Зараза 2

Эх, все бы они такие были.
Я дернул ручку, оказалось, что заперто. Долго дверь не сопротивлялась, тесак и здесь пришелся к месту. Пропихнуть, надавить, поднажать, дернуть, отфутболить, а потом и добить мертвого связанного типа, дождаться пока все перебегут в эту комнату. Забаррикадироваться, спокойно выдохнуть и открыть окно.
Когда распахнул створки, к рези в глазах прибавилась головная боль — как при гриппе, разламывающая мозги на части. Захотелось напрячься, прыгнуть на кого-нибудь и убить. Что я сразу же и сделал — выпрыгнул на улицу и стал чистить дорогу от шаркунов.
Двадцать метров до траншеи, пятьдесят до «пираньи». Я первый за мной девчонки, Леонидыч замыкает. «Пиранья» ждет, отвлекает на себя зомби, там же и упокаивает. Перешли на оружие с глушителями, чтобы со всей округи не собирать.
Первой странные звуки услышала Катя, притормозила меня, мол ты чего, совсем глухой, что-то явно не так. Я повертел головой, сделал пару шагов к траншее и не только услышал, но уже и почувствовал.
Земля подрагивала. Из траншеи, откуда-то из глубины доносился грохот, будто поезд на станцию метро прибывает. Я попятился, подгоняя девчонок руками, пытаясь придать им ускорение.
— Бежим, бежим, бежим! — последнее слово я уже орал, глядя, как из кучи нагнанной пыли, прямо перед нами появляется уродливая пасть опарыша.
Я услышал, как на «пиранье» забили на бесшумную стрельбу и открыли огонь из пулемета в нашу сторону. Несколько пуль просвистело чуть выше головы. Подталкивая народ и продолжая оглядываться, я увидел спину опарыша, зигзагами удалявшуюся в сторону «пираньи». Но радоваться, по крайней мере, за нас было рано. Из норы потянулись твари помельче, но не менее опасные. Засветились пуза «нянек» и тощие силуэты «циркулей», поскакавших за нами.
Влезть обратно в окно мы уже не успевали. Оставалось надеяться на скорость и что за углом, найдется какая-нибудь машина или труп «глобала» с полным боекомплектом, да хоть что-нибудь, что позволит выиграть для сестры время…
— Эй, на орбите, — зашипела рация голосом, который я не надеялся здесь услышать, — Прием. Космос, ответь Лехе.
— Мы успеем, не торопи, — я ответил на бегу, стараясь не сбить остатки дыхалки.
— Вот уж дудки! Шустрее давай к воротам, мы вас подберем.
Удивляться и думать, почему вернулся Леха, я не стал — не до того. Поднажал, подталкивая остальных. Хуже всего приходилось Леонидычу, не его уже это весовая категория. Первая за угол выскочила сестра, начав палить во что-то, совершенно не экономя патроны. А потом пригнулась и чуть сменив курс скрылась из моего поля зрения, за ней то же самое проделала Астрид. Когда мы с Леонидычем выскочили за угол, я увидел пожарную машину — Леха за рулем, Оля с РПК на крыше.
До пожарки оставалось метров пятьдесят заваленного трупами, мусором и осколками пространства. «Глобалы» здесь неплохо встретили орду, разбомбив всю дорогу. Я уже буквально тащил мчсника, как Оля открыла огонь поверх наших голов.
Астрид с Катей уже сидели в кабине. Катя суетилась, целилась из пистолета, но стрелять не решалась. А вот Астрид плакала. Да, что не так с этой снежной королевой?
— Остальные где? — спросил Леха, помогая мне втянуть Леонидыча в кабину.
Я не смог ответить, просто покачал головой. Подхватил «калашников» из кабины и полез на крышу к Оле. Скрипнула коробка передач, и Леха тронулся, постепенно разгоняясь.
Я закрепился на крыше и развернулся помочь Оле. В нескольких метрах от здания валялись израненные тела — несколько «циркулей», три или четыре «няньки» и сплошным покрывалом с десяток шаркунов. Многие еще были активны, скалились, ползли за нами. Одна из нянек встала на четвереньки и открыла пасть.
Я едва успел подхватить Олю, которая чуть не свалилась с крыши. Ее будто звуковой волной огрело, она лежала на крыше, тряслась в конвульсиях, пытаясь прикрыть уши. И судя по тому, как вильнула пожарная машина, потом замедлилась и опять ускорилась, да по крикам боли в кабине — «чайкиным» ультразвуком прилетело всем.
Но почему я ничего не слышу? Только жужжание, даже комариный писк. И почему-то приятный звук. Если прислушаться, то даже получается слова разобрать.
 «Иидии коооо мнееее… Ууубееей… Тыы гооолоодеен…»
Жужжание легкой щекоткой прокатилось по телу. Прошло от кончиков пальцев на ногах до макушки и побежало обратно по рукам. Неожиданно на правой руке щекотка резко превратилась в жжение. Острая боль, как от шокера, стрельнула в плече и побежала к шее, вызывая судорогу.
Как только судорога отступила, я посмотрел на рукав футболки. Облизал пересохшие губы, уже догадываясь, что я там увижу, собрался и задрал рукав до верха.
Небольшая грязная — там и пыль, и земля — ранка. Зуба три, ну, может, четыре, и прокусили-то неглубоко. В столовке все-таки достала меня там какая-то дура.
Мозг удивительная штука. То на малейший раздражитель реагирует, а то предпочел сделать вид, что ничего и не было. По крайней мере, пока сестра не будет в безопасности. Жаль, только, что мозга у меня больше не будет.
Пожарная машина пересекла ворота и начала ускоряться на дороге.
Я закурил.
— Саня, вы как? Сваливайте оттуда скорее, мы всех забрали!
— Ха, так мы уже! Червяк этот нас до самого леса гнал, только отстал, — хохотнул Саня, слышалось, что только отходит от напряжения, — Мы вас у блокпоста будем ждать.
Я затянулся. Медленно, смакуя дым, выдохнул.
— Леха, прием!
— Ща отъедем немного, тормозну, — отозвался миротворец, — Пересядете в кабину.
— Подожди… — я прикурил новую сигарету от старой и после длинного выдоха продолжил, — Пообещай мне, что Катю вывезешь.
— Андрюх, а вот щас обидно было.
— Не, я понимаю. Просто сейчас пообещай, что удержишь ее и за мной не пустишь, хорошо?
— Что за херню ты несешь?
— Я дальше с вами не поеду, укусили меня. Сбавь скорость слегка, я по-тихому спрыгну, а то Катька глупостей наделает. Это… Передай ей, что люблю я свою маленькую сестренку. Пусть обязательно выберется, а то я родокам обещал…
Спасибо Лехе, что не стал разводить ничего. Так проще. Оля все слышала и только молча кивнула, когда я махнул рукой и тихонько соскочил с грузовика. Юркнул в кусты и забился в мягкую от листвы и прохладную ямку в корнях толстого дерева.
Снял рюкзак. Достал из потайного кармашка алмаз и подумал, что надо было его отдать камаджорам. Если их чудо-магия действительно существует, то королеву надо мочить. И ни в коем случае не выпускать вирус дальше.
Жаль, что я не смогу это сделать. Я бы откликнулся на зов, чтобы убить.
Разглядывание алмаза ни к чему не привело, ни тайных знаков я не считал, ни секрета никакого на просвет не увидел. Бросил его обратно в рюкзак и вспомнил, что у меня там есть инъектор Альберта. Достал его, покрутил, пытаясь разобраться, как это работает.