Маленькая пекарня у моря

– Я думала, что вы, янки, пьете только апельсиновый.
– Ваш апельсиновый сок – это нечто. Зато яблочный очень даже ничего.
Полли с признательностью приняла стакан и опустошила его.
– Ну вот, уже лучше, – сказала она со вздохом облегчения.
Дверь в коттедж была широко открыта, и в нее щедро лился солнечный свет.
– Кофе будешь?
– Буду!
– А бекон?
– Да!
– Есть еще блинчики!
– Ого! Я тебя просто обожаю! – сказала девушка и смутилась. Вышло как-то не очень. – То есть я без ума от блинчиков, – поправилась она.
Блины оказались восхитительными: с румяной корочкой, но мягкие внутри. Хакл щедро полил их кленовым сиропом.
– Знаешь, это самый замечательный завтрак в моей жизни, – промямлила Полли с набитым ртом. – Если решишь когда-нибудь открыть хостел, я немедленно туда перееду.
– Рад, что тебе понравилось, – улыбнулся он.
После завтрака Полли с удовольствием заползла бы обратно в постель, но Хакл спросил, не хочет ли она посмотреть на пчел. И девушка, хоть и не без трепета, согласилась. Хакл помог ей облачиться в специальный костюм, и вместе они отправились к ульям.
Ничего занимательнее Полли в жизни не видела. Хакл включил специальную машинку, которая начала окуривать пчел дымом, после чего достал из ульев часть сот. Он показал ей толстую пчелиную матку, на которую Полли воззрилась с некоторым страхом и восхищением.

Но ближе к обеду гостья почувствовала, что ей пора домой.
На прощание она поцеловала Хакла в щеку, и тот обнял ее.
– Спасибо тебе, – сказал он, – мне и правда надо было выговориться. Обещай только, что никому больше не расскажешь.
– Ладно, – кивнула Полли. – Обещай и ты, что не проболтаешься о том, что я случайно переспала с женатым парнем, хотя об этом и так знают все в округе.
На том и порешили.
Даже с учетом невеселых откровений Хакла вчерашний вечер был одним из самых приятных в ее жизни, и Полли пустилась в обратный путь, испытывая новый прилив сил. Хакл предложил подвезти ее, но Полли отказалась: денек выдался на редкость приятным и ей хотелось немного проветриться.
Наконец-то ей удалось обзавестись другом – настоящим другом, не в пример тому негодяю-рыбаку, который только и думал о том, как бы завлечь ее на свой мерзкий остров. Впрочем, Хакл был прав: не стоит бесконечно корить себя за ошибку, которую совершаешь по неведению. А если кто-то в поселке и счел ее ветреной особой… что ж, им стоило бы заглянуть в Плимут в субботу вечером.
Шагая по открытой пустоши – Полли решила возвращаться вдоль побережья, – она почувствовала, что ветер усиливается с каждой минутой. Откуда ни возьмись на небе появились темные, низко висящие тучи. Сначала они закрыли собой часть небосвода, затем – половину, а потом – и все пространство над головой. Полли заспешила, надеясь успеть домой до дождя, но затем поняла, что ничего не получится, и решила: ладно, будь что будет. Вскинув руки, она позволила струйкам дождя стекать по телу. Вода была теплой, но в то же время освежающей. От похмелья не осталось и следа. Давно уже Полли не чувствовала себя такой живой и свободной – каждая клеточка ее тела радовалась жизни.
– Э-ге-гей! – закричала она, вытянув руки навстречу стихии и кружась на вершине холма. Здравый смысл подсказывал ей, что это настоящее безумие, но Полли хотелось выкричаться. Поблизости не было ни единой души, и она с удовольствием избавилась от разочарований последних месяцев.
– О-го-го! – трубила она прямо в небо, крутясь под тяжелыми каплями дождя. – Уррра!
– Ну что, полегчало? – раздался негромкий голос.
Хакл стоял в нескольких ярдах от нее, спрятавшись под большим черным зонтом.
– Боже! – Полли едва инфаркт не хватил. – Откуда ты взялся?
– Прошу прощения, но я заметил, что собирается дождь, и решил, что зонтик тебе точно не помешает. Я же не знал, что ты разыгрываешь здесь какую-то пьесу.
– Убирайся, – отчаянно покраснела Полли. – Не желаю, чтобы за мной подглядывали.
Вода вовсю стекала по щекам; на ней, наверное, уже ни одной нитки сухой не осталось. Хакл протянул девушке зонт, и дождь тут же обрушился на него, в мгновение ока промочив доброго самаритянина насквозь. Черный купол повис между ними без дела.
Полли отказалась брать зонтик, а Хакл не желал оставлять его себе. И вдруг порыв ветра подхватил зонт, как черную птицу, и понес в сторону леса.
Хакл и Полли тут же устремились следом. Мокрые пряди волос хлестали девушку по лицу, туфли чавкали в грязи, и ей казалось, будто ее, совсем как этот зонтик, крутит и швыряет ветер. Хакл благодаря своим длинным ногам вырвался далеко вперед. Он бежал навстречу ветру и дождю, заливаясь хохотом, будто ребенок. Оба прыгали и бросались ловить зонтик, но тот в последний момент неизменно ускользал от преследователей. Наконец они настигли беглеца, когда он запутался спицами в ветвях высокого дерева. Хакл поднял Полли, и та, схватив зонтик, триумфально помахала им в воздухе. Еще на земле она взглянула на Хакла. Капли дождя стекали с его длинных ресниц, неожиданно темных для блондина, а глаза искрились от смеха. И внезапно девушка подумала, что стоит ей немного привстать на цыпочки…
Ну уж нет, такой глупости Полли не допустит. Разве не она только что радовалась своему освобождению?
Вместе с дождем пришел холод, и Полли вдруг заметила, что зубы у нее выбивают легкую дробь.
– Знаешь, пожалуй, я все-таки возьму твой зонтик.
Хакл согнулся в любезном поклоне:
– Могу я проводить вас до дома, мэм?
– Не стоит, – сказала Полли, – иначе ты пропустишь прилив.
Развернувшись, она счастливо зашлепала по лужам в сторону Маунт-Полберна.
Хакл какое-то время смотрел ей вслед. А затем, откинув с лица мокрые волосы, зашагал в противоположном направлении.
 
Глава 20
Давно уже Полли не получала такого удовольствия от принятия ванны. Она включила плиту, чтобы избавиться от стылого воздуха, а заодно нагреть бойлер. Пока вода грелась, Полли приготовила тесто для завтрашней выпечки и сделала себе большую чашку чая. Выпустив из бака всю горячую воду, она наполнила ванну до краев, после чего бросила туда остатки дорогущей ароматической соли – Полли получила ее год назад на свой день рождения. Помнится, они тогда отправились с подружками в людный ресторанчик, где за горстку овощей надо было платить целое состояние, и Полли сидела как на иголках, переживая, хватит ли денег.
В скором времени маленькая квартирка прогрелась и наполнилась ароматами.
Несмотря на то что до вечера было еще далеко, могло показаться, будто уже наступила ночь. Оставалось удивляться той скорости, с которой непогода заявила о себе. Среди клубящихся туч то и дело полыхали молнии, гром угрожающе порыкивал над головой. Вспышки молний пересекались иногда с лучом маяка, который включили сегодня пораньше. Понежившись с книжкой в ванне, Полли наконец согрелась изнутри и снаружи. Довольная, она выбралась из воды и надела свою самую старую, самую мягкую пижаму. Натянув заодно шерстяные носки, девушка уселась у окна посмотреть на буйство стихии.