Брат для волчонка 3
Лендслер был не один. По его левую руку сидели комкрыла и генерал Мерис, возглавляющий разведку, а справа развалился экзотский отморозок, капитан Пайел. Красивая холёная сволочь.
Рассказывали, что капитан сейчас при командующем — вроде палача. Ему человека что задушить, что убить, как мутанты, не прикасаясь — раз плюнуть.
А может, даже и проще. Всё-таки нормальному человеку даже чтобы плюнуть — нужно приложить хоть какое-то усилие.
И хуже всего было то, что капитан Пайел явно узнал Берга. Он смотрел так, словно измерил уже генерала и взвесил. Осталось вынести вердикт.
— Ну а сам ты — что предложишь с тобой сделать? — спросил командующий.
Берг едва не вздрогнул. Вместе со звуками голоса, потолок каюты вдруг начал сползать вниз, грозя придавить всех сидящих.
Вот только никто этого почему-то не замечал.
— Где лейтенант Дерен? — спросил лендслер.
Он не хмурился, не повышал голоса, но генерал Берг ощутил, что ему в грудь засунули руку и беззастенчиво шарятся там.
— Не могу знать, — выдавил он. — Группа, посланная на Прат, перестала выходить на связь.
— А зачем вы послали на Прат группу захвата? — холодно поинтересовался лендслер.
Генерал сглотнул, взгляд его беспомощно метнулся по каюте.
Он так и не узнал, что случилось с бойцами, которым было приказано привести Дерена на «Дагон».
А вот Микаэль Кохен всё аккуратно доложил координатору крыла. С голографиями и общей оценкой ситуации. И даже успел провести предварительный допрос мятежника Тетракиса.
Лендслеру оставалось выяснить, это сам Берг принимал выгодные Северу решения по Прату, или крыса у него в ставке?
Комкрыла хмыкнул и уткнулся в спецбраслет.
Понятно было, что ещё не остывший от переговоров командующий церемониться с Бергом не будет. Генерала так и этак нужно будет менять — если не саботажник, то дурак. Но менять придётся медленно и аккуратно. Чтобы не волновать людей преданных и не распугать крыс.
Берг потерянно оглядел равнодушные лица. С Абэлисом у Берга были, в общем-то, неплохие отношения. Раньше. До его случайного доноса министру…
Командующий нахмурился.
Абэлис встал, кивнул генералу Мерису, и они оба вышли из каюты.
Берг не знал, что они отправились в оранжерею за ароматными джангарскими лимонами.
Когда выпьешь достаточно, всегда хочется убедиться лично, что лимоны сорваны в идеальной спелости. Ведь надо же было угостить Линнервальда, который должен был прилететь с минуты на минуту.
— А не сожрёт он его? — поинтересовался Абэлис, которого в самом конце коридора слегка укусила совесть.
— Да ну, — отмахнулся генерал Мерис. — Станет он Агжея пугать. Он с молодым носится, как повар с плодом мальпы.
— А чего это он? До переговоров — понятно. Алайцы были готовы заполучить Агжея, выложив поперёк пространства башню из трупов. А сейчас чего?
— Да Хэд его знает, — пожал плечами Мерис. — Но отпускать от себя не хочет, а Агжей мне нужен. Работа простаивает. Хорошо хоть Дерен подрос, иначе был бы у нас на Прате фейерверк. А Берг, скотина рыжая, чуть парня мне не покалечил… Я Дерена два года на «Персефоне» терпел. Все его выбрыки. Так что… — генерал почесал грудь под пластиной домагнитного доспеха. Защиту он не снимал никогда. — Пусть жрёт! Если бы Берг попортил мне Дерена, я сам бы его сожрал.
Комкрыла возражать не стал. В конце концов, он помнил Вальтера Дерена крошечным младенцем, молча терпевшим длинный обряд крещения.
Уже тогда мальчишка был сильный, упорный. И не Бергу тянуть к нему волосатые рыжие лапы.
Что-то не поделили? Так будь добр, напиши рапорт и обратись официально.
Когда два генерала провели симпозиум по выбору лимона нужной величины и спелости и вернулись в капитанскую, дело было окончено.
Берга увели в медотсек, мало кто выносил гнев командующего без тренировки, а значит, канистрочку из-под стола можно было доставать. И лимончик порезать.
У генералов были серьёзные причины, чтобы как можно быстрее возобновить свёрнутую из-за Берга пьянку.
Сок скании насыщен ферментами, разлагающими алкоголь. Если его сегодня не выпить, завтра он будет не крепче кваса.
— Что-то Линнервальд задерживается, — ухмыльнулся Мерис, тоненькими ломтиками нарезая лимон.
— М-м, какой запах! — Комкрыла рухнул в кресло и провозгласил: — Наливай! Колин, кончай уже саботировать?
— Ты же знаешь, что я не люблю потом выводить алкоголь из крови, — поморщился командующий.
— И за победу не выпьешь? А вдруг заржавеет?
Но лендслер только упрямо мотнул головой: раз сказал — нет, значит, нет.
— Я всё-таки не хочу, чтобы Линнервальд приставал к Дерену со своими домами. Вопрос закрыт! — нахмурился капитан, но предложенный комкрыла бокал взял.
— Потом решим, — отмахнулся Мерис. — Пусть долетят сначала.
— Миша молодец, сориентировался. — Абэлис взял вилочкой оранжевую лимонную дольку. — Значит, Прат всё-таки крутился лицом на Север. Вот казалось бы — северяне — самые близкие генетически к людям с Земли. Но ведь это надо — взорвать планету, чтобы врагу не досталась. И враг этот — не алайцы, не эпидемия какая-нибудь…
— И что теперь с повстанцами будет? — поинтересовался капитан Пайел.
— Кому колония, кому отчуждение, — пожал плечами Мерис. — Всё лучше, чем под землёй сидеть.
— Боюсь, они не рады. Вот если бы сами решили сдаться — смогли бы поторговаться с нами об условиях. А сейчас — пешим маршем пойдут, — пожалел повстанцев капитан Пайел.
— Чтобы сдались — это тебе в экипаже надо хотя бы одного дипломата завести, а то одни отморозки, — хмыкнул Мерис. — Может, под Дерена пора уже крейсер ставить? Вырос пацан.
— Это ты торопишься, — не согласился капитан. Он полулежал в кресле и пил сканию, как чай, медленно, маленькими глотками.
— Сначала наказать надо примерно, — подсказал комкрыла. — Я предлагаю женить! — Он повернулся к Мерису и чокнулся с ним бокалом.
— Ты бы сказал уже, чтобы горячее принесли? — отозвался тот недовольно. — Из-за Берга сидим без закуски!
— Да ну, женить… — не согласился капитан. — Связать и отдать эйниткам! На поругание.
— Кстати, Линнервальд теперь — официальный посол торговой палаты. — Лендслер открыл глаза.
Всё это время он делал вид, что дремал, а на деле размышлял о чём-то серьёзном. Пустых разговоров он не любил, как и пустого времяпрепровождения.
* * *
Ришат Искаев минут пять маялся перед капитанской. Но когда Миша сообщил, что катер вышел из зоны Метью, понял, что больше тянуть нельзя.