Хроники Акаши

На минуту повисло молчание, Денис задумался, выловил последний пельмень из своей тарелки, звонко стукнув ложкой о дно.
— Что скажешь, учёный ты наш? — спросила Оля.
— Получается, что мы живём в каждой реальности одну жизнь, а реальностей миллиарды, и все в разных мирах — от нашего унылого до фэнтезийного, — ответил я за Дениса.
— Ну, хорошо, доживаешь ты, многоликая сущность, эти воплощения в разных слоях мира, а дальше что? Где прогресс? — переключилась на меня Оля.
Я вспомнил, что неорганы говорили о какой-то ловушке. Временной, из которой нужно выбраться.
— А дальше ты становишься пятимерным, выходишь из сансары и видишь иллюзорность этого мира, — выпалил я. — Логично, Наука? Оля, подходит?
— Ну…а причём здесь измерения? И почему сразу пяти, а не четырёх? — спросила Лея.
— И с чего это в таком случае мы должны осознать иллюзорность этого мира? — уточнила Оля.
Я с надеждой взглянул на Дениса.
— Ты, наверное, пропустил объяснение про пятое измерение, которое держал в голове, — Денис поправил очки. — Я, кажется, понимаю, но с удовольствием бы послушал. Ты ведь у нас физик.
— Ага, окей, — кивнул я. — На самом деле там всё немного сложнее, и наш препод, Кавыкин, убил бы меня за ту дичь, что я буду нести. Но зато сейчас всё понятно объясню, на пальцах.
Поймав на себе пристальный взгляд трёх пар глаз, я продолжил:
— Если взять лист бумаги и нарисовать на нём человека, он будет двухмерным, 2D. И может перемещаться по своему плоскому листу от одного до другого края. А потом мы нарисуем вокруг него лабиринт, человечек будет вынужден бродить по этому лабиринту, чтобы добраться до края листа. А если мы человечка вырежем, наклеим на картон, поставим, он обретёт еще и высоту, станет трёхмерным. И сможет снова ходить по листу от края до края, наплевав на нарисованный лабиринт. Более того, он и со стола сможет спрыгнуть и выйти из комнаты. Понятно?
— Угу! — покивали эзотерики.
Отлично. Наконец-то я что-то рассказываю им, а не наоборот.
— Такая же ситуация и с нами. Ну, почти. Мы трёхмерны, но ещё и живём, подчиняясь четвертому измерению — времени. Движемся по нему, как вдоль тех линий нарисованного лабиринта, и не можем переступить. Перемещаемся по трём измерениям, как хотим, но не по четвертому. А если станем пятимерными — то «перешагнём» четвёртое измерение, время. Выберемся из ловушки. Для нас не будет ни прошлого, ни будущего, как для тех неорганов. Ясно? Тогда и получится всё так, как они говорили.
— Теория интересная, — протянула Оля. — Да, мы заперты в сансаре, наше восприятие здесь ограничено, мы не можем преодолеть иллюзию этого мира и ход времени. Старимся и умираем благодаря времени. В целом подходит. Что-то подобное я уже где-то слышала.
— И мне нравится! — одобрил Денис.
Пельмени в тарелке закончились, и я выловил себе парочку из кастрюли.
— В медитации, кстати, можно осознать иллюзорность времени, — продолжила Оля. — Научиться ускорять или замедлять его пока хотя бы для восприятия сознания. Да и в ОС можно с этим поэкспериментировать. Попробовать замедлить время, например. Очень интересно получается.
— А я несколько раз использовала Таро для задержки или отсрочки события, — присоединилась Лея. — Работает.
— Что же ты мне про это не сказала, когда ведьма меня убить хотела? Там бы любая отсрочка помогла! — возмутился я.
— Да это только звучит круто, — отмахнулась Лея. — На самом деле — отправление поезда задержать на несколько минут, выкроить немного времени до дедлайна по отчету. Такая вот магия.
— Нда, — Денис тоже выловил из кастрюли пельмень. — Мне кажется, мы просто ещё не разобрались со временем техническими способами. Перемещение по третьему измерению тоже ведь не сразу освоили. А теперь вот набираем высоту только так, и самолёты, и вертолёты, и ракеты. Ничего, наука справится с этим измерением, и мы начнём ворочать время по-чёрному!
— Главное, чтобы до апокалипсиса не наворочали! — усмехнулась Лея.
— Вообще, я вот вам это всё объяснил, но сам одного не понимаю. И тогда, на лекции, не понимал, — признался я. — Если время — это лишь измерение, то всё предопределено. Если всё уже случилось: и события, и мои поступки, — то выбор — его просто не существует. Я что, действую по заранее установленной программе, или как? Вообще, как тогда всё происходит? Я хоть что-то выбираю?
— Так неорганы же показали тебе огромное пространство с книгами, это всё варианты, — махнул рукой Денис и снова потянулся за пельменем в кастрюлю. — Бесконечное множество реальностей, и ты можешь выбирать любую. Каждым действием ты выбираешь реальность.
— В этом контексте не так уж важно, на самом деле формируешь ты будущее своими поступками или просто выбираешь его из огромного множества вариантов, — поддакнула Оля.
— Вот это другое дело, учёный растёт! — похвалил её Денис.
— Ну, если вариантов почти бесконечно множество, то предопределённость уже не так давит, — согласился я. — Только никак не могу осознать, что я существую во всех этих вариантах и мирах одновременно. Почему я выбрал именно этот мир, а не тот, с драконами? Почему я здесь? И что со мной в других мирах?
— О, а это легко! — воскликнула Оля. — Просто у тебя такой фокус восприятия сейчас, на нашем мире, или даже, наверное, можно сказать — положение точки сборки.
— Опять эта точка сборки вылезла, — вздохнул я. — То, что я понимаю, но не могу представить.
— А это потому, что ты трёхмерный, — хитро улыбнулась Лея и выловила пельмень ложкой из кастрюли. — Вот и не представляешь. 2D человечки тоже, наверное, третье измерение представить не могут.
— Наверное, — вздохнул я.
— На то она и сансара, — заключила Оля, — что если бы всё было так просто, все бы давно освободились.
— Да я тут чуть не просветлел от ваших лекций! — раздался за спиной знакомый голос.
Я обернулся и увидел в дверях Коляна.
— Не хотел беспокоить, прослушал полный курс из коридора, — улыбнулся он.
— Ну ты жук! — воскликнула Лея. — А мы заждались уже. Иди пельмени ешь! Я сварила.
— О! Это хорошо! — тут же оживился Колян и подскочил к столу. Он заглянул в кастрюлю и слегка потускнел лицом. — Непонятно только, почему ты говоришь о нём во множественном числе.
Мы дружно, как по команде, заглянули в кастрюлю. Там посреди белёсого бульона плавал одинокий пельмень.
— Ну, не знаю, это ты, наверное, фокус реальности сместил, — пожал плечами Денис. — В нашей кастрюле было ещё полно пельменей.
— Пока вы не начали вылавливать их ложкой, — добавила Оля.
— Значит, тебе просто нужно сместиться во времени туда, где они были, — закончил Денис.
— Но мы трехмерные, поэтому Колян останется голодным, — Лея сделала трагичное лицо, округлив зелёные глаза.