Древняя душа
– Не старайтесь, матушка! – я развернулся спиной и начал подниматься по трапу, получая удовольствие от той ненависти, с которой она буравила спину.
На А-34 мной завладели иные чувства. Издалека увидев сияющую под солнцем головку Касикандриэры, я быстрым шагом, с трудом заставив себя не бежать, подошел к ней и прижал к себе.
– Моя Касик! – с губ сорвался счастливый смех. Аромат ее волос кружил голову. – Значит, правду говорят о вашем роде!
– Ты сомневался? – она обиженно надула губки, и я не смог удержаться, начал их целовать.
Смеясь, невеста пыталась отбиваться, когда я затащил ее в первую попавшуюся комнату, но мне было не до того. Прижать ее к стене, прильнуть к горячему телу, вновь ощутить вкус ее губ, аромат волос, кожи! Целуя, я приоткрыл корсаж и прикоснулся к груди.
– Деметрий! – ахнув и залившись краской, принцесса быстро застегнула крючки обратно.
– Хочу видеть ее!
– Нельзя!
– Покажи! – пальцы вновь легли на застежки.
– Нет! – она осторожно, но все же оттолкнула мои руки. – Нет, я сказала!
– Строгая моя! – странно, но даже это не рассердило меня. – Хорошо, буду ждать!
– Будешь! Тебе нельзя вот так, – она покраснела, но все договорила, – тискать меня по углам! Мы еще даже не жених и невеста!
– Что?! – я оторопел, уставившись на нее. – Да мы поженимся скоро, как только траур закончится! А ты заявляешь такое?!
– Прости, но ты не дослушал, – девушка улыбнулась. – По нашим обычаям женихом и невестой становятся после произнесения клятв Богине-матери на Дне обещаний.
– Что такое День обещаний?
– Праздник, который состоится сегодня вечером. Можно тебя попросить пойти на него со мной? – она с надеждой уставилась на меня.
– Тебе бы этого хотелось?
– Очень!
– Тогда пойдем.
– Спасибо, Деметрий! – она просияла, как ребенок, и сама поцеловала меня. – Но есть еще одна просьба. Можно?
– Даже не знаю. Две просьбы за день, не слишком ли много, моя Касик?
– Это серьезно.
– Что случилось?
– Иди сюда, – мы сели на диван. Девушка рассказала о том, что творят солдаты, заставив меня тяжело вздохнуть.
– Такое всегда происходит в завоеванных мирах, Риэра, – сказал я, когда невеста замолчала. – Мы уже говорили об этом.
– И ты ничего не можешь сделать? – в голосе задрожали слезы.
Если так будет продолжаться, она еще до свадьбы начнет вить из меня веревки.
– Все наладится, не переживай, я разберусь.
– Спасибо! – девушка вновь просияла. – Только в космос погулять их отправлять не нужно! – торопливо добавила она.
– А уж это я решу сам! Иди ко мне!
Шанс разобраться с солдатами появился сразу же, как только мы подошли к храму. К массивному белому сооружению с настежь открытыми непомерно большими вратами со всех сторон стекались люди. Разноцветные одежды, дорогие украшения, улыбки и смех, предвкушение праздника и радость от возможности и на других поглазеть, и самому похвастаться дорогим нарядом – все в точности так же, как и у нас.
Почти все старались подойти поближе к Касикандриэре. Знать – чтобы засвидетельствовать почтение, остальные, коих было большинство, поглазеть и постоять рядом с принцессой, которая отошла в сторону, чтобы уделить внимание всем.
Те, кто узнавал Покорителя миров, менялись в лице и спешили отойти подальше. Только один рыжеволосый юнец, смерив меня оценивающим взглядом, вздернул нос и обдал презрением. Через секунду, увидев, как загорелись его глаза, когда он подошел к моей невесте, я понял причину такой дурной храбрости.
– Ромир! – она, как оказалось, тоже была рада его видеть. – Какое обещание Богине ты не сдержишь на этот раз?
Они рассмеялись – как старые знакомые, чьи шутки понятны только им самим.
– Видела новое крыло с комнатами для паломников?
– Ты все-таки уломал маму его построить?
– Отцу пришлось помогать – с нее вытрясти деньги на благотворительность – проще ущипнуть Богиню за попку, сама знаешь!
– Прекрати, а то жрицам нажалуюсь! Будешь опять таскать воду всю неделю!
– Пойдем, лучше покажу, что мы придумали! Каждая комната будет кем-то выкуплена, на дверях сделаем табличку с именем благотворителя, – он увел Касикандриэру в сторонку.
Рыжий юнец что-то сказал, кинув взгляд в мою сторону, рассмеялся и коснулся ее руки. Она тут же отступила на шаг, перестав улыбаться и осадив наглеца резкой фразой. Жаль, что отсюда не слышно. Я бы мог убить его прямо сейчас, но это испортит невесте настроение. Что ж, потерплю. Хотя в последнее время и так только и делаю, что терплю. А вот кое-кому эта добродетель и вовсе не знакома, похоже. Я проследил за обеспокоенным взглядом девушки, обращенным на группку юношей, среди которых стоял ее брат, Кассий.
Как же все предсказуемо, даже на зевоту потянуло. Всегда повторяется этот сценарий – вечно один и тот же. Появляется Сопротивление, пылающее праведным гневом, которое пытается меня свергнуть. Но итог один – оно всегда терпит неудачу, а заканчивается тем, что я уничтожаю все под корень.
В этот раз будет сложнее – потому что один из повстанцев – брат Касикандриэры. Он, конечно, не представляет опасности, потому как мозгов у бывшего принца немного. Зато гонор через край льется. А вот с рыжим с удовольствием разберусь лично, когда придет время! Вряд ли тогда он будет смеяться. Я встретился взглядом с Гаяном, он тоже все прекрасно понимал.
– Что прикажете, Повелитель? – охранник подошел ко мне.
– Не лезь в это. Твоя забота – Касикандриэра. Огради ее от них. Но если появится какое-то движение – ты понимаешь, о чем я, сразу сообщай. – Я увидел вошедших во двор и усмехнулся.
Солдаты идеально выбрали время для своего появления – у меня как раз зачесались кулаки. Все-таки смотреть на то, как невеста улыбается другому, не особо понравилось. Мои черномундирники тоже были уверены, что появились как раз вовремя – чтобы поживиться за счет состоятельных горожан. Не разглядев в толпе меня, они лениво задирали тех, кто поспешно направился к входу в храм. Должно быть, легко пощипав тех, кто побогаче, нетрезвые уже молодчики продолжили бы кутить в каком-нибудь кабаке и закончили в койках местных шлюх. Но не сегодня.
– Иди сюда, красавица, подари поцелуйчик! – пьяно улыбаясь, один из солдат вытянул губы, причмокивая и раздевая Риэру глазами.
– Пошел прочь! – рыжий закрыл ее собой. Что ж, это ему зачтется.
– Твой любовничек? А я лучше!
– Лучше в чем? – осведомился я, встав за его спиной.
– Ой, кто это? – солдат икнул, озираясь. – Сколько же у тебя хахалей, ми…лаш… – он обернулся и по инерции договорил, – …ка. – Повелитель! – хмель моментально выветрился. – Прошу простить!