Поцелуй для попаданки. Просто загадай желание

— Нет. Если только чуть-чуть и не на тебя.
— Формально Витторн и Олейн еще жених и невеста, — осторожно продолжила она, продолжая наблюдать за мной.
На этот раз эмоции удалось сдержать и даже слегка улыбнуться.
— Знаю.
— Мне показалось, ваши отношения с ним наладились.
— Можно сказать и так.
— Он так на тебя вчера смотрел…
— Мама, я понимаю, к чему ты клонишь, но нет. Слишком многое случилось. Кроме того, есть Олейн. И она здесь.
— С Олейн тоже не все так просто, — глотнув чай, отозвалась матушка. — Витторн никогда не любил её по-настоящему. Даже четыре года назад.
— Он прилюдно объявил её своей невестой, — возразила я.
— В тот момент он готов был объявить ею любую, кроме тебя, — произнесла женщина и тут же прикрыла рот рукой, испуганно взглянув на меня. — Прости, я…
— Я была ужасна, — перебила её я. — А еще кошмарна, эгоистична и невыносима. Витторн сразу это понял и не захотел связываться с таким чудовищем, как я.
— Ты не была чудовищем. Просто… немного запуталась. Такое бывает. Самое главное, что ты всё осознала и поняла.
Вот она — сила материнской любви. Дочь была самым настоящим монстром, из-за собственной прихоти прокляла другого человека, а княгиня всё равно её защищает. Да, этим можно было восхищаться, а можно было и ругаться. Заметь они недостатки дочери вовремя, этого могло бы и не быть.
— Мы с Витторном пришли к взаимопониманию. Кроме того, я собираюсь в ближайшее время снять проклятие. Это единственная причина, почему он находится здесь.
— Хм, — отозвалась матушка, снова глотнув чай, а потом вдруг произнесла: — Знаешь, не помню, когда мы в последний раз так откровенно с тобой разговаривали. Ты давно не делилась со мной своими мыслями, переживаниями, новостями, предпочитая все держать в себе.
— Мне жаль, что я отдалилась от тебя, от отца и всех остальных, — искренне прошептала в ответ. — Я была кошмарной дочерью. Надеюсь, вы простите меня за всё то, что я натворила.
— Мы давно простили тебя, милая. Главное, чтобы ты была счастлива.
Мы еще немного поболтали. Обсудили знакомых, родственников и последние новости. Память Агнелики легко и быстро отзывалась, подсовывая нужные воспоминания, которые как-то незаметно стали уже моими.
Удивительно, но общение с мамой помогло мне успокоиться и прийти в себя.
Попрощавшись, я решила найти Витторна и обсудить с ним дальнейшие планы, для чего и отправилась к зеленому кабинету.
Если он еще там с Олейн, то ничего страшного. Переживу.
Постучав в дверь, я не стала дожидаться приглашения и тут же открыла её, входя внутрь.
Олейн действительно была там. А вот фокра не было.
— Я знала, что ты придешь, — поднимаясь, произнесла девушка. — Нам надо поговорить.
    
Глава 23
— Отлично! — произнесла я, закрывая дверь, и, пройдя в глубь кабинета, села за стол, сразу показав, кто здесь главный, а кто просто гость. — Давай поговорим. У меня сейчас как раз настроение такое… говорительное.
Олейн не сильно изменилась. И уж точно не подурнела, скорее даже похорошела. Исчезли некая угловатость и сутулость, которые я помнила. Теперь девушка сидела ровно, гордо расправив плечи. Она явно знала себе цену и умела подчеркивать свои природные данные.
Светло-русая коса никуда не делась, но была заплетена более витиевато и украшена голубыми лентами со сложным орнаментом и золотыми нитями. В ушах массивные серёжки, призванные подчеркнуть хрупкую красоту Олейн. Кожа всё такая же светлая, без изъяна, румянец яркий, губы розовые, слегка припухлые, острые скулы, темные брови и светлые глаза с густыми и длинными ресницами.
Агнелика не была уродиной, но и Олейн была красива.
Платье приятного голубого цвета отлично сидело на фигуре, подчеркивая небольшую грудь, тонкую талию и длинные ноги.
— Кстати, добро пожаловать в замок. Мы тебя не ждали, но рады, — произнесла я, устраиваясь поудобнее и решая сыграть роль гостеприимной хозяйки.
Не получилось.
— Прекрати, Агнелика. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить в то, что ты действительно рада меня видеть.
— Не особо, — тут же согласилась я, откидываясь на спинку массивного кресла и широко улыбаясь. — Но ты же гостья. Надо вести себя вежливо.
— А ты разве умеешь? — скривила губы Олейн. — Вести себя вежливо? Думаешь, я забыла, как ты издевалась и шпыняла меня, как смеялась над моей неуклюжестью, выставляя всеобщим посмешищем? Ты превратила мою жизнь в кошмар.
— Конечно, ты ничего не забыла. Ты молода, память у тебя хорошая. Так о чем ты хотела поговорить?
— Я не позволю вновь сломать его! — решительно произнесла девушка, и румянец на её щеках заиграл еще ярче.
— Его — это ты про Витторна? — уточнила я, наслаждаясь её гневом.
Надо же, я думала, что буду злиться, с трудом сдерживаться. А мне вдруг стало весело.
— Не знаю, что ты задумала, но я не верю, что ты стала другой. И в то, что отпустишь его, тоже не верю.
— Ты же не думаешь, что я брошусь тебе это доказывать? — усмехнулась я. — Наши отношения с Витторном — это только наши отношения. Я не стану перед тобой оправдываться и тем более отчитываться.
— Ты, наверное, забыла, но он еще мой жених. Мы помолвлены!
— Не забыла. Удивительно, что ты это помнишь. Я-то думала, что тебя уже выдали замуж за какого-нибудь оборота из твоего княжества и ты растишь деток ему на радость. А нет… явилась сюда, качаешь права, пытаешься мне угрожать.
— Я люблю его!
— А он тебя? — тут же спросила у неё.
«Да, жестоко, но она сама меня вынудила! Пришла и кичится своим статусом. Тут кто угодно не выдержит!»
— Полюбит. Потому что знает, что я настоящая, искренняя, ему будет хорошо со мной, — уверенно произнесла Олейн.
«Ну то, что себе не врет о его чувствах, — хорошо, а вот эта маниакальная уверенность в их совместном будущем — плохо».
— А тебя он ненавидит, — продолжила девушка.
— Ненавидел, — поправила её.
Рассказывать о том, что я не Агнелика и ненавидеть меня не за что, не буду, но точки над и расставлю.
— Не обольщайся! Если ты думаешь, что смогла заинтересовать Витторна, то глубоко ошибаешься. Он просто ждет, когда ты снимешь его проклятье.
— Это он тебе так сказал? — тут же спросила я.
Я очень надеялась, что это не так. Потому что это была ложь. Если её — я могла понять. А вот если Витторн ей об этом сказал, то это совсем другое дело.
— Нет. Ему не надо ничего говорить, тут и так всё понятно. Лишь желание снять проклятие могло его удержать рядом с тобой. Всем известно, что такое не прощается. Он тебя ненавидит! — вновь повторила Олейн.