Князь Рысев
Зажмуриться сейчас было бы последней ошибкой в жизни, а вот курсор я резво представил перед собой. Головная боль решила, что я как-то уж слишком оборзел, раз позволяю себе подобные эксцессы, и ударила с тройной силой.
Плевать.
Я управлял курсором при помощи взгляда — мне понадобилось меньше секунды, чтобы ясночтение тут же отреагировало на мою придумку. Оно разом вычленило настоящую Биску — я схватил ее за руку, едва не промахнувшись — перед глазами пока еще все плыло неясными образами.
Будто пробка от шампанского, мы влетели в узкий, уходящий вдаль коридор. Впереди, потирая ручонки, нас ожидала бесконечность темноты, разгоняемая лишь тускло горящими факелами. Змей, все еще лелеявший надежду отомстить за свою утрату, врезался носом в дверь, заворочался, будто пытался пробурить ее насквозь. Я слышал, как за спиной лязгают огромные, желавшие перемолоть меня вместе с демоницей в мелкую кашицу челюсти.
От чувства опасности у меня прояснилась голова. Затылком я ощутил, что грядет нечто нехорошее, а воображение даже подсказало, что именно. Я слышал, как огненный поганец свистяще набирает побольше воздуха, готовясь исторгнуть очередную огненную струю.
Нам не успеть, забилась мысль в голове. Не успеть, не убежать, какая же жалость — умереть вот так, когда почти спаслись.
Зарычав, будто медведь, я рванул в сторону буквально за мгновение до того, как из горячей глотки вырвалось пламя — выемка, словно только и созданная для того, чтобы за ней прятались, приняла нас с распростертыми объятиями. Я навалился на Биску всем телом, пытаясь закрыть ее от того, что сейчас произойдет. Как учили в школе, накрыл голову руками. Словно из огнемета, пламя прошлось по ближайшим стенам. Тьма, еще мгновение назад праздновавшая бал в этих глубинах, позорно бежала прочь от столь яростного напора. Величественные резные колонны, подпиравшие собой потолок, мигом оплавились, потекли, на глазах обращаясь в стекло.
Мне казалось, что еще мгновение — и станет нечем дышать. Левиафан же, решив, что вылил еще недостаточно злобы, одарил скалу десятком-другим затухающих ударов.
Я стиснул зубы, боясь, что вот-вот случится обвал, что каменный массив не выдержит, а нас раздавит каким-нибудь случайным булыжником.
Пронесло.
Сразу же при мысли об этом вспомнилась шутка отца, мол, бумажку не дать? Нелепо и глупо я заулыбался: все еще не верилось, что жив. Трусость, только сейчас поднявшая голову, говорила, чтобы я оставался на месте, не смел выглядывать в проход — будто там притаилась голодная, разинувшая пасть и готовая к очередному броску туша.
Я послушался ее на этот раз — в конце концов, когда еще подо мной оказывалась самая что ни на есть настоящая дьяволица? Вновь нарисовал себе курсор, взглядом оценив Биску — ясночтение отозвалось, обозначив ее класс как демон и гордо заявив, что она почетного для каждого черта тринадцатого уровня. Один за одним возникали окна: характеристики, особенности, способности…
Черт побери, кажется, я понял, как заставить работать мою абилку!
Лежащая подо мной дева, кажется, была рада вознаградить меня за столь невероятное открытие.
— А ты мне нравишься… живчик, — выдохнула она, чуть прикрывая глаза. — Не любишь ходить вокруг да около. Сразу стремишься перейти к делу, да?
Ее руки уже принялись гулять по моей коже, разминая плечи. Она улыбалась — не своему спасению, а возможности оказаться под грузом моего тела.
— Мне думалось, что ты мальчик. Вижу, что ошибалась. Так давай же не будем тратить времени даром. Да?
Я лишь кивнул в ответ, с головой отдаваясь вдруг вспыхнувшему возбуждению. Только что пережитый стресс требовал выхода, желал вылиться во что-нибудь воистину безумное, дикое и необузданное.
Например, в близость с дьяволицей.
Ее рука как будто ненароком скользнула в мои штаны.
Она походила на дикую, изголодавшуюся по сексу женщину. Хотела перехватить инициативу, оказаться на мне верхом, словно наездница, но я не давал ей такой возможности. Она будто никогда не слышала про нежность и ласку — желала, чтобы я завоевал ее без долгих прелюдий. Решил, что стоит дать ей то, чего она так жаждет.
Рывком сорвал с нее набедренную повязку — та протестующее затрещала. Мигом взмокшая, горячая и взбудораженная, дьяволица приняла меня в себя, а я ощутил растекающееся по всему телу томное наслаждение. Крепко стискивая ее в объятиях, раз за разом заставлял ее исторгать сладострастные, удовлетворенные вздохи. Словно поддавшись моему напору, демоница решила отдаться на милость моим силе и опыту, перестав сопротивляться. Я разминал ее мягкую небольшую девичью грудь и играл с набухшими бугорками. Не хотел выпускать бесовку из рук, жаждал брать ее раз за разом, будто неприступную вершину. Мы постоянно меняли позы, одну за другой, она желала все больше и больше. Желтые глаза пылали от наконец-то полученного удовлетворения.
Мы одновременно достигли блаженства и, уставшие и довольные, повалились в объятия друг друга. Тяжкое дыхание вырывалось из нас клубами пара, пережитое ползло улыбками на лица.
— Ты знаешь, а она ведь хочет от тебя детей, — вдруг и как будто невзначай произнесла Биска.
— Кто?
— Майя, девчонка твоя. У нее все на душе написано.
Я непонятно зачем кивнул в ответ. Что ж, должен признать, что Майя на моей памяти пока первая девчонка, которая захотела от меня детей, зная от силы лишь два с половиной дня…
— Ты умеешь что-нибудь? Замораживать? Кидаться огнем? Колдовать что-то другое? — Она спросила и легла на бок. Ее взгляд манил мой член — она заулыбалась так, будто вновь представила его внутри себя. — Там, куда мы пойдем, тебе пригодится что-нибудь подобное. Даже с твоей дикой удачей, живчик… там просто так не выжить.
— А разве у меня на душе не написано? — я ответил насмешкой, но решил все-таки проверить. Раз уж теперь я знаю, как своей приблудой пользоваться, грех хотя бы не глянуть, чем там обогатился наш Рысев за все это время без меня.
Да уж, тут в пору было губы пожевать.
Рысев если и качался, то явно куда-то не туда. Нет, спорить не буду, сила и пассивка «телосложение» — это выбор настоящего мужика, но вот на кой черт ему была нужна харизма? Хотя, может, благодаря ей на меня так девчонки и шликают? С другой стороны, вокруг парня девчонки так и вились, и что-то не похоже, что он замутил хотя бы с одной из них. Видать, у него были совсем уж какие-то иные предпочтения.
Цифры характеристик, что я увидел перед собой, особого оптимизма не внушали. Я бы их даже средненькими не назвал. Ладно, вкачаем то, что осталось, в силу и ловкость — продолжим строить тело. Если мне и дальше придется скакать, как ужаленный сайгак, то уж лучше при этом поменьше уставать, быстрее бегать и больнее бить.
С абилками вышла та же фигня. Бывший обладатель этого тела как будто не видел собственной ветки прокачки. Или, я бы даже сказал, веток: их тут было три. Под знаками вопроса стояла еще одна, скрытая, помеченная манящим словом «магия». Увы, доступна она с десятого уровня, а Рысев за свои года и с моей недавней помощью набрал от силы только четвертый. Я глянул, что там в боевой ветке — пусто. Все, на что хватило парнишки, так это вложиться в ветку телосложения да закинуть несколько очков на чахлый кустик лидерских навыков. Социальные тоже голодали без его внимания.