Стажер

— Перси!
А? — Перси оторвался от созерцания рук бармена и посмотрел на Хлою. Сегодня на ней не было кричащей красной кожи и тугих брюк. Она была одета как и все деловые люди в этом городе-муравейнике — строго и перспективно. Никаких легкомысленных кружев или двусмысленных вырезов, минимум косметики и максимум деловитости.
— Что ты будешь делать? — повторила Хлоя, внимательно смотря ему в глаза.
— Не знаю, Хлоя, не знаю… — Перси уставился в свой бокал с фирменным коктейлем. В светлой жидкости плавали два сердца, одно темно-вишневое, а другое абсолютно белое. Лед. Они медленно таяли, окрашивая напиток в причудливые тона.
— Не знаю… наверное я должен вернуться домой. И помогать своему отцу вести бизнес.
— Это так плохо?
— Не знаю. — Перси внимательно следил как тают ледяные сердца в его бокале. Он загадал, что если белое сердце растает быстрее темно-вишневого, то…
— А кто знает? Перси, думаю тебе надо взглянуть на это по-другому. Все не так уж и плохо.
— Ну да. Если не считать того, что я не оправдал доверия своей семьи, которая залезла в долги, чтобы оплатить мою поездку. И еще я не гожусь управлять даже мусорным погрузчиком, потому, что мой уровень нероадаптации ниже пяти! — Перси сжал кулаки: — Я был не хуже других, я выдержал эту чертову 'адскую неделю' для новичков, сдал все экзамены и вот…
Он замолк. Хлоя тоже молчала, отведя глаза в сторону. Скучающий бармен протирал свой стакан, голопроекторная дикторша за стойкой негромко вещала что-то о политической обстановке и светских скандалах. Льдинки в бокале тихонько звякнули. Темно-вишневое сердце таяло медленней чем белое. Перси вздохнул. И здесь не везет. Сил для того, чтобы удивиться этому у него уже не было.
— Думаю, что я вряд ли могу помочь тебе советом. Я и со своей жизнью-то не разобралась. Но могу рассказать тебе одну историю. Однажды были лютые морозы, и один воробей замерз почти до смерти. И вот он упал вниз, на землю. А потом стало еще хуже — корова на него нагадила. Но дерьмо было теплое, и в нем были зерна. И вот, наш воробей отогрелся, наелся и на радостях чирикнул. Мимо проходил кот, и услышав, воробья, аккуратно очистил его от дерьма и съел. А мораль этой басни такова — не все такое, каким выглядит. Не каждый тот враг, кто на тебя нагадит, и не всякий тот друг, кто тебя от дерьма очищает. — Хлоя прикурила маленькую сигару и помахала рукой перед собой, разгоняя дым. В бар ввалилась шумная компания молодых людей, они громко смеялись и хлопали друг друга по плечам.
— Спасибо, Хло. — вяло улыбнулся Перси, смотря в свой бокал. Темно-вишневое сердце уже растаяло, а белое все еще плавало, похоронив последние надежды.
— И еще одна мораль… если тебе тепло и есть что съесть — сиди тихо и не чирикай. Так что брось. Все к лучшему. — Хлоя погладила его руку: — Все наладится. Как-нибудь.
— Ну да, конечно. Ладно, хватит об этом. У тебя-то как дела? — Перси залпом выпил бокал и заказал себе еще один.
— У меня все путем. Недавно повысили на работе, сейчас получаю в полтора раза больше. Помнишь Вес? Так вот, она ушла от своего ювелира, сейчас с каким-то военным крутит.
— А что с Инной? В последнее время я не получал от нее никаких известий. Из Школы не отпускают, даже увольнительные перестали давать.
— Инна… Твоя подружка кажется вытащила выигрышный билет. За ней стал ухлестывать какой-то тип из Бизнес-Сити, лимузин, бриллианты, все дела. Она забрала вещи и переехала к нему.
— Давно?
— Два месяца назад.
— Понятно. — Перси снова опрокинул бокал. Горечь сжала сердце, встала комком в горле. Подошедший бармен молча поставил на стол бутылку и удалился. Перси наполнил бокал снова, даже не посмотрев на этикетку. Какая разница.
— Перси, ты напьешься. — предупредила Хлоя, наблюдавшая за ним.
— Какая разница, Хло…
— Давай уж и я с тобой. Чтобы тебе не одному на полу валяться.
— Тебе же на работу надо.
— А я два дня отгула взяла. Хотела на озеро съездить отдохнуть. Что уж… — Хлоя тоже налила себе полный бокал и опрокинула в рот, закашлялась и закрыла лицо руками.
— Хло, ты что? Погоди, у меня дела неважно, но ты-то… — Перси попробовал ее остановить, но Хлоя решительно отвела его руку.
— У меня есть право, дарованное конституцией и императором Марком, и согласно этому праву я могу напиться когда хочу и где хочу! У тебя проблемы!
— Да, у меня проблемы…
— Ты не знаешь, что такое настоящие проблемы, ты маменькин сынок из Верхнего Сиденья. — отмахнулась от него рукой Хлоя, наполняя очередной бокал.
— Из Верхнего Синнея. — поправил Перси, начиная сердиться.
— Какая разница. Ты думаешь, что вся Вселенная крутится вокруг тебя и твоего дружка-миллионера. И ты думаешь, что у тебя проблемы. — упрямо повторила Хлоя.
— Хло, послушай…
— Нет, уж, наслушалась! Теперь моя очередь! Ты даже не представляешь, что такое жить без родителей, в интернате. У нас даже имен-то не было, номера идентификационные. Имена мы сами себе потом выбирали. И сестер с братьями. — Хлоя выпила, помотала головой и продолжила: — Никто о тебе не заботится и если ты загнешься на улице, это никого не будет волновать. Самый простой путь — фабрика донорских органов. Почки тебе хватит на два месяца нормальной жизни. Легкое стоит дороже. Проходит какое-то время и ты начинаешь понимать, что ты это уже не ты, а комплект дешевых заменителей. Те, кому повезло, мордашка смазливая, или с фигурой все в порядке, могут рассчитывать на месте на панели. Сутенеры берут семьдесят процентов от прибыли, конкурентки норовят плеснуть в лицо кислотой, а полиция рада поймать тебя и отыметь всем участком в седьмой камере. — зло закончила Хлоя, с размаху поставив бокал на стол.
— Почему в седьмой? — тупо спросил Перси.
— Ну, в восьмой. Или в десятой. Какая разница, где тебя трахают. — Хлоя подняла вверх сигарету и некоторое время смотрела на ее тлеющий огонек.
— Если бы ты знал Перси, если бы ты знал… а какая разница, знаешь ты или нет. Да и вообще… пошел ты Дорбан к черту. — сказала Хлоя и заплакала. Перси молча обнял ее и они некоторое время сидели так, обнявшись.
— Ладно, Хло… на, выпей.
— Пошли они все… давай сюда. Выпьем, чтобы все полицаи галактики горели в аду.
— И инструкторы. — добавил Перси, поднимая бокал.
— И инструкторы. — согласилась Хлоя.
— Ухх… из чего ее делают. Огонь…
— Дерьмо. Самое натуральное. Перси, тебе еще уччиться и уччиться. Дерьмо. — Хлоя понюхала бокал и сплюнула в пепельницу.
— Сделано из дерьма, как и все в этом дерьмовом мире.
— Эй, Хло, это меня выкинули из школы, это моя девушка ушла к какому-то хлыщу, и это я сейчас должен предаваться глубокому оттчаянию. — заплетающимся голосом сказал Перси, нацеливаясь налить себе еще.