Маленькая пекарня у моря

Доктор, которого звали Патрик и который в душе ненавидел котов, потому что сам был заядлым собачником, надел очки и взглянул на женщину с коробкой. Хорошенькая, хотя и выглядит усталой. Светлые волосы свободно падают на плечи, зеленые глаза смотрят прямо и открыто. Губы нервно поджаты, но кажется, что где-то там, за этой гримаской, прячется чарующая улыбка.
– Вы же не местная? – спросил он. – Наверное, тут у нас проездом?
– Да. То есть нет, – ответила посетительница.
– Простите, не понял.
– Я местная, но не совсем. В смысле… – Щеки у Полли заалели, и девушка рассердилась на себя: похоже, она совсем спятила от своего вынужденного одиночества. – В смысле, я тут арендую квартиру. Временно.
– И как это вас угораздило поселиться в Маунт-Полберне? – нахмурился Патрик.
Полли снова разозлилась. Ну не говорить же ему: «На большее у меня нет денег».
– А что, здесь у вас так ужасно? – поинтересовалась она в ответ.
– Да не то чтобы ужасно. Просто те, кто приезжает на побережье, предпочитают более людные места.
– Ну а я не такая, как все, – заявила Полли.
– Это я понял. – Ветеринар заглянул в коробку. – Вам ведь известно, что это морская птица?
– Серьезно? А я уж было решила, что мне попался броненосец.
Патрик невольно улыбнулся:
– Я к тому, что мы здесь не особо страдаем от недостатка морских птиц.
– Думаю, недостатка в котах вы тоже не испытываете, но это же не мешает вам их лечить, – уязвленно заметила Полли.
– Что да, то да, – вздохнул Патрик, вынимая из коробки тупика. – Иди сюда, дружок.
Птенец нервно дернулся, но все же позволил взять себя в руки. Ветеринар взглянул на повязку.
– Неплохая работа, – заметил он.
– Спасибо, – сказала Полли. – Рада, что сходила на курсы по спасению птиц.
– Вы хоть знаете, сколько у нас тут этих тупиков? – поднял голову врач.
– Понятия не имею, – ответила она. – Кажется, я пропустила это занятие.
– Больше миллиона.
– И что с того? Лично я испытываю симпатию вот к этому конкретному.
– Но вы не можете оставить его у себя. – Патрик заглянул птенцу под перья. – Да, это мальчик.
– Я так и знала, – улыбнулась Полли. – А почему его нельзя оставить? Тупики что, находятся под охраной?
– Нет, просто это дикая птица. Она должна расти среди себе подобных, на свободе. Место этого тупика в его стае.
– Стая тупиков, – вздохнула посетительница. – Звучит как название одного из тех дурацких альбомов, которые любил покупать мой бывший. – Она суховато улыбнулась.
«Вот оно что, – подумал Патрик. – Бывший. Это многое объясняет».
Маленький тупик открыл свой ярко-оранжевый клюв и громко пискнул. Ветеринар достал из ящика немного корма и положил перед птенцом.
– Стало быть, мне придется от него отказаться, – печально заметила Полли.
– Только после того, как птенец поправится, – уточнил Патрик. – Сможете присмотреть за ним, пока он не начнет снова летать?
– Конечно! – с радостью откликнулась девушка. – Не знаете, сколько времени это займет?
– Недели две или три. Он, кстати, выглядит вполне довольным. Обычно птицы пугаются до смерти.
– Этот птенец – крепкий парниша, – заявила Полли.
– Прекрасно. Только не привязывайтесь к нему, ладно? Рано или поздно вам придется распрощаться с ним навсегда.
– Сделаю все, что в моих силах, – вздохнула Полли.
– Не вздумайте давать ему имя.
– Хорошо. – Она встала. – Так сколько я вам должна?
– Ровным счетом ничего, – махнул рукой врач. – От меня тут мало что зависит. Это вы у него в няньках.
– Правда? – воскликнула посетительница. – Огромное вам спасибо.
Патрика удивила эта прочувствованная благодарность. Одежда на женщине была не супердорогой, но и не из дешевых.
– Главное, чтобы это не вошло у вас в привычку, – сказал он. – Приютите чайку – поймете, почем фунт лиха.
– Ясно, – кивнула Полли.
Ветеринар поднялся, чтобы проводить ее до двери. В приемной уже ждали своей очереди два кота, шипевшие друг на друга, как мохнатые змеи.
– Скорее всего, он сам улетит, когда заживет крыло. Если же этого не произойдет, принесите его ко мне.
– Хорошо. – Полли наконец-то улыбнулась.
«Какая у нее чудесная улыбка, – подумал Патрик. – Интересно все-таки, что привело эту женщину в наши края?»

Хорошее настроение не покидало Полли, пока она шагала по улице с птенцом в коробке. Спускаясь к гавани, она оказалась у цепочки лодок, среди которых покачивался и «Трохил». Полли как раз разглядывала лодку, когда налетела на самого Тарни.
– Привет, привет, – сказал тот, когда девушка, споткнувшись о булыжник, едва не упала ему на руки. – А ты сегодня выглядишь пободрее, чем накануне.
Полли поморщилась, вспомнив вчерашнюю сцену.
– Ну, это нетрудно, – признала она.
– Ну и странную книжку ты мне дала, – заметил Тарни. Полли ужасно нравился его тягучий корнуоллский выговор.
– Что, уже начал ее читать? – Она тоже отбросила церемонии и перешла на «ты».
– Ну, в море особо заняться нечем… Это на берегу вечно дел невпроворот.
– И как тебе книга?
– По-моему, тот, кто ее написал, был с большими странностями.
– Ты так думаешь? – улыбнулась Полли. – Согласна, произведение может показаться слегка необычным.
– Ну, это еще мягко говоря. Кто это у тебя там, кстати?
Полли заглянула в коробку. Птенец вопросительно смотрел снизу вверх, будто ждал, что его представят.
– Это… видишь ли, я… выхаживаю тупика.
Рыбак нахмурился:
– Кто-то решил подшутить над тобой, что ли? Типа новенькая в наших краях и все такое?
– Да нет же.
Полли пришлось рассказать ему о встрече с ночным гостем.
– Ни разу не слышал, чтобы кто-то держал у себя дома морскую птицу, – покачал головой Тарни. – Тупики, кстати, хороши на вкус.
– Ш-ш-ш, – зашипела на него Полли. – Мне придется закрыть птенцу ушки, а я даже не знаю, где они у него.
– Это исландская особь, – ухмыльнулся Тарни. – По-английски он ни бум-бум.
– Все равно. Как можно есть тупиков!
– Но ты же ешь куриц и уток, верно?
– Не желаю больше об этом говорить.
– Смотрю, ты совсем потеряла голову из-за этого мальца, – хмыкнул Тарни, заглядывая в коробку. – Имя ему уже придумала?