Ночной кошмар (СИ)
Вдохнув воздух, мужчина оскалился, а затем одним движением выпрыгнул из крио-капсулы, став на ноги. Ещё раз громко вдохнув воздух, он побежал в сторону кабины, не обращая внимание на то, что двери перед ним открываются сами. Взрыв эми-гранаты выключил и блокировку возможностей Немезиды. И, пускай, корабль почти полностью оказался поражен электро-магнитным импульсом, ИскИн кое-что делать ещё мог.
Даже осознавая неизбежность гибели и разницу весовых категорий, ИИ пыталась расправиться с Винсентом. Уроки, данные ей Алексом, искусственная личность запомнила, осознала и приняла. Одним из самых важных среди них, была борьба. Чтобы ни происходило. Как бы паршиво ни было. Никогда нельзя отступать. Никогда нельзя сдаваться. Никогда нельзя молить о пощаде.
И Немезида боролась. Несмотря на всё происходящее, она хотела если не победить, то, хотя бы, дать Алексу время и возможность выжить, а лучше, и вовсе помешать сошедшему с ума Винсенту завершить задуманное.
Впрочем, существо, что ещё недавно являлось сержантом Рональдом Уилсом, добраться до Винсента Лейпфа не успело. Выкрутив последний предохранитель, мистик отключил таймер и нажал кнопку с надписью «Самоуничтожение».
* * *
Пришла в себя Грейс отнюдь не в крио-капсуле, как думала, а на покрытом кровью полу платформы монорельса, одетая в свой бронекостюм. Рядом с ней сидел Алекс, держа в руках бластерную винтовку.
— Какого черта? — пробормотала девушка, пытаясь встать, — Почему мы здесь, а не…
В этот момент пол под ней дрогнул, а мерцание тревожных огней на несколько секунд прекратилось, затем раздались скрежет и звон металлических конструкций. От этих звуков сердце О’Брайн сбилось с ритма. Распознать как ломаются переборки и силовые наборы она могла — ей подобное уже доводилось слышать.
— Тебя и запись о ситуации на борту принесли дроиды, выполнявшие приказ Немезиды, — глухо отозвался Алекс, — Винсент… запустил самоуничтожение корабля, полагаю, раз мы… только что услышали последствия взрыва.
Внутри девушки всё похолодело. Их единственный билет домой оказался уничтожен. Да ещё и запасов воздуха явно не так уж и много. Плюс… Батареи…
— Что мы будем делать?
Варнер несколько минут молчал. Казалось, что он превратился в статую. Это впечатление усиливал глухой шлем с поляризованным визором, скрывающим лицо. Однако, когда Грейс уже решила, что ответа не дождется, он произнёс:
— Вместе с запасными баллонами и батареями, мы имеем запас живучести, порядка пяти часов. За это время нужно восстановить энергоснабжение всех систем, в первую очередь, жизнеобеспечения. Затем, гипер-связь, добраться до ЦПУ и вызывать помощь. Потом… Надо попасть в здешний ангар, если он уцелел после взрыва, — вздохнул Алекс, — Возможно, нам повезет и мы найдем там транспорт. Если нет, то… Придется искать подходящее место и занимать там оборону в ожидании спасателей.
Голос мужчины казался безжизненным, сухим, словно бы перед ней сидел, опершись на винтовку руками, не живой человек, а бездушный холодный робот.
— Алекс, — осторожно произнесла Грейс, — Пожалуйста, приди в себя. Я одна тут не выживу. Ты мне очень нужен. Очень тебя прошу.
Шлем, скрывающий лицо мужчины, чуть изменил положение, а затем мистик встал с колен, протянув ей руку.
— Хорошо, офицер О’Брайн, — голос Варнера оставался всё таким же мертвым, — Я вам помогу выжить.
* * *
Появление дроидов с полубессознательной Грейс стало для меня неприятной неожиданностью. Нет, когда внезапно появляется красивая девушка с доставкой на дом — это хорошо. Только здесь далеко не дом и обстановка не способствует.
Пока О’Брайн приходила в себя, я просмотрел данные с карты паями, отданные мне дроидом, и тихо выругался. Лейпф. Ублюдок то ли сошел с ума, то ли не справился со здешними тварями. Впрочем, одно стало понятно — Немезида была права, протестуя против его появления на борту. И мне следовал послушать её советов, а не верить в дружбу. Нет никакой чертовой дружбы. И Винсент мне это доказал за время нашего общения. Причем, далеко не один раз.
Теперь, когда Грейс пришла в себя, я смог прикинуть план действий и понял, что всё не так плохо. Немезида, даже осознавая критичность ситуации, подарила мне шанс на спасение. Инженер в лице О’Брайн, блок памяти моего ИИ с копией её архивов, заботливо созданных ИскИном, да универсальный дроид-ремонтник, посланный ею, чтобы дотащить Грейс до меня.
На душе от этого было невероятно мерзко и тошно. Дико хотелось курить и выпить виски. Увы, но все этим маленькие радости жизни будут у меня, судя по всему, не скоро. Чертов Винсент не просто подорвал корабль. Он лишил меня дома и всей наличности, что осталась в сейфе, документов и даже запаса золотых платиновых слитков, что я втихомолку собирал на случай проблем.
Была бы у меня такая возможность, удавил бы тварь ещё раз, но… Увы.
Теперь придется выжить тут, на чертовой станции, а затем начать всё с начала. В который уже раз? Первый был после вылета из ВКС и Ордена. Второй после смерти лидера наемников, одним из которых я зарабатывал себе на жизнь. А это уже третий.
Вздохнув, я помог девушке встать, а сам направился к второму герметичному створу, тоже блокирующему выход с платформы. Только за ним должен был находиться путь к центральной части станции.
— Не стоит, — остановил меня голос Грейс, — Судя по всему, взрыв «Ночного полета» повредил часть силовых наборов и конструкции всего сектора. Потому… Лучше туда не соваться. Только остатки атмосферы и тепла выпустим.
— Вот же дерьмоед недоношенный, — вздохнул я, — Чтоб ему на том свете только из мусорника жрать.
Немезида до последнего транслировала сигнал на компьютер дроида через портативный усилитель сигнала, который тот взял с собой. И всё происходящее в рубке моего корабля, на который этот урод не потратил ни гроша, видел. Как же мне хочется убить его ещё раз.
«Так! Успокойся! — заставил я себя взять в руки, — Надо держать себя в руках!»
Злость, конечно, штука полезная для мистики, но только тогда, когда удается держать её под контролем. Если же впасть в бешенство, хоть имеющее причину, хоть нет, последствия могут оказаться плачевными. Особенно, для тех, кто рядом.
— Успокойся, — тихо произнесла девушка, положив мне на плечо руку, — Ты уже ничего не изменишь. А нам надо выбираться.
— Ты права, — кивнул я, — И, раз уж ты у нас специалист, то рассказывай куда надо идти и что делать.
Глава 4
— Дерьмово, — вздохнул я, водя стволом винтовки с включенным тактическим фонарем на боковой пластине вдоль стены туннеля.
— Ты в этом сомневался? — хмыкнула Грейс, держа наготове бластерный пистолет.
Мы так и не нашли пути к главному коридору, ведущему из D-6, где расположена платформа монорельсового транспорта, в центральную часть станции. Пришлось спускаться в тоннель, где мы теперь и находились.
Если платформа освещалась замершими без управления боевыми дроидами, единственным достоинством которых теперь были подсветка корпуса и мощные фонари, да аварийными световыми панелями, то здесь царила кромешная тьма.
— Я не ожидал, что персонал окажется свиньями и засранцами.
— Это везде так, — пожала плечами О’Брайн, — Не первая и не последняя станция в таком виде, — добавила девушка, пнув носком ботинка очередной пластиковый стакан, валявшийся на металлическом покрытии.
Внизу, там где освещение не предусмотрено, мы обнаружили натуральную свалку — пластиковые стаканчики от здешних кофе-автоматов, полиэтиленовые обертки от батончиков и пакеты, грязные бумажные салфетки, разорванные упаковки из под презервативов и сами презервативы…
— Интересно, почему из тоннеля не воняло? — спросил я Грейс, перешагивая очередную кучу мусора, — Учитывая эти завалы…
Девушка с ответом не торопилась. Осмотрев пространство перед собой, она осторожно обошла сваленные у стены металлические обломки, назначение и происхождение которых понять уже не удалось бы никому, и только тогда повернула ко мне скрытую шлемом голову.