Время и боги. Дочь короля Эльфландии
Чтят Слида люди в городах, нравятся ему полевые тропки, и лесные стежки, и долины меж гор, где он пляшет; но Слида не удержать ни берегами, ни границами – ибо душа Слида в Море.
Там может он раскинуться под солнцем и улыбаться богам, которые сверху улыбаются Слиду, и быть счастливее тех, кто правит Мирами, тех, чье занятие – Жизнь и Смерть.
Там может он сидеть и улыбаться, или прокрадываться между кораблями, или вздыхать около островов, рассматривая, подобно скряге, свои несметные богатства, россыпи драгоценных камней и жемчуга.
Либо, придя в восторг, Слид вытянет вверх огромные руки или тряхнет гривой спутанных волос, и начнет петь неистовые песни кораблекрушений, и всем телом ощутит собственную разрушительную мощь и власть над морем. Тогда Море, подобно безрассудно смелым легионам, перед началом сражения приветствующим вождя, соберет свои силы под всеми ветрами, и заревет, и запоет, и загрохочет, сметая все на пути по слову Слида, душа которого в море.
Когда легко на душе у Слида, то на море тишь; а когда на море буря, на душе у Слида тревожно, ведь настроение богов изменчиво. Слид бывает во многих местах, ибо он царствует в великой Пегане. Он проходит по долинам, где течет или движется вода; но голос Слида и зов его слышится с моря. И тот, чьих ушей коснется этот зов, бросит все и пойдет, чтобы всегда быть со Слидом, следовать всем его причудам, и будет идти, пока не достигнет моря. На зов Слида, покинув свои дома на холмах, ушли к морю сотни тысяч людей, и над их костями плачет Слид, подобно богу, оплакивающему свой народ. Даже ручьи в не знающих моря землях, слыша отдаленный зов Слида, покидают луга и рощи, стремясь туда, где Слид собирает свои силы, чтобы радоваться там, где радуется Слид, чтобы петь песнь Слида, петь, даже когда в Конце все Людские Жизни соберутся у ног МАНА-ЙУД-СУШАИ.
Деяния Мунга(Владыки всех смертей между Пеганой и Пределом)
Однажды, когда Мунг шел по Земле, от города к городу, через долины, встретился ему человек, который испугался, услышав, как Мунг сказал:
– Я Мунг.
И сказал Мунг:
– Разве сорок миллионов лет перед твоим появлением здесь были тебе невыносимы?
И сказал Мунг:
– И следующие сорок миллионов лет будут ничуть не лучше!
Затем Мунг явил ему свое знамение, и Жизнь Человека, освободясь, покинула его члены.
Мунг – в том месте, куда вонзится стрела, и в домах, и в городах Человека. Мунг бывает в любом месте и в любое время. Но больше всего он любит бродить в темноте и в тишине, в речных туманах, когда стихает ветер, незадолго перед тем, как ночь встречается с рассветом на пути между Пеганой и Мирами.
Время от времени Мунг посещает хижину бедняка или склоняется в низком поклоне перед королем. И тогда Жизни бедняка и короля отправляются в путь среди Миров.
И сказал Мунг:
– Множество поворотов у пути, который Киб дал человеку пройти по Земле. За одним из поворотов поджидает Мунг.
Однажды шел человек по пути, что дал ему пройти Киб, и вдруг встретил Мунга. И сказал Мунг:
– Я Мунг!
А человек воскликнул:
– Увы, зачем пошел я по этому пути, ведь если бы я пошел по другому, я бы не встретился с Мунгом.
И ответил Мунг:
– Если бы ты мог пойти по другому пути, тогда все Устройство Вещей было бы иным и другими были бы боги. Когда МАНА-ЙУД-СУШАИ оставит отдых и сотворит новых богов, Они, возможно, пошлют тебя снова в Миры, вот тогда ты сможешь выбрать другой путь и не встретишься с Мунгом.
Затем Мунг явил свое знамение. И Жизнь человека рассталась со своими вчерашними сожалениями, и со старыми горестями, и с оставленными вещами – и отправилась, а куда, то ведомо Мунгу.
А Мунг пошел дальше, верша свои труды, разъединяя Жизнь и плоть, и встретил человека, удрученного горем. И сказал Мунг:
– Когда мое знамение заставит Жизнь покинуть тебя, то вместе с нею исчезнет и твое горе.
Но человек воскликнул:
– О Мунг! Повремени немного и не являй мне своего знамения сейчас, ибо у меня есть семья на Земле и ее горе останется при ней, хотя мое исчезнет от знамения Мунга.
Ответил на это Мунг:
– Для богов «сейчас» – это Всегда. И не успеет Сиш прогнать множество лет, как горе твоей семьи уйдет вслед за тобой.
Тут глаза человека увидели знамение Мунга, и больше они уже ничего не видели.
Напев ЖрецовСе! слышен напев жрецов:
То служители Мунга поют.
Се! слышен напев жрецов.
К Мунгу весь день напролет взывают его жрецы, но Мунг остается нем. Так много ли толку и проку в молитвах простого люда?
Несите дары жрецам – будьте щедры к служителям Мунга!
Пусть к Мунгу взывают они – громче, нежели прежде.
Быть может, услышит Мунг.
И более никогда Тень Мунга не зачеркнет чаяний человечьих.
И более никогда Поступь Мунга не омрачит снов и грез человечьих.
И более никогда жизнь не расстанется с телом по велению Мунга.
Несите дары жрецам – будьте щедры к служителям Мунга!
Се! слышен напев жрецов:
То служители Мунга поют.
Се! слышен напев жрецов.
Речения Лимпанг-Танга(бога радости и сладкоголосых музыкантов)
И сказал Лимпанг-Танг:
– Удивительны пути богов. Цветок вырастает и увядает.
Быть может, это очень мудро со стороны богов. Ребенок становится взрослым и через некоторое время умирает. Быть может, это тоже очень мудро.
Но боги играют по удивительным правилам.
Мне нравится приносить в мир шутки и немного радости. И пока Смерть кажется тебе далекой, как пурпурная гряда холмов, а печаль – немыслимой, как дожди безоблачным летним днем, молись Лимпанг-Тангу. Но когда ты состаришься, когда станешь умирать, не молись Лимпанг-Тангу, ведь ты тогда будешь частью правил, которых он не понимает.
Выйди на улицу звездной ночью, и с тобой станцует Лимпанг-Танг, который танцует с той поры, когда все боги были молоды; Лимпанг-Танг – бог радости и сладкоголосых музыкантов. Или принеси ему в жертву шутку, но не молись ему, пребывая в печали. Ведь Лимпанг-Танг говорит о печали: «Быть может, это очень мудро со стороны богов», но самому ему этого не понять.
И сказал Лимпанг-Танг:
– Я меньше богов, и потому молись малым богам, а не Лимпанг-Тангу.
Однако между Пеганой и Землей трепещут десять миллионов молитв и бьют крылами в лицо Смерти, но никогда ни из-за одной из них не остановилась рука Разящей и не замедлился шаг Неумолимой.