Гора мертвецов

— Нам нужно посовещаться, — коротко бросил я.
— Совещайтесь. У вас десять минут.
Китаец ушёл.
— Максим, не стоило, — поднялся немец и положил руку мне на плечо. — Не беспокойство обо мне.
Я приложил руку к карману и только крепче сжал фотографию.
— Я понимаю тебя, но тут мы ничего не сможем поделать, — хмуро кивнул мне Ян.
Пауза. Нужно собраться с мыслями, чтобы говорить.
— Вы понимаете, что погибнете, если продолжаете играть?
Ответом были хмурые кивки.
— Тогда я предлагаю поставить на кон всё. И тогда мы или проиграем, или все умрем. Какая разница, как умирать?
— Что вы придумали, Максим? — повернулся ко мне Такаши.
— Я предлагаю сменить правила — мы попросим Лиса, чтобы один человек сыграл за всех. Если он победит — все будут жить. Если он погибнет — то погибнут и все остальные.
Пауза.
— Если все участники согласятся продолжить, то это возможно, но не более. Но скорее всего, каждый предпочтет играть за себя.
 
— Почему ты считаешь, что один человек сможет победить, играя за всех? — рывком отодвинув японца, встал рядом со мной Ян.
— У него будет то, чего не было у других — бусины заклинаний других игроков. С одной бусиной на такой площадке против неуязвимого духа проиграет любой. С четками полными заклинаний у игрока будет шанс.
В глазах людей посветлело.
— Лис не говорил, что так можно, — осторожно вставил Пьер.
— Но и не говорил, что так нельзя, — резонно возразил Лин.
— Я за, — рванул Ян, беря ещё одну сигарету и закуривая.
— Хорошо, — кивнул я. — Амар, Пьер, Лин, переговорите с остальными — нам нужно знать, кто согласится в этом участвовать. Такаши — узнай у кого какая бусина за прошлую игру. Ганс, Ян — возьмите план и прикиньте, как можно перемещаться как можно более рационально.
— Двадцать игроков решили отказаться от игры и уйти, — вернулся Лин. — Их не пугает даже то, что придется отдать часть своей жизни.
Ян молча затянулся.
— Остальные согласились участвовать в этом, — вернулся Амар. — Они согласны пожертвовать свои бусины.
— Есть ещё кое-что, — вслух сказал Пьер. — Кто будет играть?
— Я думаю, это будет Безумный Макс, — нервно ухмыльнулся спикер Майк.
Ян затянулся сигаретой.
— Я бы предпочел сыграть сам, — выдохнул он облако дыма. — В конце концов, я много лет проработал полицейским.
— Однако именно Максим понял, что делать в первой игре, и именно он спас всех во второй, — парировал Такаши.
Ян снова затянулся.
— Не обижайся Макс, но жизнь своего сына я могу доверить только самому себе, — выдохнул дым Ян.
— Мне тоже… Есть что доверить только самому себе, — ответил я.
— Я заметил, — кивнул Ян. — Вытянем жребий?
— Я согласен.
Старый Лин подошёл и подошёл и показал монету.
— Орел, — снова затянулся Ян.
— Решка, — я снова коснулся кармана с фотографией.
Старик подбросил монету и сжал в кулаке. Двадцать человек обступили его со всех сторон.
— Орел? — спросил старик. — Или решка?
Все сглотнули. Рука стала медленно раскрываться…
На ладони лежал орел. Майк сзади разочарованно вздохнул. Прости Ковбой, я бы и сам желал выиграть в этом жребий…
— Извини Макс, — пожал плечами Ян.
И зашёлся в диком кашле. Он попытался подняться, но снова зашёлся в диком кашле.
— Уважаемые господа, у вас осталось три минуты, — вежливо напомнил Иван.
— Думаю сейчас будет лучше, если игроком станет Максим, — дипломатично произнес Такаши. — Никто не против?
Я улыбнулся и прикоснулся к карману. Дождись меня милая. Я сыграю в эту игру и пройду её.
— Мы собрали для тебя чётки — Такаши протянул мне связку бусин-заклинаний. — Всего здесь сто бусин, вместе с твоей. Они различаются цветами и символами, поэтому ты сможешь различать их довольно быстро. Вот эти четыре — телепорт на три метра. С его помощью ты сможешь быстро перемещаться на близкие расстояния и проходить сквозь стены. Вот эти пять — остановка кровотечения. Вот эти четыре — заживление ран. Эти шесть — невидимость. Следующие семь — увеличение координации и ловкости. Три вот этих — обострение восприятия. Эти две — ходьба по стенам…
— Ваше время вышло, — вежливо прервал подойдя к нам Иван.
— Мы закончили совещание, — повернулся я к нему. — И выбрали игрока. И ещё — мы хотим повысить ставки. Можем ли мы говорить об этом с Хули-Цзином?
Мертвец подумал немного и кивнул, затем достал сотовый телефон, набрал номер и заговорил со своим хозяином, протянул телефон мне.
— Говори, человек, — раздался в ухе знакомый голос полный надменности.
— Идущие на смерть приветствуют тебя Хули-Цзин. Мы хотим увеличить ставки, — облизал я пересохшие губы. — Играю я, но за всех. Если я побеждаю — все считаются победителями. Если я погибаю — все умирают. Решим всё быстро.
На секунду трубка замолкла, а затем в ней раздался хохот.
— Это было даже ешё более шикарно, чем тот момент, когда ты застрелил мою слугу, — отсмеялся Лис. — Да будет так, я согласен. Твои друзья даже смогут наблюдать за тобой.
Я повернулся к псевдо-Ивану.
— Ты слышал?
Тот кивнул.
— Тогда я начинаю игру.
Развернувшись я зашагал в сторону домика. Пустой подъезд на несколько квартир. И какая же мне нужна? Вот эта — с четвёркой, символом смерти, и мордой оскалившейся лисы. Я открыл дверь и сразу попал в прихожую. Дверь сама закрылась, и щелкнула замком отрезая путь к отступлению. Против воли я сглотнул.
Время пока есть. Пока я не начал игру, я могу осмотреть помещение. Я обошёл все комнаты и заглянул в ванную. Всё было как на плане, но вот мест, где можно спрятаться оказалось очень много. Что ж, теперь немного подготовимся.
Не торопясь брать куклу, я зашёл на кухню и набрал целую кастрюлю воды. После чего набрал солёную воду, и разлил по стаканам. Теперь их нужно расставить по комнатам. Если лис ждёт от меня, что я буду бегать, и прятаться из оружия имея только рот полный воды, то он ошибается. В каждой комнате я подготовлю для себя оружие. Отдельную склянку возьму с собой… Больше на кухне не нашлось ничего полезного. Ну что же, начинаем игру.
Сердце забилось учащённо. На ватных ногах я прошёл в детскую и взял большую пластмассовую куклу в виде ребёнка. Теперь будут нужны нитки, нож, рис, и вода. Руки дрожали, когда я засыпал в игрушку рис. Игрушка смотрела на меня пустыми пластмассовыми глазами. Теперь волос и нитки… Игра ещё не началась, а уже страшно до дрожжи. Руки похолодели и дрожат. По виску скатилась пара капель пота… Всё, готово… Я дотащил игрушку до ванной комнаты, посмотрел на неё и сказал: