Закон притяжения. Его студентка

— Вик…
— Все позади, моя девочка! Все позади! Твою мать, как же сильно ты дрожишь! За одно это я готов убить эту тварь собственными руками!
— Не отпускай меня! — шептала сквозь слезы. — Пожалуйста! Мне страшно!
— Не отпущу! И уже никогда!
— Открывайте! — раздался грозный голос Красницкого — старшего. — Живее!
Дождавшись кивка седовласого мужчины, один из полицейских достал ключи и повернув их в замке дважды, распахнул дверь клетки.
Практически оттолкнув его в сторону, Макаров вломился внутрь, и вновь заключил Лену в свои давящие объятия. Жадно поцеловал, больно кусая губы.
— Витя! — строго окликнул его мэр. — Все это успеется! Нам пора!
— Конечно, дядь Саш! Мы идем!
Виктор хотел подхватить ее на руки, но Белова воспротивилась.
Пошла сама. Поравнявшись с мужчинами, которые надсмехались над ней совсем недавно, она удостоила их презрительным взглядом.
И данный жест не остался незамеченным Александром Борисовичем.
— Лена? — холодно поинтересовался отец Славика. — Тебя здесь обижали?
Девушка мстительно прищурилась:
— Этот, — бесцеремонно указала пальцем, — не давал позвонить, не пускал в туалет и говорил, что в женской колонии мне придется ублажать главных уголовниц! А этот… вообще интим предлагал взамен на помощь!
Будто озверев, Макаров шагнул вперед.
Но Красницкий становил его, положив руку на плечо.
— Ступай племяш! Предоставь это мне!
Мэр и седовласый мужчина остались, а они с Виктором двинулись в сторону выхода, следуя по бесконечным длинным коридорам. Практически у двери Лена остановилась и затравлено посмотрела на своего преподавателя.
— Ты злишься на меня?
— Нет! Я злюсь на себя!
— Теперь ты точно расстанешься со мной?
— С чего ты это взяла?
— Я избила человека. И загремела в полицию. Теперь я… как уголовница!
— Лена? — он припечатал ее спиной к двери и яростно выплюнул. — Будь ты хоть дьявол в юбке, мне плевать! Я люблю тебя такой, какая ты есть! Дикая. Безбашенная. Малолетняя. Один черт — ты моя! МОЯ! Запомни это, ладно?
— Что? — сморгнула набежавшие слезы. — Как ты сказал? Лю… любишь?
Виктор впился в нее помутневшим взглядом и измученно кивнул.
А Белова, не помня себя, бросилась к нему на шею.
Они целовались, как сумасшедшие. Теряясь во времени. Теряя связь с реальностью. Но в какой-то момент Макаров с неохотой отстранился.
— Идем, детка! Нас все ждут!
— Кто все?
— Все!
Оказавшись на крыльце полицейского отделения, Лена изумленно ахнула.
Встречать ее приехали и родители, и Ирина со Славиком, и даже мать Ирины — Александра Николаевна, которая с недавних пор возобновила отношения со своей первой любовью — Красницким-старшим. Женщины и отец, кинулись обнимать и целовать Лену. А вот бывший одноклассник остался верен себе. Этот засранец принялся посмеиваться и громко напевать:
— Что ж ты, фраер, сдал назад? Не по масти я тебе? Ты смотри в мои глаза…
— Слава, хватит! — грозно шикнула на него Ирина. — Что тут смешного?
Да толку ноль. Тот лишь принялся за другую песню.
— Гоп-стоп! Мы подошли из-за угла!
Не выдержав, Лена возвела очи к небу и взмолилась:
— Ириша, он достал уже! Тресни его по башке!
— Да-а-а-а, Белка! — протянул парень, задыхаясь от смеха. — Из кутузки мы тебя еще не забирали! Вот это я понимаю, пуститься во все тяжкие!
Белова обиженно насупилась, но в следующий миг почувствовала на себе крепкие мужские объятия — Макаров обнял ее со спины. Когда все относительно успокоились и к ним присоединился Александр Борисович, Виктор обратился к отцу девушки:
— Вадим Витальевич, придется мне нарушить Ваш запрет!
— Какой еще запрет?
— Не жить вместе до свадьбы!
— А-а-а! Вот ты о…
— Но мы будем жить! Ваша дочь переезжает ко мне! Сегодня же!
— Тьфу-ты, Господи! Напугал! Да, забирай! Могу даже доплатить!
 
Эпилог
Две недели спустя…
— Вик? — громко позвала его Лена, отрыв глаза и не обнаружив в постели.
И это было странно, ведь она не слышала, когда он проснулся.
Недоуменно хмурясь, девушка встала с кровати и принялась обходить комнату за комнатой, в поисках Макарова. Но мужчина словно растворился.
«Интересное дело! И куда же он запропастился утром выходного дня?»
Заправив кровать, одевшись и хорошенько умывшись, Лена направилась на кухню, чтобы сварить себе чашку крепкого ароматного кофе.
Там-то и обнаружила записку от него, оставленную на обеденном столе.
«Скоро вернусь!»
«PS: побалуешь меня своим фирменным печеньем?»
«PPS: готовься, детка! Сегодня трахну тебя прямо на этом столе!»
Ее щеки запылали. Глупый смешок сорвался с губ.
— Боже!
Девушка чувствовала себя счастливой. Безмерно счастливой.
Поставив турку на плиту, она задумалась, предаваясь воспоминаниям.
Ее жизнь постепенно налаживалась, возвращалась в привычное русло.
Лене потребовалась целая неделя, чтобы прийти в себя после ареста.
Но она держалась стойко, хоть и была напугана до безумия. Первые несколько дней, под влиянием эмоций ей снились кошмары о заточении.
Всякий раз, просыпаясь в слезах, Белова оказывалась в крепких объятиях Макарова. Он успокаивал ее. Дарил ощущение защищенности и полной безопасности. Заверял, что ей не стоит бояться, ведь он не даст ее в обиду никому.
Девушка расслаблялась и засыпала с блаженной улыбкой на губах.
Вскоре и кошмары прекратились, и страхи улетучились.
Но началась новая напасть — родительская ревность.
Мама хоть и смягчилась в отношении Виктора (в том была огромная заслуга и отца, и самого Макарова), однако новость о переезде к нему своей единственной дочери восприняла в штыки. Она страшно рыдала, умоляя их обоих не принимать поспешных решений. Благо папа вмешался. Он всегда мог найти нужные слова, чтобы достучаться до нее. Нашел их и на этот раз.
В итоге мама согласилась отпустить Лену, но при условии, что та будет приходить к ним регулярно. В любое время дня и ночи, но регулярно.
— Я должна видеть тебя! — сказала она тогда, до боли стискивая ее в своих объятиях. — Я должна постоянно видеть тебя! Любишь его — люби! Хочешь жить с ним — живи! Но делай это так, чтобы мы не замечали твоего отсутствия в родном доме! Чтобы мы не успевали по тебе скучать!