Брат для волчонка 2

— То есть он — мутант, как эрцоги?
— Ну и каша у тебя в голове, — улыбнулся Дерен. — Эрцоги — не мутанты. Они столетиями развивают психические возможности, но и только. Капитан им тоже дорогу переходил…
— Значит, эрцог тоже мог отравить капитана?
— Мог.
— Но мы-то что можем сделать, если даже охрана не тянет?
Дерен рассмеялся, но сказать ничего не успел. Вспыхнул маячок ближней связи, и лейтенант посмотрел на него, активируя взглядом.
Рэм тихо позавидовал. Слияние Дерена с интерактивными системами было идеальным. Он мог управлять шлюпкой почти бесконтактно, одновременно болтая с Рэмом. Пожалуй, второй пилот ему только мешал.
В принципе, бесконтактная система управления военными моделями была доступна всем — подключай и… Но Астахов объяснял на занятиях, почему ими почти не пользуются. Очень трудно оставаться в правильной сосредоточенности, чтобы и системы тебя понимали, и не проскакивало случайных команд.
Один рассеянный взгляд или не вовремя проскочившая мысль — и шлюпка могла среагировать на эту невольную «команду» и отправиться в ад вместе с пилотом.
Нужно было иметь железные нервы, чтобы понимать, что каждое движение глазами навигационная система распознает, как побуждение к действию.
Похоже, Дерен вообще не знал, что такое нервы. Вот бы так научиться…
— Вы можете подняться и поговорить с заместителем начальника госпиталя по хозяйственной части, — донёсся из динамика недовольный голос. — С ним и обговаривайте условия своего пребывания на территории госпиталя. Вы должны понимать, это учреждение, где ведутся научные разработки…
— Хорошо, я сейчас поднимусь. — Дерен отключил связь и посмотрел на Рэма. — Над нами висит шлюпка сержанта Вили. Если какие-то вопросы — обращайся к нему по связи. Но лучше особенно не болтать. Пока я не договорюсь о нашем статусе — просто сиди тихо.
 
* * *
Дерен быстро вошёл в белое здание из пенобетона. Поднялся на третий этаж.
Охраны здесь не было — она сидела в будке при въезде на территорию госпиталя, и никто не спросил у пилота кто он и куда направляется.
Кабинет начпохоза был подписан огромными светящимися буквами. Возможно, так были подписаны здесь и другие начальственные кабинеты, но могло быть и так, что именно этот медик являлся здесь козлом отпущения и разговаривал с пришлыми и некомпетентными.
Дерен толкнул дверь, и она открылась.
— Заходите, — запоздало пригласил плотный мужчина в белом халате.
У него были аккуратные ухоженные усики, модная бородка, а из-под стола торчали ботинки на хемопластиковой подошве, позволявшие их обладателю передвигаться по силовым транспортным лентам.
Такие ботинки носят монтажники и строители, но никак не медики. Разве что медики-модники…
Дерен, будучи не только хорошим менталистом, но и хорошим физиономистом, тут же сделал себе мысленную пометку: нарцисс, недоговороспособен.
— Понимаете, уважаемый… — ослепительно улыбнулся начпохоз.
Имя Дерена он запомнить не удосужился и ждал подсказки.
— Не понимаю, — сухо признался лейтенант. — Видимо, я дебил от рождения.
Эмоции исчезли с его лица, словно, подходя к кабинету, он успел надеть маску.
— Но вы же видите — это не просто медицинское, это ещё и научное учреждение. Мы не можем допустить, чтобы непонятно кто жил в госпитальном саду. Как вы вообще это себе представляете? Это же антисанитария!..
— Никак, — сказал Дерен. — Я должен охранять капитана. Моя фантазия ограничена боевой задачей.
— Ну, так и охраняйте его где-нибудь за оградой! — возмутился начпохоз. — Поселитесь в гостевом доме у фермеров, здесь таких много!
Дерен вздохнул. Он не любил откровенного психического насилия, но нарциссический тип без насилия не пробиваем.
Все ценности начпохоза — внутри него самого. Весь мир он оценивает, как палитру, в которой разводят только лично его краски.
Для него ценность человека или явления существует исключительно в плане той пользы, которую он может получить лично. Кого-то нагнуть, на чьём-то фоне блистать… И ничего больше.
Вот если бы можно было сейчас позвать прессу, отыграть болезнь капитана как некое научное событие, вот тогда начпохоз мог бы согласиться и на мешающуюся под ногами имперскую охрану…
Но огласки не будет, Энрек сразу предупредил об этом начальника госпиталя. И начпохоз в курсе.
— Вы поймите! Вашему капитану выделили профессиональных охранников высочайшего класса! Они установили камеры в его палате и наблюдают за ним из специального помещения!..
— Сколько минут пройдёт, пока они добегут от этого помещения до палаты? — перебил Дерен.
Он ещё раз тяжело вздохнул. Будь перед ним человек с логическим или социальным типом личности, можно было бы и поторговаться, но нарцисс ценен лишь как субъект самообожания.
Зачем его только держат в госпитале? Вместо павлина?
— …Так что будьте любезны переместиться за забор… — продолжал вещать начпохоз.
Часть его речи Дерен прослушал. Надобности в ней не было, как не было и информации.
Он поймал взгляд начпохоза. Связал, подчинил, заставив смотреть не моргая.
Изменить тип личности невозможно, а вот внушить кретину, что он просто обожает капитана Пайела и его личную охрану, и сам настаивал, уговаривал, умолял пилотов остаться в саду…
Легко.
Дерен прищурился.
Картина чужого мира треснула, подчиняясь чужой воле.
Начпохоз расплылся в улыбке и с обожанием уставился на лейтенанта. Он потянулся за чайником, открыл рот…
Дерен поморщился, прочитав по лицу начпохоза ещё не сказанные слова, и вышел, едва удержавшись, чтобы не хлопнуть дверью.
 
    
Глава 29
Ждать тяжело, а ждать в неизвестности — вдвойне.
Рэм понимал, что две маленькие шлюпки находятся сейчас на абсолютно чужой планете в глубоком экзотианском тылу. Всего две шлюпки против целой державы: со всей её армией, полисами, спецслужбами.
А если они специально устроят какую-нибудь провокацию, а потом обвинят чужаков?
Другое дело, что выковырять пилота из шлюпки не так-то просто. Потому Дерен и приказал сидеть тихо. Но если что-то пойдёт не так…
Дерен, выпрыгнув, заблокировал шлюз, Рэм сидел, словно в крепости, защищённый паролями доступа и силовыми полями.
И вдруг… раздалось характерное шипение, а в боку шлюпки начало разрастаться отверстие.
Рэм оглянулся в поисках оружия. Он знал, что Дерен, уходя, снял с пояса станнер, но куда он его дел?