Как его завоевать?

И я рассказал историю про панду и жирафа. А потом неожиданно для себя самой ляпнула:
– Я остаюсь у тебя ночевать.
– Что?!
– То.
– Жень, мне рано вставать…
– Я встану и уйду к себе, – боясь что он выпрет меня, я быстро соскочила со стула и пошла в сторону комнат, – где тут диван или кровать?
Он шел следом.
– Ты вообще нормальная? Ты всегда такая?
– Какая?
– Наглая!
– Если честно, я сама в шоке, – тихо ответила я, рассматривая огромный диван, – никогда такого не вытворяла.
– А сейчас то что на тебя нашло? Как бы… девушки так себя не ведут… обычно…
Я обернулась и ответила:
– А я не обычная…
Затем сделала к нему шаг, обняла, прижавшись всем телом, стала целовать его плечо, слегка облизнув языком.
– Очень спать хочешь? – шепотом задал я вопрос.
– Хотел… но как-то взбодрился, – хрипло ответил Илья.
– М… почему? – я развязала пояс халата и стояла перед ним абсолютно голая.
Это просто… если честно, я ощущала себя всемогущим Дартом Ведёрком, который может захватить Вселенную, потому что в моих руках была власть и могущество… над этим человеком. Он пожирал мое тело взглядом, вселяя в меня такую уверенность, которой никогда раньше не испытывала.
Заниматься сексом на диване было гораздо удобнее, чем на полу. Это единственное, что более или менее связное пришло мне в голову. Больше думать я не могла, так как с ума сходила от близости с ним. Все-таки люди – это животные. Особенно когда в дело вступают гормоны.

Утром, сквозь пелену головной боли и дикой сухости во рту, я услышала будильник Ильи. Блин, и почему я не поделилась с соседом—алкашом вином вчера? Вроде пили не много, а голова просто трещала. Я пыталась открыть глаза, но никак не могла.
Илья встал и судя по шумевшей воде отправился в душ. Я лежала в легком полудреме и думала, что мне делать то? Встать и уйти? Или пойти приготовить ему завтрак? Или нагло еще поспать?
Кое-как встала и натянула одежду, в которой пришла. Илья вышел из душа.
– Поспала бы еще, – сказал он.
Представляю, как я выгляжу. Лохматая, помятая, зубы не чистила. Но вместо того, чтоб быстро скрыться с его глаз и ретироваться домой, я пошатываясь подошла к Илье, обняла за талию и уткнулась носом в его грудь.
– Ты чего? – спросил он, обняв меня в ответ.
– Что ты ешь на завтрак? – пробубнила я, не отстраняясь от него ни на сантиметр.
Он мило чмокнул меня в макушку и ответил:
– Я сам приготовлю, а то у тебя вид человека не способного жить, не то что готовить.
– Фу, ты не должен такое говорить девушку, – насупилась я.
– Может ты меня отпустишь? И я пойду приготовлю поесть? – спросил Илья при этом, обнимая меня дальше.
– Ага, – сказала я и не отпустила.
Затем подняла к нему свое лицо. Он отодвинул за ухо мои спутанные пряди и спросил:
– Пожарить на тебя глазунью?
– Ой нет… я пошла домой…
Мне б сейчас таблетку и минералочку. Но явно не глазунью.
– Ладно, – ответил он.
Я оделась и уже взялась а дверную ручку, Илья вышел в прихожую проводить меня.
– Мы же еще увидимся? – спросила я.
Вообще-то мне хотелось спросить можно ли мне прийти вечером. Но подумала, что это будет сверхнаглость. Поэтому слегка перефразировала.
– Ты знаешь, что я думаю по этому поводу, – ответил он.
Отлично. Прекрасно. Я, как и любая девушка, наивно полагала, что после такой ночи он скажет мне: «Конее-е-ечно, я тебя жду, тащи свою зубную щетку, будем жить вместе и умрем в один день».
Наверное, будь это пацан типа Дениса, подверженный эмоциям, так и сказал бы.
Но Илья явно не относился к этой категории. И какой-то там секс ничего не мог изменить.
Мне кажется даже мои плечи поникли. Но показать ему, что я расстроилась, значит проиграть, дать понять, что он был прав, когда говорил, я буду страдать и не нужно ничего начинать.
Поэтому ответила:
– Я помню о твоем мнении… Но это не значит, что оно правильное…
С этими словами я отправилась к себе домой.

Это утро отличалось тем, что я потратила часа полтора на то, чтоб одеться, накраситься и сделать укладку. Как сказал бы Денис, пыталась превратить свой вид в более ебабельный. Зачем?
Сама не знаю. Мне кажется даже Спиногрыз с удивлением взирал на мои утренние забеги по квартире с утюжком, косметичкой и кучей одежды. Как мне это пригодится, если я работаю вообще в другом месте и Ильи в офисе не наблюдается, я не знала. Видимо, так задумано природой: есть мужчина, который нравится – нужно поработать над своим внешнем видом.
Все-таки люди похожи на обезьян. Я снова вспомнила историю про жирафа и усмехнулась тому, что зоопарк расширяется.
К моменту когда Спиногрыз погулял, поел и снова улегся на коврик, я уже была намарафечена по полной программе. Глаза не стала ярко красить, но тщательно нарисовала стрелки, чтобы сделать их более выразительными. И максимум внимания уделила ресницам. На платье зимой я не соглашусь ни за что. Но сегодня с джинсами надела плотную белую рубашку с мелкими узорами. Волосы блестели аккуратно уложенные утюжком, даже шапку было жалко напяливать. И когда уже весна?

Сегодня все казалось необычайно прекрасным! И погода, и сосед-алкаш, как мне показалось курил на крыльце в свежей майке, на которую было накинуто пальто, и даже ПАЗик не вонял. Вернее… не особо вонял, совсем чуть-чуть. В офис я просто влетела, мурлыкая под нос что-то вроде «все для тебя, рассветы и туманы»…
– Ох, еб… ся можно! – выдал Денис, который уже стоял у кулера с огромной грязной кружкой. Как обычно пришел на водопой. Как жираф. Эта мысль меня рассмешила и я хихикнула.
– У тебя что, день рождения? – спросил он снова.
– Нет! Я просто послушала твоего совета, что женщина должна больше внимания уделять своей внешности!
– М, – кажется он не знал, что ответить.
– Ого! – Лена с Мариной тоже уставились на меня удивленно, – Причем одна пыталась раскрыть таблетки, видимо голова болела также как у меня утром, но замерла с блистером в руке.
– Спокойно, – я села на свое место, – просто рано встала и от нечего делать усердно накрасилась.
– Нифига ты… а я умираю от головной боли, – Лена вздохнула, – чувствую себя размазней…
– Ты и выглядишь также, – вставил Денис, слушая нашу беседу.
– Пошел ты, – без злости вставила Лена.