Во тьме
Отстегнутая железяка полетела на пол, откуда владычица её не поднимала принципиально. Потерев освобожденную шею, женщина с наслаждением улеглась поудобнее, собираясь отойти ко сну.
– А как же супружеский долг? – иронично уточнил Сверр, погладив округлую попку.
– Спите, владыка, – зевая, ответила принцесса. – Вы никому ничего не должны.
Сказал ли что-то в ответ он или нет, Альда не знала, но утром ошейник был на месте, а мужа рядом не оказалось. Зато его стая дрыхла без задних ног, а беременная самка безобразно храпела в окружении своих самцов. Гуархи сплотились вокруг неё защитным кольцом, оберегая и согревая сытую будущую мамочку. Если раньше зверюги валялись по всей спальне, то теперь аккумулировались исключительно вокруг самочки. Альда как-то заметила, что животные не ели до тех пор, пока беременная сука не утолит свой голод, а уж потом набрасывались на остатки трапезы. Что ж, все хотят потомства и гуархи умели заботиться о своем.
Отправив через коммуникатор сообщение Эоле, что уже проснулась, владычица направилась в купальню. Фракс не только очищал, но и расслаблял, так что хозяйка дворца раскусила, в чем кроется секрет любви Сверра к этой темной густоте. После непродолжительного нахождения в этой воде, тело будто обновляется и день Альда встречала свежей и бодрой. Вечером бассейн способствовал здоровому отдыху. Хотя, возможно, интенсивный темп жизни стал так изматывать принцессу, что проблем со сном у неё больше не было. К тому же супружеская жизнь вдруг стала отнимать немало энергии и сил.
Трое суток архитекторы и инженеры исследовали дворец Даркраста и только по истечении этого срока предоставили эскиз возможных преображений. За это время владычица будущей империи заставила практически всех сапожников изготавливать для женщин обувь, получить закупленное оборудование и разослать его с приобретенными специями и подробными голограммами, как технику использовать. Так же Альда распорядилась выделить для нужд храмов помещения для выращивания фруктов, так как в самих башнях осуществить это было нереально. В каждом секторе было решено выделить пространство под теплицы, и принцесса лично контролировала согласование территории. Необходимо было предоставить свободный и безопасный доступ женщинам к установкам, а также подвод воды и прочих условий получения богатого урожая. Чтобы как-то смягчить вмешательство в дела танеров, храмы обязывались отправлять часть урожая к столам управляющих. Прокормить такое число женщин было нелегко, и закупки установок шли полным ходом. Если кухонная техника и специи сразу давали положительный результат, то внедрение гидропоники было новым и неизведанным для всех обитательниц белых башен. Пока дело шло туго, и Альда распорядилась записывать голограммы для будущих фруктовых плантаций.
Дворцовые огороды внезапно показали ускоренный рост, что было немыслимым. Принцесса хорошо была осведомлена о каждом нюансе выведения харагрутоса, но эта культура била все рекорды. Обойдя все выделенные ей поля во дворце и заглянув под каждый кустик, успевший пробиться сквозь покров почвы, владычица вспомнила слова супруга о том, что Даркраст может удивить её. Приказав фиксировать все показатели, женщина пошла на поиски мужа.
Супруг нашелся в своем кабинете и, к счастью, в одиночестве. Медленно войдя в помещение, Альда вновь залюбовалась звездной картой. Красиво и масштабно, что уж говорить.
– Что привело тебя ко мне? – спросил Сверр, не поднимая головы.
– Надо кое-что обсудить, – со вздохом произнесла Альда, присаживаясь напротив него.
Широкий массивный стол разделял супругов, и принцесса подождала, пока владыка отложит свои дела.
– Опять кто-то артачится? – хмуро спросил мужчина, откидываясь на спинку высокого кресла.
– Нет, – покачала головой она. – Как ни удивительно, но нет. Дело в другом. Я только что обошла королевский огород.
– Императорский, – с улыбкой поправил Сверр и иронично добавил. – В скором времени он будет таковым.
– Не суть, – отмахнулась хозяйка дворца. – Помнишь, ты как-то говорил, что Даркраст способен меня удивить?
– Да, – чуть сощурившись, кивнул Сверр, явно догадываясь, о чем пойдет речь. – Тебя что-то тревожит?
– Волнует и поражает до глубины души, – честно высказалась Альда. – Все растет в ускоренном темпе. Если так пойдет и дальше, то первый собственный урожай мы соберем в конце этого цикла.
– Это плохо? – уточнил мужчина.
– Помимо Центральной станции, ты еще кому-нибудь продаешь гравитационные камни? – вдруг спросила принцесса, глядя в глаза мужу.
– К чему эти вопросы? – серьезно поинтересовался Сверр.
– Знают ли твои покупатели о тех свойствах, что открыл наш огород? – без экивоков высказалась женщина.
– С первого дня своей регистрации Даркраст торгует с Цератоном, и да – они знают о свойствах наших камней, – медленно произнес владыка. – Второй союзник использует гравитационное сырье не столь гуманно.
– Конгломерат Кохилас, – кивнула Альда, вспомнив, кто защищает рубежи будущей империи.
– Да, – коротко отозвался супруг.
– У нас очень влиятельные и опасные союзники, – ровно произнесла принцесса, вдруг почувствовав дискомфорт от собственных же слов.
– Это взаимовыгодные отношения, – ответил Сверр. – В обоих случаях.
– Я не могу ничего сказать про союз с Эфирами, сам понимаешь, что это практически непредсказуемо, – тяжело собравшись, произнесла будущая императрица. – Но что касается Центральной станции, то я хочу тут предостеречь тебя – будь крайне внимателен. Кохиласы вполне способны нанести непоправимый урон Даркрасту. Такого недруга никто не переживет.
– Мне кажется, твои опасения беспочвенны, – нахмурившись, отмел её слова супруг. – Они – торговцы и их влечет в первую очередь богатство. Наш союз выгоден им, так что угрозы нет.
– Ты слышал когда-нибудь о такой планете, как Олимп? – вдруг спросила Альда. – Этот мир был весьма любопытным по форме правления – у них не было короля или иного правителя. Все решения там принимал совет глав семей. Говорят, многие посматривали на их способ правления. Не всем ведь по нраву абсолютная власть и Олимп для некоторых являлся примером коллективной власти.
– Почему мы это обсуждаем? – недоуменно поинтересовался мужчина.
– Потому что Олимп – родина Конгломерата Кохилас, – веско ответила принцесса. – Твой союзник уничтожил половину пригодной для жизни поверхности и бросил умирать остальную. Говорят, это был прямой приказ Зейнавункана Кохиласа. Кто-то считает, что все случившееся было местью за смерть его деда, но правда состоит в том, что Центральная станция вполне способна безжалостно уничтожить врагов и не понести за это наказания.
– Тогда хорошо, что мы не враги, – лаконично ответил Сверр, уже понимая её мысль.
– Пока – да, – вздохнула Альда. – Но у тебя всегда должен быть запасной план. Мудрые говорят, что нет худшего врага, чем бывший друг, ибо он слишком хорошо осведомлен о твоих слабостях.