Во тьме
«Даже так?» – насмешливо подумала Альда, вдруг оценив разумные выводы мужа.
– Хочу уточнить, правильно ли мы понимаем друг друга, – недоверчиво начала она. – Мне нужно практически выстроить здесь новый дворец?
– Взамен ты получаешь власть над всеми женщинами Даркраста, равную моей, – лаконично напомнил владыка. – Ну, и, конечно, одежда.
– И ошейник, – тут же вставила принцесса, не давая ему возможности вильнуть в сторону от договоренности.
– И он, тоже, – сдаваясь, вздохнул Сверр и тут же спросил. – Ну, так что ты решила?
– Это весьма странная ситуация, – серьезно произнесла Альда. – Ты хочешь, чтобы я проделала колоссальную работу, а в ответ даешь только то, что принадлежит мне по праву? Мне кажется, обмен не равный.
– Ну, все зависит от точки зрения, – пожал плечами владыка. – Можно рассматривать это с такой стороны, где тебе все должны, только потому, что ты родилась в доме короля далекой планеты, а можно с моей стороны – где супруга, по сути, является ступенькой к достижению большой цели. На Даркрасте у тебя мало шансов быть полезной, если ты не захочешь пойти на сделку.
– Это угроза? – насторожилась принцесса.
– Отнюдь, – ласково отозвался Сверр. – Чем я могу тебе угрожать, если даже заставить не в силах.
– Я ведь могу отказаться, – с прищуром произнесла Альда, безошибочно почувствовав, что владыка явно намерен заставить её делать так, как он хочет. – Со временем я стану матерью наследника и все равно займу главный религиозный пост, а твоя бабка когда-нибудь умрет, и это решит вопрос с одеждой и ошейником. Что я теряю?
– Возможность родить наследника Даркраста, – с улыбкой ответил мужчина. – Что помешает мне зачать сына от другой женщины? Главная жрица богини Ивран – та, что подарит следующего владыку, а не та, что является женой.
«Ах ты мерзкий хитрозадый паршивец!» – мрачно подумала принцесса, стараясь продолжать улыбаться и ровно дышать.
– Я все равно займусь перестройкой дворца, – продолжил разглагольствовать Сверр, прекрасно понимая, что загнал её в угол. – Эола родит мне сына и займет место Кунны, когда та наконец-то отойдет в мир иной. А что будет делать моя супруга? Все еще сидеть на цепи подле меня и согревать постель? Я не Эриал Фарогосийский, Альда, и его ошибок совершать не планирую. Ты либо строишь со мной империю, либо молча смотришь на все вокруг, голая и на цепи. Выбирай сама.
Стиснув зубы так, что заболела челюсть, женщина сжала подлокотники кресла. Сощурившись, она в упор смотрела на мужа и понимала, что все козыри в руках владыки Даркраста.
– Я страстно желаю видеть твоего портного, чтобы сшить свой первый императорский наряд, – процедила принцесса, поднимаясь на ноги. – Полагаю, это всё?
Глядя на то, как Альда марширует к выходу, Сверр не сомневался, что окончательно взбесил жену, но, уловив эпитеты, которыми она охарактеризовала его и Даркраст, понял, что перегнул палку в убеждении. Тяжело вздохнув и посмотрев на звездный потолок, мужчина, поджав губы, почесал отрастающую бороду. «Не так я планировал закончить разговор».
В это время принцесса мрачно расхаживала по спальне и, уперев ладони в бока, не могла найти слов, чтобы выразить степень возмущения Сверром. «Хитрожопый таракан! Мерзкий гнойник!» – пыхтела женщина, сжав зубы. – «Ну, ты у меня еще пожалеешь! Я тебе отстрою такой дворец, вся Вселенная ахнет! И ты первый из них, когда будешь рыдать над пустой казной!»
Внезапно в дверь спальни постучали, и, после довольно резкого разрешения войти, появилась Эола с подносом. Заметив взбешенную хозяйку, девушка замерла на пороге.
– Ужин, госпожа, – тихо произнесла служанка, смущенно опустив взгляд.
Весь её вид говорил о смирении и смущении. Эола была безобидной девушкой, которая страдала от несправедливости собственной Родины и её правителя, который желал наказать абсолютно другую женщину. Усилием воли Альда потушила огонь своего гнева и устало махнула рукой на стол, приглашая служанку поставить поднос с едой.
Если оставить угрозы и шантаж, предложения владыки были конструктивными. В конце концов, он же не предлагал принцессе собственноручно махать киркой, просто Альда не выносила, когда её принуждали. Но на самом деле, принцессу пугал провал в другом. Что скажет Сверр, когда, потратив безумное количество банковского железа, не получит желаемого.
Её репутация оставляла желать лучшего: ходили слухи, что Вако практически разорен, а с Фарогоса её выслали, да так, что там уже поселилась новая принцесса. Ни для кого не будет секретом, что это планировалось заранее, а значит она полная идиотка, раз позволила плести заговор прямо перед своим носом. И вот, дамы и господа, Альда Вакийская, приглашает вас в проклятое захолустье, где-то посередине ничего, насладиться пещерными видами и традициями дикарей. На её приглашение слетятся поглумиться или, в лучшем случае, проигнорируют.
Что скажет её муж тогда? И во что трансформируется их брак? И самое главное, сколько после этого позора проживет сама Альда? Скорее всего, ей позволят родить наследника и на этом все.
Застыв над нетронутой тарелкой, принцесса вновь обратила внимание на служанку. Может эта затея принесет хоть кому-нибудь счастье.
– Эола, ты довольна своей жизнью?
– Да, госпожа, – недоуменно отозвалась девушка.
– Может ты хотела бы что-то изменить? – допытывалась хозяйка подземелья.
– Меня все устраивает, – пожала плечиком еще более смущенная Эола, нахмурив брови и разглядывая стены, ища там правильный ответ.
– Ох, девочка, ты просто не знаешь, как бывает лучше, – устало вздохнула Альда, вновь посмотрев на свой ужин. – Ты уже ела?
– Моя очередь настанет, когда я верну поднос на кухню, – легко отозвалась служанка, украдкой улыбнувшись. – Все такое вкусное, госпожа. Девушки просили передать вам благодарность за новые блюда.
Эти простые слова вдруг заставили принцессу устыдиться. Бедняжки, жившие на Даркрасте, не имеют ничего, кроме железного ошейника, и выражают ей благодарность за простую еду.
– Эола, ты хотела бы носить одежду? – спросила Альда, понимая, что все равно согласится на условия Сверра, но будь все проклято, раз она станет императрицей – рабству конец.
– Я? – изумилась служанка.
– Сегодня ваш владыка предложил мне кое-что изменить во дворце, – собравшись с духом, произнесла принцесса. – И очевидно, что я должна согласиться, ибо альтернатива ужасна. Но для начала я хочу, чтобы ты рассказала мне всё, что знаешь о Кунне, бабушке Сверра.
По тому, как расширились глаза Эолы, женщина поняла, что новая родственница тот еще подарок.
– Ну, – неуверенно начала девушка. – Она давно руководит всеми храмами богини Ивран и решает, кто из девочек куда попадет после наступления детородного возраста.
– Она и тебя сюда определила? – вдруг задумалась Альда.