Новобранец

Наши с братом тренировки продолжались по мере продвижения вглубь тоннелей. Вскоре мы начали встречать не только глодов и младших погонщиков, но и адских гончих. Тогда мы старались действовать сообща, нанося по очереди по три смертельных удара. Получалось у нас это далеко не всегда, что создавало некоторые проблемы. Но наши товарищи не позволяли нам впасть в состояние неконтролируемой ярости надолго и быстро нас подменяли, а когда мы добрались до первой арахны, то могли наносить уже по пять контролируемых ударов.
В узком проходе путь нам преградила арахна. Знают твари, где засаду устроить!
— Что-то у меня плохие воспоминания о бое с этой тварью, — произнес я.
— Отойдите в сторонку и смотрите, как нужно убивать членистоногих хаоситов, — ответил Мирт и вышел вперед.
В место, где расположилась арахна, полетели бутыльки с горючей жидкостью, разбиваясь о стены, пол и потолок и заливая все пространство вокруг паучихи какой-то жидкостью. Следом полетело заклинание огненного шара из артефакта, и арахна вместе со своей паутиной вспыхнула. Она не кричала — огонь не мог причинить ей вреда, зато вся ее паутина нагрелась и, когда Джант, Мирт и Альвиниэль выпустили по ней из мечей заклинание «обледенение», то сети, потеряв липучесть, просто рухнули вниз вместе со своей хозяйкой. Видимо, огонь был достаточно жарким, настолько, что прокалил еще и камень в тех местах, где была приклеена паутина.
Втроем они рванули к паучихе и завязался ближний бой. Я все никак не мог понять, почему обычный человек, коим являлся Джант, был так силен и быстр, да еще и являлся командиром звезды, пусть и новобранцев. Но внимательно изучив его поведение в бою, понял, парень умеет очень быстро усваивать то, что ему преподают. Он был не таким быстрым, как мы с Лихтом, зато он точно знал, куда ударит враг. Он очень хорошо изучил поведение монстров и из бестиария, и со слов наставников. Он следил за движениями хаоситов и не тратил энергию понапрасну. Все его движения были выверены и точны. В отличие от нас, он не делает размашистых движений, и все его приемы основываются на том, чтобы максимально быстро переместить оружие или часть тела туда, куда это нужно. За счет этого он успевает и защищаться, и атаковать. Конечно, артефакты, что он использует, дают ему определенную прибавку к его навыкам, скорости и силе, но в остальном это исключительно его заслуга.
В его движениях я видел отражение боя ветеранов. Они именно этому нас и учат. А сила… силы он уже поднабрался здесь, в портальных заставах и отчужденных землях. Тренировки ветеранов настолько жесткие, что не стать сильнее на них просто невозможно. Значит, даже обычный человек вполне способен стать ветераном, и это реально. А я уж думал, что все ветераны имеют вторую ипостась. Типа мы вроде волкодавов, которых выращивают из диких волков и натаскивают на своих же.
Значит, если мы, все же, сможем добиться успеха в боевой стезе ветеранов, то станем намного сильнее. Что ж, хорошо, а пока стоит помочь своим товарищам, и мы с братом по очереди принялись наносить по пять ударов арахне, контролируя своего внутреннего зверя, чтобы он не сорвался на свой инфернальный стиль боя в духе «ломать, крушить и рвать на части».
Зачистка тоннелей продолжалась почти сутки. За это время мы не спали от слова совсем. По мере продвижения вглубь тоннелей нам попадались все более сильные монстры, и их становилось все больше. В прошлом бою мы даже бились с двумя арахнами. Это оказалось довольно сложно, но учитывая, что нас было пятеро, и то, что мы с Лихтом могли наносить всего по несколько ударов с перерывами, мы отказались от состояния неконтролируемой ярости и перешли в бой, используя изначальную ярость, периодически отходя и успокаиваясь, когда вот-вот должны были сорваться.
Мы уселись недалеко от трупов паучих, оперевшись спинами о стену.
— Перекусим? — предложил Мирт.
— Не откажусь, — ответил ему Лихт.
— Я бы тоже чего-нибудь съела, — поддержала их эльфийка.
— Альвиниэль, а можно личный вопрос? — все же решился спросить я.
— Спрашивай.
— Почему ты в бою пользуешься преимущественно дальним боем и природной магией? Ведь, как боец ближнего боя, ты куда сильнее. Помню, как ты одна удерживала сильного низшего демона, которого мы с Лихтом вдвоем сдержать не смогли.
Девушка опустила взгляд.
— Это ее больная тема, Сэм, — пояснил Джант.
— Нет, все нормально, я отвечу. Дело в том, что у эльфов не должно быть такой физической силы. Это противоестественно. И поэтому надо мной в лесу часто подшучивали за спиной. Я слышала их высказывания в мою сторону. Прямо никто мне об этом говорить не решался, но я видела по их поведению и взглядам, с каким пренебрежением они относятся ко мне. Я старалась быть, как все. Я даже стала лучшей лучницей и лучшим магом в нашей академии, но это никак не повлияло на отношение ко мне окружающих. Все они знали, насколько я сильна физически. У эльфов физическая сила считается не то, чтобы недостатком, скорее даже пороком. Признаком нечистой крови. За глаза меня называли дочерью горного тролля… — девушка расплакалась, а мне стало стыдно, что я довел ее до слез. Так-то она нас с братом в прошлый раз спасла.
— Прости, я не хотел тебя расстроить.
— Теперь и вы будете считать меня недостойной?
От этих слов Лихт заржал, а я улыбнулся. И, показав ей свои кисти, сменившие облик, ответил:
— Взгляни сюда. Мы — ДЕМОНЫ! Ты представляешь, что нас с братом ждало бы во внешнем мире, узнай там, кто мы? Как я могу тебя осуждать за твое происхождение, если даже сам не знаю, как я вообще появился на свет?! — Альвиниэль покраснела. — Я не это имел ввиду! Я не знаю, кто мои родители. Ветераны говорят, что никогда не видели никого, похожего на меня, но, учитывая, что демоническая кровь меня лечит, означает, что я и есть демон! Понимаешь, ДЕ-МОН! Мы с братом никак в толк не возьмем, почему вы нас терпите и не боитесь, когда сами прекрасно видели, на что способны даже низшие демоны. На вашем месте я бы чувствовал себя как на бочке со спиртом, о которую облокотили горящий факел. А ты говоришь, что мы будем к тебе относиться плохо из-за того, что ты обладаешь большой физической силой!
— Ты, правда, так думаешь или говоришь это, чтобы меня успокоить?
— Правда. Разве ты сама этого не замечаешь? В портальных заставах всем похрен, кто ты и кто твои родители, если только ты не на стороне инферно, или не ветеран.
— Ну, так-то да! Спасибо.
— За что?
— За то, что не стали смеяться над моей силой.
«Опять двадцать пять», — подумал я, но тут вмешался Лихт.
— На здоровье! Обращайся если что.
Альвиниэль хихикнула. Я тоже улыбнулся и продолжил жевать лепешку, запивая ее неплохим цваром, который мы заварили с братом сами.
— А вкусный получился цвар, — похвалил нас Мирт.
— Я так понял, он еще и энергию восстанавливает, и усталость снимает, и даже манапоток увеличивает немного? — поинтересовался Падший.