Грата

На Юге уже почти решили, что войне конец. Командующий войсками Юга Империи, лендсгенерал Колин Макловски, всегда хотел мира.
И тогда северное командование пошло на грандиозную провокацию в районе экзотианской Джанги…
 
— А ты, значит, в теме того, что было в небе над Кьясной? — деланно удивился Ченич. И пошутил с усмешкой: — Это же Эскгамский конфликт, если я не ошибаюсь? Это лет пятьдесят назад? Или шестьдесят? Тебе годков-то сколько, пилот?
Рэм не обиделся. Да, он тогда ещё даже и не родился. Но это не означало, что он ничего не знает.
— В провокации над Кьясной участвовал дед Вальтера Дерена, моего первого пилота, — пояснил он. — Так что инфа — сто процентов.
Про Кьясну, пожалуй, можно было и рассказать. Ведь это была не военная тайна, а семейная история Дерена.
— Эскгамский конфликт был провокацией нашего военного ведомства, — осторожно начал Рэм. — По приказу военного министра разведчики сымитировали нападение экзотианского патруля на нашу колонию на Эскгаме. Но своих не предупредили. И дед Дерена оказал такое бешеное сопротивление, что икали потом и у нас, и на Экзотике. Если бы не дед, война началась бы ещё тогда, так рассказывал Вальтер.
Ченич подумал, кивнул. Инженера, который превратил противометеорную защиту Эскгама в смертельное оружие, действительно звали Дерен.
Имени он не помнил, но редкая фамилия чем-то заинтересовала его и зацепилась.
— А на Тэрре? — спросил он осторожно.
Вот тут уже официальная версия была так бедна, что смутила бы и домохозяйку.
Тэрра являлась столичным миром экзотианского Дома Нарья — Дома красного королевского граната. Там якобы случилась техногенная катастрофа, уничтожившая огромное многоуровневое поместье вместе с его жителями.
Рэм свёл брови, вспоминая, что именно написано в дэпах, чтобы не выболтать какую-то закрытую информацию.
— На Тэрре был наш капитан и большая часть личного состава, кроме молодняка. Это мы там всё разнесли. Но формально планета пострадала от техногенной катастрофы. Якобы живые кристаллы утекли из лаборатории и всё сожрали. Это неправда, но я не знаю, о чём тут можно говорить, а о чём нельзя, — признался он.
— Ты уверен, что это была антивоенная имперская спецоперация?
Рэм кивнул.
— Так мне рассказывали на крейсере. Сам я тогда ещё не служил, но зачем бы ребятам мне врать? Южное имперское командование не хотело этой войны. Потому у нас и начались тёрки с Севером. И когда мы переиграли Север — наступил мир.
Ченич задумался.
— Это было над Джангой? — спросил он уверенно. — Очередная имперская провокация, как на Эскгаме? А сопротивление оказал имперский же капитан?
Рэм внимательно посмотрел на соседа. В сообразительности ему отказать было трудно.
Если учесть, что история с Джангой совсем свежая, и то, как она засекречена… Ченич, не зная почти ничего, просёк сразу корень.
Рэм нехотя кивнул и задумался: что он может ему рассказать?
Теракту над Джангой было лет пять, наверное.
Тридцать две тысячи детей оказались блокированы на орбите некими, так и не установленными официально «террористами».
Командор Джанги передал командование безымянному имперскому импл-капитану, случайно оказавшемуся в Поясе Дождей. Капитан организовал оборону. Потом подошли патрульные корабли Содружества и дали бой.
Так писали в дэпах. Но на самом деле всё было иначе.
Имперский импл-капитан спецоновского крейсера «Персефона», Гордон Пайел, действительно организовал оборону Джанги. Но он же и первый вступил в бой. И выиграл его настолько малыми силами, что северная Империя была не просто разбита, а опозорена.
Её буквально вышвырнули с Юга.
    
Глава 4. Опасный десерт
Пассажирский корт, следующий по маршруту «Аннхелл — Питайя — Аскона»
Рэм молчал.
Ченич тоже молчал и оценивающе смотрел на пилота: ну ведь совсем молодой парень?
Однако, звание импл-капитан — очень редкое для Империи. И капитан «Персефоны», Гордон Пайел, был одним из немногих импл-капитанов в южной Армаде. Если не единственным.
Но — пять лет назад?
Пусть Рэму тогда был двадцать один или двадцать два. Бой над Джангой требовал от пилота высочайшей квалификации, а откуда она у вчерашнего курсанта?
— Ты помнишь, кто командовал операцией? — осторожно спросил Ченич.
— Командовали с грунта, — Рэм сразу понял, что сосед его проверяет. — Наземным штабом руководил командор воздушных сетей обороны Джанги Симон Коутер. А потом с нами вышел на связь генерал резерва Содружества Дегир, и приказал, чтобы Коутера сменил наш капитан.
— Дегир? — удивился Ченич. — Приказал вашему капитану?
Рэм мотнул головой:
— Коутеру.
— Значит, связался с вами не только Дегир, но и кто-то из имперского командования? — уточнил Ченич. — Но мы не будем говорить, кто, так?
Рэм молча кивнул.
— А как вы там вообще оказались?
— Случайно, наверное. — Рэм задумался, вспоминая. Амаль говорила ему, что случайностей не бывает, но вот этого он уже не смог бы объяснить и при желании. — Нашего капитана взялись лечить на Джанге. У него были серьёзные проблемы с кровью, а там нашлось что-то специализированное. Может, это покажется странным, но после Тэрры мы с экзотами уже и не воевали, а так… В тот раз мы сопровождали очередные переговоры в Поясе Дождей, кэпу стало плохо, и кто-то подсуетился с экзотским госпиталем. А нам с Дереном было приказано капитана охранять. Так срослось. Помню только, что пропустили нас на Джангу не без труда. И приказ был — с территории госпиталя без разрешения не выходить.
— В каком госпитале? — продолжал допрашивать Рэма сосед.
— В Чангарском центральном.
— Это который на южной окраине провинции Чангара, округ Лессен?
— Это который рядом с городом. Вы меня проверяете, да? Он в саду стоит, госпиталь этот. Там до города километров семь или восемь через поля. Я не могу точно перевести единицы в километры, мы не пользуемся этой мерой длины. Меня тогда только-только зачислили вторым пилотом к Дерену. Ориентировался я на Джанге плохо: приказали охранять — я и охранял. Кэпу становилось то лучше, то хуже. А потом всё началось.
— А разве пилоты тоже занимаются охранной службой? — удивился Ченич.
— На «Персефоне» — да, — едва не рассмеялся Рэм. — Новичков это напрягает.
— Значит, ты оказался среди пилотов, что приняли бой в небе над Джангой? Но там было сорок неопознанных кораблей разного тоннажа и ударной силы. Как вы вообще сумели уцелеть?
Рэм вздохнул. Ченич читал дэпы, и потому поверить в то, что произошло на самом деле, ему было непросто.