Маленькая пекарня у моря

– Что?! Я не собираюсь выкидывать его из окна! – с возмущением заявила девушка.
Ее убивала сама мысль о том, что придется отправить Нила на дождь и холод: погода снова изменилась к худшему.
Полли уже успела убедиться в том, что температура на Маунт-Полберне всегда была ниже той, какую предсказывали на материке.
– Но он должен летать, – настаивал на своем Патрик. – Тупики – стайные существа. Природа устроила так, что им хорошо лишь среди своих, в дикой природе. А вы превратили его в домашнего питомца. Это все равно что держать тигра в клетке.
– Я понимаю, – кивнула Полли.
– Давайте сделаем вот что, – предложил Патрик уже более мягким тоном. – Попробуем выпустить его из моего окна. Оно практически рядом с землей, так что вреда от этого точно не будет.
Из-за крутого подъема дороги окно клиники и правда находилось в каком-нибудь ярде от земли. Редкие прохожие притормаживали, чтобы понаблюдать за женщиной с птенцом.
– Давай, малыш! – Патрик усадил тупика на подоконник.
– Не могу на это смотреть. – Полли прикрыла глаза.
Некоторое время Нил осторожно озирался, затем снова затеребил перья. Луч солнца неожиданно прорвался сквозь облака и осветил булыжную мостовую. Тупик прыгнул на край подоконника и тут же оглянулся на Полли, будто испрашивая у нее одобрения.
– Вперед! – подбодрила она. – Смелее!
Нил нервно подпрыгнул на месте. Патрик подтолкнул его ближе к краю.
– Давай, – повторил он.
В конце концов ветеринару надоело ждать, и он спихнул птицу через край. Полли уже готовилась обрушить на него свою ярость, но Нил, зависнув на мгновение в воздухе, отчаянно замахал крыльями и неуклюже опустился на землю.
– Ура! – воскликнули Патрик и Полли.
Нил тем временем ошеломленно осмотрелся, будто и сам удивился тому, что только что сделал.
– Ну вот и все, – грустно заметила Полли. – Крыло действует.
– На северном побережье есть заповедник тупиков, – сказал Патрик.
– Я знаю. Что ж, пожалуй, туда мы и отправимся.
Она взглянула на Нила, который тщетно пытался забраться вверх по стене. Полли протянула ему руку, и он с легкостью взбежал на подоконник, а затем немного попорхал на месте, чтобы показать, на что способен.
– Ты у меня умница, – грустно улыбнулась девушка. – Спасибо вам, док. – Она достала кошелек и вопросительно взглянула на ветеринара. – Сколько я вам должна?
– Вообще-то, я слышал… – Патрик смущенно поскреб подбородок.
– Да?
– Я слышал, что… – Он быстро оглянулся. – Говорят, будто вы печете изумительно вкусный хлеб.
– Бог ты мой, – вздохнула Полли. – Я становлюсь знаменитой. Вообще-то, есть мучное вредно…
– Я знаю, – поник Патрик, – просто…
– Просто вы любите выпечку. Понимаю. К счастью…
Полли открыла рюкзак и достала оттуда сверток с хлебом, который предусмотрительно взяла с собой.
– Вот, возьмите – это с медом и семенами льна. Можно намазать сливочным маслом. А сверху положить вареное яйцо.
Патрик вдохнул аромат свежей выпечки.
– Потрясающе, – сказал он. – Большое спасибо.

Но настоящую рекламу Полли сделал не кто иной, как Хакл. Это именно он проложил тропу из хлебных крошек к ее дому.
Субботнее утро было в самом разгаре. Полли только-только закончила проверять почту и просматривала сайты с вакансиями. Всего два объявления соответствовали набору ее навыков, однако оба они предполагали неоплачиваемый испытательный срок. Но поскольку у нее не было ни машины, ни возможности перебраться в Плимут, то это автоматически отпадало. Ну и как, спрашивается, быть?
Она сидела, уставившись на море, когда по окну вдруг застучала галька. Полли нахмурилась: брызги волн долетали порой до стекол, но лишь во время шторма. Выглянув наружу, она увидела Хакла: тот довольно улыбался, запрокинув голову. Он выглядел слишком большим для такой маленькой гавани. Словно Гулливер в стране лилипутов. Самого его это, впрочем, ничуть не смущало.
– Привет! – окликнул он Полли. – Знаешь, какой сегодня день?
Девушка устало потерла глаза. И предположила:
– День Хакла?
Он снова широко ухмыльнулся:
– Каждый день мой. Но сегодня еще и суббота.
– Ах да…
Жаль, что у нее нет больше официальных выходных. Даже странно, что когда-то Полли на чем свет стоит ругала понедельник: «Ну вот, опять приходится вставать на заре и идти на работу!» С каким удовольствием она вернула бы сейчас то время!
А Хакл продолжал:
– По субботам ты ведь печешь рогалики. Это всем известно.
– Надеешься, что я и тебя угощу?
– Ага! – прокричал он. – Очень на это рассчитываю!
– А кофе ты принес?
– Нет.
– Может, у тебя есть газеты?
– Увы!
– Свежие яйца?
Хакл покачал головой.
– Но зато я принес мед! – Он вынул из-за спины две банки. – Ну что, годится?
– Ладно, так и быть, сойдет, – улыбнулась Полли.

Чтобы приготовить рогалики, требовалось немало сноровки. Полли поставила на плиту кастрюлю, собираясь вскипятить воду. В ту же секунду Нил, заново учившийся летать (девушка полагала, что его еще рано перевозить в заповедник), запорхнул на стол, оттуда – на край кастрюли, а затем с довольным видом плюхнулся в воду и поплыл, будто резиновый утенок.
– А ну БРЫСЬ! – Полли поспешила вынуть птенца из кастрюли, в которую тот так и норовил залезть. Мало того что ей приходилось впустую тратить воду, она еще и опасалась, что в один прекрасный момент он сварится живьем.
– Я смотрю, ты здорово привязалась к этому тупику, никак не можешь с ним расстаться, – заметил Хакл, только что вернувшийся от Мюриэл.
Полли отправила его туда за кофе, газетами, луком и сливочным сыром. На обратном пути он задержался у фургончика с рыбой, где по собственной инициативе купил копченого лосося.
– Так-то лучше! – довольно улыбнулась девушка.
– Вообще-то, большинству нравится мой мед.
– Мне он тоже нравится. Даже очень. Но на одном меде не проживешь, – сказала Полли. – Держи, это твоя половина теста, будешь мне помогать.
Они вместе принялись месить липкую массу. Девушке бросилось в глаза, до чего мускулистыми были у Хакла руки. Светлые волосинки практически терялись на фоне загорелой кожи.
– Итак, – нарушила она молчание, – пчелы, значит?
– Ага, пчелы, – кивнул он.
– Стало быть, ты приехал в наши края и решил заделаться… пчелистом? С чего это вдруг?