Грата

— Ж-ждите, — выдавил дежурный. — Я доложу капитану.
 
— Это чего он так подскочил? — спросил Кифара, когда экран почернел.
— А это техники работу закончили, и наш реактор стал «мигать» у него на экране, показывая нестабильную отдачу энергии, — усмехнулся Рэм. — Теперь мы поговорим не с дежурным, я думаю, а с самим капитаном. Или я плохо знаю Содружество.
 
Капитанская рубка эспилера Торгового альянса Содружества «Морской конёк»
Рюка Хилинга, капитана «Морского конька» и главу Торгового альянса, в Содружестве называли Бешеным Эльфом. За креатуру.
Зеленокожий, рыжеволосый и голубоглазый капитан ещё и характер имел странный: и взрывной, и выдержанный. Всё разом.
Никто не знал, какая черта в нём настоящая — вспыльчивость или умение сосредоточенно выжидать.
Он мог в полчаса демонстрировать по пять раз и то, и это. И останавливаться на той своей черте, что была ему выгодна.
Зеленоватая кожа и наёмная алайская охрана намекали, что не обошлось в роду капитана Хилинга без жителей опасного и хищного Э-лая. Ну, или он намеренно тонировал лицо и руки.
Впрочем, алайцы в его охране были самыми настоящими.
И таким же настоящим был его авторитет и среди торговцев, и среди военных.
Рюка Хилинга часто приглашали посредником или свидетелем договоров и сделок. Слово его имело немалый вес, несмотря на не самое славное происхождение владельца.
Капитан Хилинг был неузаконенным сыном в своём Доме. Но, возможно, лишь потому, что в последние сто лет Дом Оникса так ослаб, что не было смысла добиваться формальных свидетельств признания.
Обратись Рюк Хилинг сам, напомни о себе Дому, и его признали бы почти наверняка. Но капитан был человеком гордым. Он сражался, торговал и не кланялся тем, кто был этого недостоин.
Разодет он был на алайский манер — в прекрасный зелёный камзол и фиолетовую в золотых кружевах рубаху. Рыжеватые волосы были заплетены в десятки косичек и украшены бусинами из жёлтого золота. В капитанской рубке цветов нежной слоновой кости он казался наряженной ёлкой, украденной с Дня колонизации в каком-нибудь провинциальном городке Содружества.
Пока связист говорил с Рэмом, Рюк Хилинг читал в смежной каюте книгу, уютно устроившись возле столика с напитками и позволяя команде самой сориентироваться в забавной ситуации с одним пассажирским судном и двумя таггерскими.
Время от времени он выслушивал доклады дежурных, кивал и возвращался к чтению.
За пультом в капитанской сидел сержант Мейдек — совсем молодой парень, сын жены брата. Забавный и неуклюжий, как двухнедельный щенок ташипа, что только и умеет пищать да сосать молоко.
— Господин капитан, транспортник кусается. И больно! — сообщил Мейдек удивлённо тараща глаза.
— А что с-случилось? — с улыбкой в голосе спросил Рюк.
Происходящее забавляло его.
Мало того, что на корт напали таггеры, среди которых всплыл изгой Дома Оникса, незабвенный Лейнек Дисталь. Так ещё и груз на корте имелся редкий и нелегальный. А Лейнек Дисталь был редким примером самовлюблённой скотины.
Удивительно, что нашлись сразу две редкости, верно?
Казалось бы, Лейнеку Дисталю стоило перестать уже доставлять беспокойство своему и без того истерзанному Дому. Но времена шли тяжёлые, знать измельчала.
Леди Антарайн, когда говорила о Лейнеке, мутнела глазами. Бедная женщина не понимала, как обуздать подонка, природой, к несчастью, одарённого щедро.
Дом не мог от него отказаться. Леди Антарайн надеялась, что кровь Дисталь ещё проявится в детях. Но, говоря о Лейнеке, она едва сдерживала слёзы. Милая…
Капитан Хилинг вздохнул, вспоминая чудесные чёрные глаза, глубокие, как космос.
Сержант Мейдек всё это время молчал, как идиот, замечтавшийся о какой-нибудь юбке.
— Что с-случилось, я с-спрашиваю?! — прошипел Рюк Хилинг.
Оба его алайских охранника, коротавшие время за игрой в гош, вскочили.
— Р-рубка корта не отвечает, — пробудился сержант Мейдек. — А в навигаторской сидит какой-то наглый парень в имперском компрессионном костюме, ну, какие бывают у пилотов-автономщиков, и дерзит. А реактор антивещества у них, судя по приборам, уже пять минут в нестабильной фазе.
— Может рвануть? — доброжелательно осклабился капитан Хилинг.
— Да вряд ли, — растерялся дежурный. — Скорее всего, они сами его накрутили каким-то манером. Позвать для консультации старшего техника?
— Я прекрас-сно знаю, как можно в полчас-са «накрутить реактор», с-сержант Мейдек, — неожиданно зло рассмеялся капитан Хилинг. — А вот вы — проконс-сультируйтесь, окажите с-себе такую ус-слугу. Чтобы в с-следующий раз могли как с-следует доложить мне!
— С-слушаюсь, — совсем растерялся дежурный.
— И прекратите думать о бабах, когда докладываете мне в капитанской!
Парень побагровел. Похоже, капитан угадал, где он витает.
Вот так и возьми парнишку сугубо по родственным связям. Тупой, недогадливый, нерадивый…
И что Рюк Хилинг должен написать в конце недели его отцу? Что неделя — не показатель, и разговор будет после двухмесячного испытательного срока?
— Значит, говорите, какой-то парень вам нахамил? — вдруг совершенно миролюбиво ухмыльнулся глава Торгового альянса, меняя гнев на милость. — Такой? — Он вызвал с браслета голограмму молодого пилота в военной форме Объединённого Юга.
Сержант Мейдек уставился на голо с неподдельным удивлением. Видимо, не удосужился посмотреть, из-за кого сыр-бор, удовлетворившись текстовым сообщением связиста.
Ещё и не любопытен…
— Разрешите запросить подтверждение? — проблеял он.
Капитан Хилинг кивнул, глаза у него были не злые, но очень ехидные.
Над браслетом дежурного тоже вздулась голограмма, и Рюк Хилинг удовлетворённо хмыкнул. Да, это был Рэм Стоун, второй пилот Дерена.
Хороший мальчик, инициативный, хоть перекупай.
— Ну, так и кто это? — спросил Глава торгового альянса у сержанта Мейдека. — Вы догадалис-сь опознать парня по военному реес-стру?
— Не могу знать, — растерялся тот.
— А чего он хочет?
— Он как раз не хочет. Не хочет принимать нашу шлюпку.
— А зачем мы пос-сылаем на корт шлюпку?
— Мы должны забрать господина Дисталя, господин капитан. Таггеры сообщили, что он на корте, пленён командой и…
— И?
— И ему нанесены унизительные побои, господин капитан.
— Это ужас-сно. Что-то ещё?
— На корте, по заявлениям таггеров, есть незаконный груз на очень приличную сумму.