Брат для волчонка 3
Пить он бросал с переменным успехом, а вот ругаться при Рэме действительно почти перестал. Наверное, потому что инициатива с алкоголем была его личная, а неуставную лексику на «Персефоне» контролировал Дерен.
Рэм ему пробовал намекать, что ругаться он умеет не хуже Келли, если по-имперски. Нечего, мол, его уши беречь, не девичьи.
Но Дерен и слушать ничего не желал. Заставлял Рэма выражаться грамотно, учить экзотианский. И язык, и протокол.
Наверное, всё-таки надеялся, что парень остепенится и вернётся к торговле йиланом.
К торговле у Рэма способности были. Он влёт разбирался в рынках и логистике. А когда раз в месяц навещал управляющего своей совсем немаленькой фермы, одними вопросами вгонял беднягу в ступор.
С торговлей у Рэма шло легко. Наверное, отец сумел в раннем детстве сформировать нужные качества. А вот как хитрить в боевой обстановке? Ведь лезть в развалины надо, лезть придётся…
Рэм осмотрелся. Допустим, тот, кто выкинул пачку, действительно хочет поговорить. Но к вооружённым десантникам он не выйдет — побоится.
Если это приятель вчерашнего пацана, он понимает, что друга его пришили совсем не десантники. Но всё равно струсит идти на прямой контакт.
Он ждёт одного контактёра, а не толпу вооружённых.
— Давайте так, — сказал Рэм сержанту Нубу. — Я тут посижу, а вы отойдете метров на триста. Если в развалинах кто-то и есть, к вам он не выйдет. А ко мне одному — может, и рискнёт.
Сержант покачал головой.
— Ты по сторонам оглянись? Слева — полуразбитая высотка. Этажа четыре там проходимые. А что, если там орудие спрятано или группа захвата?
— Если не рисковать, мы вообще ничего не узнаем! — отрезал Рэм. — Приказываю вам отойти на триста метров. До границы развалин, где дорога расчищена.
Сержант аж побагровел от сдерживаемых эмоций.
— Я запрещаю тебе самовольничать! — рявкнул он.
— А как вы мне можете запретить? — сухо поинтересовался Рэм.
Уж чего-чего, а орания сержантов он давно уже не боялся. Перерос вместе с Дереном и его «прессами».
Осознание, что страх исчез, пришло не сразу. Сначала Рэм научился терпеть психическое давление старшего, а только потом заметил, что более мелкие «давители» его уже вообще не пугают.
Ну, поорут и что? Это не Дерен, который одним движением зрачков может выбить человека из дыхания и даже убить.
Рэм сам видел — за грудь хватались. Губы синеют, шевелятся, а он только смотрит.
Вежливости чужую десантуру учил. Свои ржали. Знали, что Дерен — не садист, если кого-то мучает, то в гуманно-воспитательных целях.
Лейтенант Дерен только с виду был весь такой тихий и безопасный. И Рэму дико хотелось научиться, как он.
— Вот сдохнешь, а мне за тебя отвечать, — буркнул Сержант Нуб, засопел грозно, но скомандовал десантникам отойти.
А куда ему было деваться?
Рэм запоздало вспомнил, что Дерен просил не перегибать с командованием. Надо было слова какие-то найти, убедить, а он не сумел.
Обидел сержанта. А Дерен-то ведь не пугал, точно с него и спросит.
Парень куснул губу, сел на обломок плиты.
Ждать было скучно. Да и понятно уже — не выйдет никто. Надо было сразу идти одному, без десанта.
Просто ташипа свалял — настоял на своём. Закусился. А надо ли было?
Уходить сразу тоже было уже неудобно.
Рэм промаялся минут двадцать, запомнил место.
Решил вернуться сюда после обеда, взять еды и положить прямо туда, где проход. Чтобы можно было стащить под прикрытием плит. Может, ночным кидальщикам галет это и надо?
* * *
Дерен полетел не на Кьясну, а в аналитический центр спецона. Куда комкрыла молча дал ему допуск.
Генерал Абэлис знал, что свои слушают разговор. Не разжимая губ кинул документ с браслета на браслет…
Дерен сделал вид, что не заметил. Но, разумеется, и заметил, и понял, что от него хотят.
Из зоны Метью он вышел у приграничной спецоновской станции «Весна-24», старинной. Некоторые говорили, что чуть ли не земной.
Дежурные разведчики ему дико обрадовались: скучно там было. Надеялись на разговоры и пьянку. Но Дерену был нужен архив.
Комкрыла сориентировал крестника правильно — в архиве нашлись и старые планы туннелей под Пратом, и кое-какая документация. Например, по конкурсу заявок на разработку импульсного оружия.
По наземному десанту повстанцы до сих пор так и не применили тяжёлых импульсных установок. Но это и понятно. Импульсное оружие успешно действует только на открытой местности, под развалинами его прятать бессмысленно.
Да, оно буквально ослепляет противника, выбивает всю значимую электронику на многие километры вокруг — гарнитуры бойцов, доспехи, электронную начинку шлюпок.
Дерен, однако, сражался на Аннхелле в условиях применения повстанцами электромагнитных бичей, и тяжёлых импульсников не боялся. Он знал, что эксполяторы шлюпок держат и не такое. И знал, как действовать, если уж придётся повоевать с жаровнями-глушилками.
И не он один. Память о сражении в Белой Долине Аннхелла была ещё сильна в секторе, а спецон — не ленивая наземная армия. Снесут и импульсники, дай им только как следует разозлиться.
Корабли крыла знали про угрозу тяжёлого импульсного оружия. Они сразу начали крыть Прат, как бык корову — принципиально сверху.
Импульсные установки не сумели «добить» до орбиты. Часть из них была уничтожена, а часть — прячется на глубине.
Однако, даже вытащить громоздкую установку из развалин будет теперь затруднительно…
Так на что надеются повстанцы? Есть ли у них тайное оружие? Что-то малоиспытанное? Экспериментальное?
Дерен листал контракты и размышлял.
Сейсмическое оружие? Вирусы? Так ведь себя в первую голову и поубивают.
Огнестрел? Смешно.
На что же они рассчитывают?
Ответ на этот вопрос был первой частью задачи, которую он себе поставил. Второй частью был метод решения. Тот что применялся только эйнитами и только в хаттскую войну.
* * *
В обед Рэм попросил у повара галеты и ягодное повидло. Рэм его не любил, но повар сказал, что подросткам такой набор понравится больше мясных консервов.
Парень отнёс свою добычу к проходу между плит, на который уже облизывались десантники, положил так, чтобы забирающего не было видно сверху.
— Может, всё-таки, газ пустим? — спросил сопровождавший его Добрый. — У нас есть хороший парализующий газ. А потом можно было бы рискнуть и слазить туда?
— Нет, — отрезал Рэм. — Наблюдаем. Если асы, попробуйте засечь: придёт кто-то за едой или нет?