Одержимость Малиновского

Он больше ничего не сказал, молча высушил волосы. Так, не говоря и слова, отнёс в кухню, чтобы накормить. Целый день он отвечал односложно, но меня одну не оставлял. Даже ноутбук принёс в комнату, чтобы работать и быть рядом.
— Вань, а мне чем заняться? — не выдержала я, и он перевёл на меня взгляд.
— Позвони Оливии и пригласи на свадьбу, она твоя подруга. Я отправлю ей замену, так что насчёт своей галереи не беспокойся, всё будет работать, как швейцарские часы и без вас.
— Но у нас же фикт…
— Вот только произнеси это слово, и я тебя отшлёпаю. Всё, звони подруге и посмотри фотографии, я там подобрал несколько свадебных нарядов: что понравится, доставят послезавтра.
— Не нужно, мы с мамой уже выбрали. — Он удивлённо приподнял бровь. — Ты не знал, что жениху не стоит видеть свадебное платье невесты — плохая примета?
— Это всё предрассудки. Но если тебе так спокойней — не вопрос, только я за всё плачу сам.
— Ещё чего!
— Не обсуждается. Звони Оливии, это приказ.
Он вновь отвернулся к ноутбуку, и у меня появилось непреодолимое желание в Ивана кинуть подушкой. Но я девушка взрослая, а это как-то по-детски. Посему взяла себя в руки. Но как же хотелось в него чем-нибудь запустить…
…Моя подруга была в восторге, что у неё появилась возможность увидеть своими глазами место, о котором я ей много рассказывала. Я попросила её приехать на неделю раньше запланированного события — пусть немного развеется, не понравилась мне её оговорка насчёт отчима.
С того вечера Иван больше на меня не давил, но появилась другая проблема — мне стали сниться эротические сны, такие же, как год назад. И если бы такое не происходило раньше, я бы, грешным делом, Ивана заподозрила — уж больно они были реалистичные. И главное, как только я подходила к пику, звучал один и тот же вопрос: «Кому ты принадлежишь?». Вот такой пакости я от своего подсознания не ожидала! Разумеется, я даже во сне держала оборону. В итоге коварный Иван не доводил до логического завершения свои развратные действия.
К концу недели я чувствовала себя, как на вулкане. От одного взгляда Малиновского желание вспыхивало как спичка, а бельё становилось влажным. Так что наши тренировки были для меня ещё тем испытанием. Да что там — пыткой! А он, коварный, даже не приставал, чтобы облегчить мне задачу! То, что он всё понимал, сомнений у меня возникало, но злило, что занял выжидательную позицию. Я девушка гордая, сама на него вешаться не стану. Ну ничего, посмотрим, кто из нас кремень.
 
Глава 24
Оливия
Я первый раз оказалась в России, столько слышала об этой стране от своей бабушки — это была её родина. Ну что, пришло время посмотреть, где жили мои предки по бабушкиной линии. Я очень переживала, собираясь в эту поездку, радовало, что меня сопровождал господин Лютов. Кстати, с ним и женихом подруги я собиралась сегодня серьёзно поговорить. Известие о свадьбе Миры и Малиновского меня весьма удивило. Это что же получается, вся наша афера с побегом была напрасна? Ничего не понимаю. Подруга утверждала, что Малиновский не жалует её. А тут такое…
— Оливия, женщинам много думать вредно, от этого морщинки на лице появляются, — раздался насмешливый голос Лютова.
Вот бесит мужской шовинизм!
— Господин Лютов, на дворе двадцать первый век, женщины равны мужчинам, и многие из вас не радуют наших глаз, но мы же не упрекаем вас за это. Даже больше скажу: большинству из нас вы неинтересны, и если от мыслительного процесса у меня появится несколько морщин, ничего, я как-нибудь это переживу.
— Феминистка, значит… — цокнул он языком, качая головой. — Плохо, конечно, но ничего, Цербер тебя вылечит. — Я даже с шага сбилась. — Я для тебя не господин, а просто Александр или Саша.
В ответ я только фыркнула — при чём тут персонаж греческой мифологии — трёхголовый пёс, охраняющий выход из царства мёртвых в Аиде? Странный этот Лютов…
Мы молча вошли в здание аэропорта, и я вопросительно посмотрела на него, мол, куда дальше?
— О, лёгок на помине! — воскликнул Александр и, как-то зловеще улыбаясь, посмотрел на меня. — Я понял, ты замуж не горишь желанием выходить?
Его вопрос меня весьма озадачил. Я даже перестала искать глазами, кого господин Лютов увидел.
— Верно, замужество не входит в мои планы.
— Планы — вещь ненадёжная, — хохотнул он.
И мне стало дурно. Вот не нравится мне, когда я ничего не понимаю.
— Вы можете нормально объяснить, что происходит? — начала я злиться. — И шутки ваши мне не нравятся.
— А кто сказал, что я пошутил? — посмотрел на меня без тени веселья. — Мужайся, Оливия, Цербер на тебя настроил свой радар, осталось несколько секунд до того, как он вцепится в тебя мёртвой хваткой и уже больше никуда не отпустит.
— Вы меня запутали. При чём тут персонаж греческой мифологии и радиотехническая система для обнаружения воздушных, морских и наземных объектов?
— А я сморю, ты весьма подкованная особа, — как-то подозрительно на меня посмотрел, и я себя почувствовала чуть ли не шпионом Британской разведки.
— Ну уж извините, что не дура… — театрально развела я руками.
Мало того что всю дорогу подкалывал меня, теперь, по ходу дела, подозревать стал в шпионаже.
— Расслабься, из тебя шпион, как из меня балерина. — Он что, мысли читать умеет? — Мысли я не читаю, твоя мимика всё поведала.
— А…
Только я выдохнула, как он ошарашил меня следующей фразой:
— Начинай выбирать свадебно платье.
— Чего? — вначале я опешила, но это продлилось недолго. — Господин Лютов, — начала было я возмущается, но слова застряли в горле, когда чья-то рука бесцеремонно легла мне на талию.
— Привет, Снегурочка…
— Господи, ну не может быть всё настолько ужасно… — я зажмурилась в надежде, что это всего лишь мираж, или мы ещё в воздухе, и я сплю.
— Цербер, я смотрю, твоя невеста бьётся в конвульсиях от восторга! — заржал Лютов.
Я что, это вслух сказала?
— Она у меня скромная, — тихо засмеялся Влад, а я так и не рискнула на него посмотреть, у меня сердце от ужаса билось через раз. — Спасибо, что доставил мне сокровище в целости и сохранности.
Какое ещё сокровище? Они что, контрабандой помышляют?
Господи, что я туплю? Это я якобы сокровище, мол, пару комплиментов прочирикал мужик, и девушка на всё согласна.
— Обращайся, — отмахнулся от благодарности господин Лютов. — Кстати, она у тебя ярая феминистка.
— Да ладно?! — рассмеялся Влад, продолжая удерживать меня за талию. — Ничего, вылечу ее от этого недуга.
Тут меня отпустило, и я решила поставить наглеца на место: