– Поаккуратнее, – возмутилась я, когда за спиной что-то подозрительно хрустнуло, и выдернула руку.
Но тут же забыла о бесценном предмете, что передал мне на хранение пророк, как только глаза заметили плотную ткань ковра, развивавшуюся на ветру. И было чему удивляться! Ковер, лишившийся проплешин и дыр, отливал насыщенным багрянцем, паря в полуметре над землей, а вплетенные в полотно золотые нити сияли в солнечных лучах. Вик, ловко запрыгнул на него, не дожидаясь, пока я включусь в реальность.
– Ну же, – нетерпеливо позвал парень. Чья-то пятая точка так и жаждала новых приключений.
Я медлила, помня, какой развалиной был этот ковер.
– А как вы смогли его залатать? – поинтересовалась у стоящего рядом пророка, разглядывая первый ряд опоясывающего узора – позолоченных наездников на красном фоне.
Если приглядеться, можно было увидеть, что некоторые всадники спешились и идут в ногу со своими гнедыми конями, накрытыми попоной. Причем идущие конники были изображены без какой-либо системы – то через два наездника, то через три, на дальней стороне с кисточками так вообще все всадники процессии шли пешком. После широкого золотистого бордюра со стилизованными красно-синими цветками на желтом фоне следующим рядом шли лани на светло-голубом фоне, гарцевавшие в противоположную сторону. Вот уж точно ковер ручной работы! Не просто повторяющиеся загогулины и квадраты. Настоящая история! И столько мелких деталей…
И как они умудрились его восстановить? Представила Вика с усердием рукодельницы перебирающего нити у ткацкого станка, и не удержалась от смешка.
– Нити ковра… – опомнился Антрус: судя по стеклянному взгляду, он о чем-то глубоко задумался, поэтому не сразу дал ответ, – реагируют на ультрафиолет, достаточно было подержать его на солнышке.
– Это настоящая находка, согласись? – ореховые глаза Вика так и светились, будто шоколадная паста, намазанная на хлеб, из рекламы нутэллы. Сладкое я не очень, а вот паста – шоколадно-ореховая, арахисовая, банановая, клубничная – моя слабость.
«Я что-то должна ответить?» – пронеслось в голове под выжидательным взглядом «голодного котенка».
Перевела взгляд на пророка, поджавшего губы и в раздумьях, нахмурившего лоб. Прямо-таки видела, как его добросердечность борется со здравым смыслом. Вик, как я поняла, не очень бережливо относится к древним магическим вещам, а этот самоисцеляющийся, невидимый для посторонних глаз, коврик – поценнее ковра-самолета царя Соломона будет. Интересно, этот тоже соткали джины?
– Ну? – просяще-умоляющая интонация в голосе парня вырвала меня из размышлений.
Мне решать, получается?
Антрус коротко кивнул, будто угадав мои мысли.
– А у него хоть ремни безопасности есть? – спросила я, пытаясь пристроить свою задницу на колыхающийся край.
– Бала…! О чем ты там…?
– Твою мать, Вик! – не сдержалась я, отплевываясь от дорожной пыли и потирая ушибленную филейную часть – этот перевозбужденный ирод стартанул, даже не дождавшись, когда я с ногами взберусь на летательный аппарат.
Антрус помог мне подняться.
– Базгашт! – запоздало крикнул парень, но ковер и так уже остановился на половине маневра, как только я мешком картошки шлепнулась на землю. И теперь его тяжелые складки растерянно колебались. – Упс…
Антрус шлепнул себя по лбу и спрятал глаза в своей узкой ладони.
– Н-не надо было высовывать ноги… – неуверенно запнувшись, проговорил парень, увидев, как мое побледневшее лицо начинает краснеть. Набрала в грудь воздуха, чтобы выплюнуть ему в лицо что-нибудь едкое, желательно разъедающее гордость в ноль, но меня прервал немного усталый, смерившийся с неизбежностью голос, в нем даже проскользнули трескучие нотки обреченности:
– Мне не хочется, этого признавать, но… Ковер Буният – ваш единственный вариант. Его первый владелец был сильнейшим пирийцем 31 всех времен. Да и Буният будет только рад возить Великий Ужас.
В ответ по ковру-самолету прошла волна, сбросившая воришку мне под ноги. Потом он неспешно подплыл ко мне, опустился ниже к земле и выжидательно замер.
В него, что, тоже кто-то душу своего родственника засунул?
– Не бойся, – пророк легонько подтолкнул меня, когда я непроизвольно сделала шаг назад от чудаковатой вещицы, из-за которой я чуть шею не свернула. – Не свешивай руки и ноги с края – и тогда защитный барьер не даст тебе упасть.
– Значит, это все? – вырвалось у меня. – Или есть еще какие-то напутствия и странные предметы?
– Нет, – улыбнулся Антрус.
Стало грустно. Я не любила прощаться.
– Эм… Прощай… – Вик неуклюже мялся на месте, будто хотел что-то еще сказать, но не решался.
Лицо пророка снова озарила улыбка, невесомыми паутинками морщинок закравшаяся в уголки глаз – он одним рывком притянул парня к себе и горячо обнял, потрепал его по голове.
– До встречи, сынок…
Сердце сжалось – наблюдая эту душещипательную картину, вспомнила о своих родных – о маме, папе, бабушке и подруге Альке… Глаза запекло, но, мотнув головой, постаралась прогнать от себя грустные мысли и отвернулась.
– Вот, – отвлеклась от разглядывания ковра, с интересом заглянув в лицо Антруса, – не забудь свой кулон, – на ладонь легла подвеска-звездочка на цепочке. – Он поможет отыскать фонтаны Телесфора.
Кивнула, сглотнув комок в горле. Не очень хотелось, чтобы по дрогнувшему голосу мужчина понял, что я распустила нюни. Но не успела я глубоко вдохнуть, успокаивая нервы, как крепкие руки, обтянутые темно-синей тканью захватили мои плечи в кольцо – по-отечески теплые объятья, без намека на неуместную пошлость, немного успокоили.
– Удачи.
Вдохнула странное сочетание запаха меда и мяты, чувствуя, как на душе становится легче.
Чтобы ни ждало меня впереди, я со всем справлюсь. И обязательно вернусь домой.
 
ПМП 19. План действий? Нет, не слышали
Забралась с ногами на ковер, максимально далеко от края, насколько это вообще было возможно на полотне в девять квадратных метров. Было очень странно сидеть на висящем в воздухе ковре, немного провисающим под нашей с парнем тяжестью.