Во тьме

– Помогло? – коварно уточнила императрица.
– Да, госпожа, – едва сдерживая улыбку, отозвалась танерана.
– Узнай у девочек, испытывают ли они подобные проблемы со своими мужьями, и отошли им часть зелья для преодоления порога стеснительности, – весело хмыкнула Альда.
– Я точно знаю о четырех подобных же проблемах, – ответила придворная дама. – Думаю, сегодня разошлю все срочной доставкой.
– Действуй, но сообщи, что зелье доступно лишь разово, – предупредила принцесса. – У нас нет резерва. Все, что ты видела в сундуке, – это единственный запас Даркраста.
– Да, госпожа, – кивнула Аманита и чуть потупившись, добавила. – И я хотела сообщить, что средство дало результат – я беременна.
– О! – невозмутимо воскликнула императрица. – Прими мои поздравления и передай их мужу. Мы с супругом весьма рады за вас.
– Благодарю, – произнесла танерана, сияя довольной улыбкой. – Даже не верится. Надеюсь, что скоро и вы порадуете нас такой новостью.
– Я тоже надеюсь, – с улыбкой отозвалась Альда.
Ужин они со Сверром провели стремительно. Император опоздал и уселся напротив жены, когда той уже подали десерт в зеленом зале.
– Прости за задержку, дел очень много, – произнес мужчина, выдыхая усталость и тут же принимаясь за еду, оперативно появившуюся перед ним.
– Туал скоро станет отцом, – поведала хозяйка дворца. – Аманита сообщила новость.
– Меня тоже обрадовали, – легко кивнул правитель, не придавая этому большой значимости. – Нам надо что-то сказать или сделать? Ну, как императорской чете.
– Нет, – пожала плечиком принцесса. – Это семейное событие и простого внимания с поздравлениями будет достаточно.
– Хорошо, – согласился Сверр, возвращаясь к трапезе.
Глядя на мужа, создавалось впечатление, что вопрос продолжения рода его мало волнует, но Альда знала наверняка, что все как раз с точностью до наоборот. В этот момент она бы не отказалась услышать его мнение.
– Что думаешь? – уточнила принцесса. – Когда у нас будут такие новости?
– Когда придет время, – наивно приподняв брови, отозвался Сверр, усиленно жуя. – Мы же стараемся.
– Может, мы слишком сильно стараемся? – легко намекнула императрица.
– Всё в меру, – тут же парировал супруг, пристально прищурившись и, доев свою порцию буквально за секунду, уже поднялся на ноги. – Я ушел – дел по горло, но вечером обязательно жди меня – обсудим вопрос демографии в отдельно взятой семье.
Наблюдая, как муж шагает к выходу, Альда тяжело вздохнула. Кажется, «вопрос демографии в отдельно взятой семье» его волнует не так сильно, как сам процесс переговоров. Что могло так тревожить Сверра, превратив мужчину в ревнивца. Воскресив в памяти всё, что он видел и слышал в её снах, принцесса вспомнила краткую сцену на балконе Фарогоса. Больше она о своем увлечении не вспоминала, сознательно оставив генерала в прошлом. Что могло случиться на Рейно? Эриал. Принц вполне способен неосознанно поведать императору все детали и пикантные подробности её отношений с Заном! Это объяснило бы поведение Сверра, будь у него чувства к Альде, но ведь их союз был сугубо деловым.
Ночью, когда страсть завладела её мужем и тьма скрыла их от глаз придворных, вновь превращая императора в неистового дикаря, принцесса беспомощно сдалась ему, обняв за шею. Интенсивный темп и почти звериное урчание ошеломляли её, но поцелуи смягчали творившееся буйство. Когда густое семя вспенилось от грубых толчков, затапливая промежность, Альда поняла, что супруг не останавливаясь продолжает вколачиваться в неё. Вновь и вновь она слышала настойчивый голос в голове – «Моя».
– Сверр, – тихо проскулила она в самое ушко, обхватывая мужа за спину. – Я – твоя.
– Что? – непонимающе выдохнул мужчина, замирая, вонзившись до конца.
Поцеловав его в кончик носа и повыше задрав ноги, впуская сильнее, принцесса тихо прошептала:
– Я только твоя.
– Повтори, – требовательно произнес Сверр.
– Я – только твоя, – застонала Альда, когда он пошевелился на ней, задевая жестким гребнем пульсирующий клитор.
– Еще, – приказал супруг, пока она тяжело дышала от внезапных искр перед глазами. – Повтори еще.
– Я твоя, Сверр, – выдохнула она, когда движения возобновились, но теперь заметно мягче.
– Помнишь условия сделки, которую мы заключили на Рейно? – проскрежетал император, заменяя скорость движений на жесткость толчков.
– Да, – простонала принцесса, чувствуя, как все внутри сжимается от этих вторжений, заставляющих трепетать.
– Напомни, – вновь приказал Сверр, обхватывая её попку и налегая на неё плотнее. – Я хочу услышать.
– Являться во дворец для встречи гостей, – зашептала Альда, чувствуя, как поцелуи переходят в легкие укусы.
– И? – настойчиво потребовал мужчина, вонзившись чуть жестче.
– И? – растерялась она, заскулив от сладкой судороги.
– И остаться на десять дней в моей постели, – напомнил Сверр, сделав три грубых толчка. – Повтори!
– И остаться на десять дней, – покорно отозвалась принцесса, крепче обнимая мужа, когда теплая волна захватила искрами звезд.
– Дальше!
– Сопровождать тебя в поездках, – почти задыхаясь, продолжила императрица, а когда мужчина вдруг вновь стал грубым и требовательным, добавила. – И остаться во дворце еще на десять дней после возвращения.
– В моей постели на правах полноценной супруги, – засопел он, сильнее сжимая попку и наказывая её за это упущение серией быстрых вторжений, заставив хлюпать влажные складочки, уже набухшие до предела.
– Хорошо, – выдохнула Альда, закусив губу от жара, опалявшего её клитор, и брызнувшего удовольствия, растекшегося по венам.
– Дальше! – вновь потребовал император, не давая ей спуску.
– Если мы встретимся в секторе, то я должна оставаться рядом, как супруга, до того, пока ты не решишь все свои дела, – захныкала принцесса, когда он с силой стал таранить её, забыв о нежности и сдержанности. – Сверр!
«Я приму каждое проклятое приглашение! Приглашу каждого захудалого королька и буду очень дотошным в делах секторов!» – эти мысли вихрем кружили в голове Альды голосом её мужа, вышибая собственные. Движения мужчины вновь стали безжалостными и стремительными, а удовольствие захлестывало горизонт событий. Тьма вокруг будто ожила, поглощая и растворяя всё в пыль.
Спустя несколько дней они вновь отдыхали в зеленом зале, но не в укромном алькове, а купаясь в лучах дневного света. Забытое платье, распахнутое от горла до подола, повисло на плечах, а нега и сладкое томление наполняло тело, окрыляя легкостью. Сегодня Сверр был необычайно нежным, и Альда надеялась, что он успокоил свои тревоги. Лениво поглаживая её оголенный живот, император тяжко вздохнул.