Ветер Севера в академии Морте

– ВУМах? – переспросила я машинально.
– Высших Учреждениях Магии. – Ответили мне.
– А почему тогда я в пролёте? – не поняла я.
Иири хмыкнул и отмахнулся.
– Какая уж там учёба. Можно подумать, пустят тебя к алхимикам, мечтай… Ты в связке с пятикурсником, Туули, так что вместо новых знаний у тебя теперь – Петтери. Так себе перспективка, если честно. Будешь теперь как оглашённая по практикумам бегать. Чтоб ты ещё понимала в тех практикумах…
– Стоп. Ты ведь с самого начала его моим напарником назвал! – Ахнула я. – Не пошутил, значит, да? Ой, мамочки... Какие уж тут шутки… И в министерстве говорили, что мне предстоит практиковаться в паре с опытным некромантом… адептом пятого курса… – будто очнувшись, я хлопнула себя по щеке. – И он… он сперва говорил, что не подхожу… а потом, что подхожу!..
Я поспешно захлопнула рот, прекращая поток мысли вслух.
Вид у Иири Иизакки был виноватым.
– Светлые многого достигают после Морте. Если, конечно, учатся, а не работают проводниками Хаоса для тёмных. Мне правда, жаль, Туули.
Я задумчиво допила чокко. Отличный напиток, кстати. В нём оказалось собрано лучшее от кофе и горячего шоколада, с какими-то незнакомыми, бархатисто-ароматными специями.
В принципе, чего-то подобного можно было ожидать. Того, что и в этом мире, как и в моём родном, бесплатного сыра не бывает. Что за всё надо платить. И если ты иномирянка без денег и связей – платишь за учёбу собственной магией.
По дороге к Приёмной Иири успел поведать, что срок обучения в Морте практически неограничен. Было бы только желание и талант, конечно. Ну или деньги, если с даром не повезло. Да и живут маги подольше прочих... То есть теоретически всё вроде бы было в порядке, но у меня отчего-то возникало чувство, что рыжий куратор чего-то не договаривает. И ощущение, что меня развели, обманули, облапошили, обвели вокруг пальца крепло с каждой секундой.
– А можно что-то сделать? – в конце концов не выдержала я. – Меня ведь вслепую использовали!
Иири фыркнул.
Почему-то мне показалось, что он ждал именно этой реакции.
– Да что тут сделаешь, кроме того, что насмешишь всех до коликов. – Иири хмыкнул и принялся загибать пальцы. – Документы подписала? Подписала. Ритуал прошла. Иномирянка, опять же. В Хаосе ни в зуб ногой. Вот тебя к опытному некроманту и приставили. Так что у них и с этой стороны всё чисто.
– Но можно ведь, наверное, сменить напарника?
– Только не тогда, когда он сын ректора.
Я только присвистнула. Ах, вот оно что…
– Кроме того. – Иири замялся. – Петтери и в самом деле – сильнейший на курсе.
Видно было, что признавать сей печальный факт рыжему не хотелось, однако приходилось. Может потому, что я в любом случае узнала бы?
– Странно…
Иири снова воспринял моё замешательство по-своему.
– Если ты о Йолке…
– О ком?
– О Йо. Соул Петтери.
– Филин? – вырвалось у меня. – Тьфу, нетопырь?
– Вот-вот. – Усмехнулся рыжий. – Соул Петтери – перевёртыш. То есть кем угодно может обернуться. Диковинка, ага. Не такая, конечно, как дракон, но всё же. Так что кормить тебе сына ректора вплоть до Двенадцатого уровня… То есть курса. А потом, конечно, и о себе подумаешь… Если ещё под какой контракт не подпишешься. Тёмные очень хорошо платят. И убеждать умеют. А светлые, как правило, деньги любят.
– Ещё чего! – возмутилась я. – Мне кажется, Иири Иизакки, или ты как будто что-то мне сказать хочешь, да всё не договариваешь?
Рыжий вдруг сделался серьёзен.
Прежде чем ответить, зыркнул по сторонам, спугнул чьего-то соула-бабочку…
– Если это правда, Туули и ты сходу пятый уровень дара показала, а учитывая, что ты дракона из Приёмной в кампус перетянула, то как будто и не сбрехали… Так вот… В Лабиринт тебе, конечно, рано. Туда раньше Третьего курса не пускают. Но есть Малый Лабиринт – без него в Хаосе делать нечего. Пройдёшь его перед самым учебным годом, до распределения – и докажешь Комиссии, что сама на что-то способна, без помощи Петтери. Вот увидишь, для тебя сделают исключение. А перепрыгнешь через пару курсов – и сама себе расписание выбирать будешь. И напарника.
– Тебя. – Не выдержав, съехидничала я.
Нет, ну я в силу недавнего попадания может и наивна… Но ведь не дура.
– А почему нет. – Не стал запираться Иири. – Я тёмный, и о таком мощном светоче, как страж дракона, можно только мечтать. Но я-то в отличие от многих понимаю, что тебе самой учиться надо. Так что я бы даже на контракт пошёл. Хаос мне в свидетели.
И он рассказал, что контракты – обычное дело между тёмными и светлыми адептами. И весьма полезное дело, кстати – заранее обозначив количество затрачиваемой магии, а также расписание и дисциплины – меньше шансов испортить отношения.
– Поможешь мне туда попасть? – спросила я, когда рассказ подошёл к концу. – В Малый Лабиринт.
– В напарники набиваешься? – прищурился Иизакки.
– Прошу помощи, как у куратора. – Попала я ему в тон. – Заодно и присматриваюсь потихоньку.
– Быстро учишься. – Хохотнул Иири. – Так и быть. Ночью попробуем, если пропуск у Комиссии выбьешь.
– Спасибо. Я не собираюсь задерживаться с Петтери в паре. Вот ты скажи, будь у тебя шанс на вторую жизнь, в новом мире? Ты стал бы на Петтери его тратить? Вот и я не собираюсь.
Иири посмотрел на меня как-то странно. Показалось вдруг, что он скажет сейчас что-то важное… Однако наша процессия тем временем добралась до точки отсчёта, то есть до Приёмной и потому мы с Ломтиком побежали сдаваться.
***
Что примечательно – помимо членов Комиссии нас с Ломтиком поджидал и сам ректор.
Вид у главного Магистра был встревоженный.
Я уж решила, что меня сейчас будут пытать, как Ломтика умыкнуть умудрилась, или, не дай их Триединая, предъявит мне совращение своего мажористого отпрыска, но то (к нашей с Ломтиком радости!) было другое.
– Снорх? – спросил ректор, вглядываясь куда-то мне за ногу и, задумчиво почесав подбородок сам себе ответил: –– Да вроде нет...
Я оглянулась, проследив его взгляд и ахнула:
– Пых! Так ты всё время был рядом? Ну, даёшь!
На первый взгляд клочок тумана у моего колена был незаметен. Но вот он заклубился, концентрируясь в едином центре и образуя довольно-таки плотный комок...
Из-под пальцев ректора вылетела искра и комок стал проступать в воздухе, образуя самый настоящий ком, а затем вдруг со скрипом распался, развернувшись как ёжик и засыпав мозаику плитки снегом. Загадочный «Пых» оказался коротышкой гренадёрского сложения! С красными глазами и красным же собачьим носом, с обручем вокруг лба и снежной бородой, заплетённой в косу. Одет человечек был в какие-то белые шкуры. И сам был покрыт короткой шёрсткой, если приглядеться. Словом, мой новый знакомый из Хаоса представлял собой нечто совершенно невообразимое.