Подстава. Книга вторая

Удав появился в брюках, злой адски. В мусорном баке уничтожались ошметки его верхней одежды. Несомненно, все документы и прочие важные гаджеты я извлекла, они находились на краю стола, но вот обнаженным торсом Удаву пришлось блистать.
– Это у вас у десантников что, юмор такой? – разъяренно поинтересовался агент.
– Примерно, – кивнула я, делая маленькие глотки травяного чая, – и учти, если продолжишь сексистские шуточки, будешь сидеть голым. Полностью.
Сложив руки на груди и продемонстрировав прокачку мускулатуры уровня «бог», Удав весьма пошло произнес:
– Мелани, крошка, если ты этого хочешь, я могу раздеться прямо сейчас. Но видишь ли, детка, ты меня возбуждаешь. Уверена, что хочешь наглядной демонстрации того, как именно выглядит нормальный процесс возбуждения нормального мужчины?
Пожав плечами, ответила:
– А чего я там не видела?
Скривившись, словно проглотил что-то кислое, Удав уже спокойнее и без похабных намеков произнес:
– Мегер, личный вопрос – а тебе норм с полуголыми мужиками?
Скорбно посмотрела на психопата.
– Серьезно? – уточнил он, пристально глядя на меня. – Неужели кроме Реги более никто и никогда не вызывал интереса у снежной королевы?
Откуда Удав в курсе моих отношений с Хамом? Чуваку дали полный доступ к моим профайлам?
Вслух же ответила:
– Рега не в счет. Реально меня возбуждал всего один мужик – седьмой архонт Тайрема. Еще вопросы?
Вопросов не было – Удав был мужиком крайне умным и Удав понял все. А может даже и больше, чем я могла себе представить, потому как следующими его словами были:
– Мне очень жаль, Мэл.
И можно было бы отшутиться, но я честно призналась:
– Мне тоже.
***
На этом разбор полетов был закончен. Удав сходил приготовил себе завтрак, после уселся за наш стол и влился в коллектив, сохраняющий все ту же неформальную обстановку. Мы с Шайтаном вспоминали вчерашнюю схватку, Кот записывал и делал пометки в программе прогнозирования физического вреда. И мы еще только начало боя описали, а программа уже выдала «Травмы несовместимые с жизнью». И это было… по меньшей мере странно. Потому что этот условно «труп» после удара Шайтана от которого должен был бы сдохнуть, ответил ударом в корпус такой мощи, что у Шайтана треснули два ребра из не имплантированных. Учитывая пресс десантника, удар должен был быть основательным.
Мы мрачно переглянулись.
– Может на нем было допснаряжение? Экзоскелет? – предположил Кэл.
– Абсолютно точно нет, – подумав, сказал Шайтан.
– Ничего, – подтвердила и я.
– Уверены? – Удав подсел к нам за стол, посыпая свой омлет специями из смеси перца и каких-то трав. – Может легкая броня? Или там еще что…
В следующим момент мы сработали разом – Шайтан выбил у него из руки баночку специй, Кэл резко придвинул к себе яичницу, а я блокировала удар, которым Удав чисто на реакциях наградил был Шайтана. И Удав оказался силен адски – на пол рухнул он, а вот от силового приема мышцы все взвыли у меня.
– Ты в порядке? – заволновался Удав, резко садясь на полу, и подхватывая меня на руки. – Мегер, дай посмотрю руку. Мегера!
Никто ему ничего не дал – я, хоть и кривясь от боли, схватила его ладонь, и с тревогой посмотрела на Кэла. Он уже активировал программу распознавания, но толку от этого было мало, судя по его растерянному взгляду. А между тем на тыльной стороне ладони Удава проступал знак, и мне не удалось оттереть его, даже когда Шайтан передал салфетки из боевого набора.
– Что за… – начал было Удав.
– Специи! – прошипела я, потому что боль все еще была адская.
– Мы из десанта, – пояснил Шайтан, разрывая следующую упаковку с жидкостью, которая даже стойкую металлическую краску смывала, – мы не едим специи.
И мы попытались этой жидкостью оттереть клеймо с кожи Удава – без шансов.
– Так, – Удав начал говорить вслух, – ваши стандартные действия в критической ситуации?
Мы переглянулись.
– Тут такая херня, – начала я, – ни я, ни Шайтан в сторону специй даже не взглянули бы. А если бы и заметили – есть не стали.
– Хорошо, – Удав умудрялся сидя на полу, и отдав руку нам на растерзание пытаться быть лидером, – а Кэл?
– Я заказываю еду раз в неделю, – поразмыслив, сказал Кот. – Моя в холодильнике. Уже приготовленная, необходимо лишь разогреть. Готовит себе обычно только Мелани.
– Так, – кивнул Удав, – а кто может сказать, когда эта банка со специями тут появилась?
И вот тут прокол – никто.
– Ясно. И еще раз вернемся к вопросу – ваши действия в критической ситуации?
Поразмыслив, ответил Кот:
– Учитывая, что в квартире жили только я и Мелани, приправа по идее должна была бы достаться ей. Все это в принципе выглядит как ядовитое вещество. Чтобы не рисковать, я бы вызвал ближайшую бригаду скорой помощи.
Что ж, тихий стон издали почти все присутствующие.
– Народ, я сейчас на пару минут потеряю сознание, не паникуйте тут, – сказал Удав.
И вырубился. Прямо как был, так и вырубился – Шайтан едва успел его голову подхватить, чтобы башкой не треснулся.
– Долбанный гений, у него и медсистема под контролем, – прошипел Кот.
– Нашел же он лазейку в полицейскую систему, – Шайтан был зол, ну как шайтан.
И вдруг я услышала спокойное и слегка вальяжное:
– Долговязый в отключке? Повезло ему, выключился за пару секунд до того, как я наладил связь.
Резко повернув голову, я увидела… Эриха.
Архонт Дагрэй слегка потерял в весе, но ему это шло, даже, несмотря на то, что из-за заострившихся черт лица нос стал еще более выдающимся.
– Оденься, – несколько устало попросил меня Эрих. – И… я рад, что являюсь единственным мужчиной во вселенной, который тебя возбуждает. Лучшее из всего, что я слышал когда-либо. И да – я тоже тебя люблю. А теперь перестань лапать полуголого, накинь что-нибудь на себя, и возьми сейр Кэла.
Я посмотрела на Эриха, стоящего у окна. Затем на своих. Шайтан и Кэл посмотрели на меня, потом проследив за моим взглядом, посмотрели на окно, снова на меня.
– Там ничего нет, – решился произнести Кот.
– И никого? – уточнила я.
– И никого, – подтвердил Шайтан.
Я посмотрела на Эриха, Эрих насмешливо улыбнулся в ответ, внимательно глядя на меня своими темными, как грозовые облака, глазами. Затем медленно произнес:
– Можешь сказать им, в любом случае скрывать более не имеет смысла.
Ну надо же, какое милосердие – «можешь сказать». Сказать что? Что я вижу архонта Дагрэя наяву, при том, что его более не видит никто, и даже могу с ним общаться, а самое ужасное заключается в том, что он сам отчетливо видит все происходящее вокруг меня? Каковы шансы, что после этого я вновь окажусь на необитаемом острове посреди океана? Сто процентов!