Костры из лаванды и лжи

После её смерти пресса, казалось, с ума посходила, на разные лады смакуя произошедшее. В драме, постигшей довольно известную  семью Экс-ан-Прованса, журналисты видели отличный медиа-повод, а потому высказывали самые различные версии. Официально с мадам Роше произошёл трагический несчастный случай – наконец Женя узнала, что именно Моник не захотела обсуждать.
 «Неудивительно, что она так отреагировала, ведь Бертин была её подругой…»
В тот роковой день мадам Роше в одиночестве находилась в ремонтируемой башне замка, оступилась и при падении неудачно ударилась головой.
Впрочем, не все были согласны с официальной версией. Одно издание прозрачно намекало, что мадам Роше была не так уж счастлива в браке, как предполагалось. А значит у неё имелся вполне весомый повод для того, чтобы наложить на себя руки. На одном фото Бертин стояла под руку с мужем в белоснежном платье и радостно улыбалась, а на втором – уставшая худая женщина с потухшим взглядом позировала на фоне здания с вывеской «La Galerie Du Panier».
Но самой скандальной оказалась статья, заголовок которой и привлек Женино внимание к папке, упавшей на пол. Ссылаясь на таинственный источник из близкого окружения семьи,  автор самозабвенно копался в грязном белье Роше и уверял, что Бертин долгое время страдала от депрессии, приступов паники и мании преследования, а также проходила специализированное лечение. В конце статьи высказывалось абсолютно дикое предположение, что несчастный случай, случившийся с мадам Роше, не был летальным. Но её родственники воспользовались ситуацией и заперли несчастную в частной психиатрической  клинике.
 «Жуть какая! Словно сказку про Синюю Бороду читаю… Вот же у людей фантазия неуёмная».
– Что, котёнка жалко? – внезапно прозвучал рядом голос мсье Роше.
Женя от неожиданности вздрогнула, телефон выскочил из ладони, но Эдуар ловко подхватил его, не дав разбиться.
– Отдайте! – нахмурилась Женя, с колотящимся сердцем осознавая, что если мсье Роше посмотрит на фотографию… вчитается в текст…
Но он лишь ухмыльнулся и протянул мобильник, глядя исключительно на Женю. А потом и вовсе вальяжно уселся на скамью, закинув ногу на ногу. Некогда белоснежные мокасины, как и низ его светлых брюк были запылёнными и хранили  остатки травинок.
– Что за привычка подкрадываться и пугать людей? – проворчала Женя, спешно выключая экран. – И причём тут котёнок?
– У вас был такой траурный вид, вот я и решил, что с каким-то котёнком случилось нечто ужасное. Вы же их так любите.
– Да с чего вы взяли?! – разозлилась Женя. Воспоминание об их первой встрече, когда Эдуар увидел её бельё с кошачьей мордочкой, неприятно кольнуло.
 «Он теперь каждый раз будет мне это припоминать?!»
Но мсье Роше вопрос проигнорировал, лишь странно ухмыльнулся.
 «И почему его заклинило на котах? Я между прочим ещё и заснула на планерке! Шуток на эту тему ещё не придумал что ли?»
А мужчина вдруг заявил:
– Я только что со стройки. Межевание участка провели с учётом ваших пожеланий.
– Что? – Женя ничего не поняла.
– Границы стройплощадки расширили, – пояснил Эдуар. – Я выделил вам поляну под шатёр. Получилось чуть в отдалении от деревни, ближе к роще.
– А-а. Спасибо.
 «И слава богу, чем дальше от сгоревшего дома, тем лучше!»
– Дизайнер считает, что ваш шатёр будет выбиваться из общей  концепции исторических построек. Но вы не переживайте, мадам Арно, проект предусматривает мощёную брусчаткой тропку, не заблудитесь. Однако, всё же рекомендую надевать обувь спортивного типа. Берегите ваши лодыжки.
– Непременно, – Женя широко улыбнулась Эдуару.
Новость о том, что шатёр для гаданий в принципе будет, да к тому же вдали от деревни затмила все колкости и намёки Эдуара.
– К сожалению, не разделяю вашей радости, – он нахмурился, снова приняв обычный мрачный вид.
 «Только бы не передумал!»
Женя скрестила пальцы за спиной и с жаром принялась за пиар-кампанию:
– Мсье де Гиз уверен, что это повысит спрос на…
 
– Согласен, Фабрис тонко чувствует настроение гостей, в его хватке я не сомневаюсь. Но вы, мадам Арно…
– Я тоже не подведу! – тут же заверила она. – Нагадаю по высшему разряду! А хотите проверить? Я могу и вам расклад сделать!
Эдуар поморщился, будто она ему сдохшую жабу предложила, а не гадания.
– Я в гадания не верю и считаю ерундой и вредным баловством, – отчеканил он. – Как и всю эту ведьмовскую чушь.
– Но как же? А музей? Там ведь целый зал посвящён инквизиции.
Роше замолчал, глядя вдаль. Спустя пару минут Женя начала думать, что он не ответит. Но он всё же произнес:
– Задумка этого зала принадлежала моей жене. Она была творческим человеком и всё сама там оформляла… Вам ведь уже донесли наши местные сплетницы про мою трагически погибшую жену? – с сарказмом добавил Эдуар.
Женя неопределенно пожала плечами, но Роше и не требовался её ответ.
– Наверняка, донесли, и во всех подробностях. Увлечение Бертин сверхъестественным, к сожалению, со временем трансформировалось в одержимость и ни к чему хорошему не привело. Когда её не стало, Фабрис смог убедить меня, что мистический антураж – отличный бизнес. И только. А потому, повторюсь, вашего энтузиазма я не разделяю. Более того, мне очень жаль, что вы верите в эту чепуху.
Мсье Роше резко поднялся со скамьи, очевидно желая поставить точку в разговоре. От его расслабленного шутливого настроения не осталось и следа. Было видно, что эта тема глубоко ему неприятна. Но Женя чувствовала, что должна объясниться. Ей почему-то казалось важным, чтобы он понял её настоящую. Она вскочила следом и схватила Эдуара за предплечье.
– Да я тоже особо не верю! Ой… – она быстро отдёрнула руку. – Извините. Просто я, как и мсье де Гиз, хочу чтобы наше… то есть ваше предприятие процветало. Да, мне нравится моя работа. И да, так уж вышло, что мой дядя – экстрасенс. Он не шарлатан и не обманщик, а искренне верит в свои особые силы. Но хотя у меня и есть некоторые познания в этой области, я не какая-нибудь ведьма-гадалка, и не одержима этой темой, – Женя перевела дух, а затем продолжила, глядя Эдуару в глаза:  – У меня вообще-то высшее образование, я какое-то время работала в библиотеке, разбираюсь в архивах. Колдовством не занимаюсь, зелья в котлах не варю.
– Но котят-то любите, – подколол её Роше, немного успокоившийся после Жениной тирады. – А коты, как считали в старину, были верными спутниками ведьм.
– Вот дались вам эти коты! – насупилась Женя. – Собак я тоже люблю. А ещё белок, енотов и…
– Единорогов? – в его голосе отчётливо слышалась усмешка.
– Мсье Роше! – возмущённо воскликнула она, но мелодичная трель телефона прервала назревающий спор.
Женя посмотрела на экран, где светилось «Кристиан Арно», а когда вновь перевела взгляд на Эдуара, то увидела лишь его удаляющуюся спину.
***
Женя вышла из автобуса, окунувшись в жаркий июль после салона с кондиционером, и покрутила головой по сторонам, пытаясь сориентироваться. На карте в приложении телефона всё казалось понятнее, а в реальности улицы Экса выглядели на одно лицо.
 «Надо было всё-таки договориться с Кристианом о встрече на остановке».
Когда он вчера позвонил ей, прервав перепалку с Роше, Женя даже не сразу сообразила, о чём он говорит. Сумасшедшие суббота и воскресенье затмили собой жуткую ночь пятницы и те кошмары, которыеая она принесла. Так что новость о том, что Кристиан нашёл какую-то информацию относительно пугающих символов, которые намалевали над её дверью, уже не вызвала прежнего энтузиазма. Тем не менее Женя согласилась встретиться с однофамильцем в понедельник.
– Эжени!
Женя обернулась и увидела смущенного Кристиана, перебегающего дорогу.
– Мы так не договаривались, но я подумал, что ты, возможно, пока не очень хорошо ориентируешьтся в Эксе. Ну и… – он развёл руками.
У Жени на душе потеплело от подобной заботы. Сегодня Кристиан был одет в простую белую футболку и джинсы, в точности, как и она сама, и Женя мимоходом обратила внимание, что они даже одежду выбирают похожую.