Летний лагерь свингеров (ЛП)
Я также винил себя. Я никогда не обращал столько внимания на Джину, сколько должен был. Хуже того, я проглядел многие знаки из-за невежества, озабоченности или явной глупости. По-своему она просила о помощи, но я ее не оказал. Я был слишком поглощен собственной жизнью и собственными проблемами, и я не видел того, что было прямо передо мной все это время.
Впрочем, Джину я тоже винил. Она явно лгала мне все это время. Она использовала эвфемизмы типа «освежить макияж» или «припудрить нос». Я рассмеялся над двойным смыслом последней фразы – двойным смыслом, который я не понимал, пока она не ударила меня по лицу. «Свежесрезанные цветы», объяснила она, шморгая.
Ложь, ложь и еще раз ложь.
В конце концов, больше всего я винил Риган и Рода. Я был уверен, что Риган дала Джине кокаин, а Род был ее основным источником. На мгновение я подумал о том, чтобы позвонить в полицию и заявить на него за торговлю наркотиками, но я был цинично убежден, что деньги и связи его семьи не позволят ему попасть в тюрьму.
(Как оказалось, я был прав. Через месяц после моей односторонней драки Рода остановили за превышение скорости. Офицер заметил, что он украдкой поглядывает на свой «Порше». У него возникли подозрения, полицейский обыскал машину и обнаружил почти два килограмма кокаина. Род был немедленно арестован. Появились также доказательства того, что он был одним из главных его поставщиков для греков. Его дорогостоящий адвокат в конце концов снял все обвинения из-за «отсутствия доказательств», что было фарсом. Вскоре после этого Род переехал в Майами – сбежал, как трусливая дворняжка, чтобы закончить колледж. Я хотел бы сказать, что он попал в беду из-за своей наркоторговли или из-за своей самонадеянной личности, но на самом деле он стал успешным инвестиционным банкиром и живет на Бермудах. Ка несправедлив этот мир, да? Он еще женат на жене номер пять, но я отвлекся...)
Я вспомнил предыдущие месяцы, анализируя каждую мелочь моей жизни с Джиной. Первый раз, когда я был уверен, что она употребляла кокаин, была поездка в секс-шоп с Риган. Другой – день рождения Риган в доме Рода. Еще несколько раз быстро приходили на ум, как только я начинал складывать подсказки вместе.
Наконец, я подумал о том, как расстался с ней. Она заслуживала лучшего, и мысль о жизни без нее оставила узел в моем животе. Но я решил вернуться к ней, только если она перестанет употреблять кокаин. И если она бросит женское общество, конечно же. Кокаин был лишь симптомом проблемы: Риган и Род — были самой большой проблемой.
Со своей стороны, мне придется смириться с чувством вины за Фелицию, но я также чувствовал, как будто с моих плеч свалился груз. В мыслях я отождествлял Фелицию с Родом, и поскольку мы с Джиной оба заблудились, ни у кого из нас не было моральных оснований.
Несмотря на ее отрицания, я был убежден, что она трахалась с Родом в Вермонте. Я знал, как она возбуждается, когда сидит на кокаине – по собственному опыту, и не мог представить, чтобы она сдерживалась. Так что, если я смогу простить ее за Рода, она сможет простить меня за Фелицию.
Я также поклялся вернуть Кендалл и Джину вместе. Если я хочу, чтобы мои трехсторонние отношения работали, мне нужно что-то с этим делать. Кендалл казалась более непреклонной, чем Джина, но ее упрямство было более тонким и ему трудно противостоять. Несмотря на это, я знал, что мне придется иметь дело с этим после того, как я вернусь вместе с Джиной.
Я не знал, как сложатся детали, но у меня был общий план. С этой мыслью я в конце концов заснул.
Реальность вторглась в мои планы пару дней спустя. Я выздоровел до такой степени, что мог передвигаться самостоятельно, хотя мои ребра все еще болели каждый раз, когда я резко двигался. После недолгих уговоров Кендалл позволила мне вернуться в спальню.
Когда я вернулся, мои приятели и друзья с другого конца зала устроили импровизированную вечеринку. Я оценил.
Позже я позвонил Джине. Она спросила, как у меня дела, и извинилась за то, что не проводила со мной больше времени. Хотя она казалась немного отстраненной.
— У меня такое чувство, что Кендалл не хочет видеть меня в своей квартире. — сказала она. — И потом, после той ночи... —
— Да. — сказал я тяжело. — это то, о чем мы должны поговорить. Нам также нужно поговорить о наших отношениях. —
Тишина.
— Алло? —
— Я слышала. — холодно сказала она.
— Ну? —
— Я так и думала... Я имею в виду, я думала, что мы... ну... — Она со вздохом замолчала. — Да, думаю, все будет не так просто, как я надеялась. —
— Право. Так что нам надо поговорить. — сказал я. — Ну... ты не против подойти сюда? —
— Окей. Встретимся в вестибюле через полчаса. —
— Полчаса? Почему так долго? —
— Мне нужно позвонить Риган и… —
— Риган? — Сказал я похолодевшим голосом. — Какое она имеет к этому отношение? —
— Мне нужно позвонить ей и сказать, что я не смогу заниматься с ней сегодня вечером. — холодно ответила Джина.
Когда я проводил Джину в свою комнату, Билли собрал свои вещи.
— Привет, Джина. — сказал он. Потом уже мне: — Я иду в театр работать на съемочной площадке. И я, вероятно, проведу всю ночь, работая с Джейми. Тебе что-нибудь нужно, прежде чем я уйду? —
— Я в порядке, Билли. Спасибо. —
Он улыбнулся и кивнул Джине на прощание.
Я осторожно сел на кровать и пригласительном жесте указал на место рядом со мной.
После минутного колебания Джина резко села.
Глава 702
Я извинился за свое поведение в отеле. Я объяснил, что был пьян, зол и шокирован кокаином. Я также извинился за то, что сделал с Риган. Я не стал сразу употреблять слово «изнасилование» (я был слишком напуган, чтобы признаться в этом кому-либо, кроме себя), но я не объяснил оправдания своим действиям – у меня его не было.
Потом я сказал Джине, как сильно люблю ее и как хочу, чтобы наши отношения работали. Я прокручивал эту речь в голове дюжину раз и хотел найти правильный баланс между самобичеванием и оптимизмом.
— Но ты должна внести свой вклад, если мы хотим, чтобы наши отношения сработали. — сказал я наконец. — Во-первых, тебе не следует употреблять кокаин. Ты же знаешь, что это не так. И тебе не следует общаться с людьми, которые это делают. Прости, но, если ты хочешь снова быть со мной вместе, тебе придется бросить кокаин. А это значит, что тебе нужно перестать болтаться с Риган. Возможно, тебе даже придется уйти из женского общества. —
Я закончил с хорошо отрепетированный Примечание доверия: — Я люблю тебя, и я готов сделать все, что потребуется, чтобы вернуть тебя, и отлучить от наркотиков. —
Она презрительно фыркнула. — Что ж, я рада, что ты позволил мне принести все эти жертвы. — пробормотала она.
— Я знаю, что это будет нелегко. — сказал я, немного смущенный. — Но мы можем это сделать. Вместе. —
—Нет. — сказала она. Затем она посмотрела на меня, а ее темные глаза были полны печали. — Ты просто не понимаешь, да? —
Я почувствовал, как мои брови нахмурились. — Я сказал, что мы можем снова быть вместе, если... —
— Я знаю, что ты сказал, Пол. Я не глухая. И я не дура. — Она глубоко вздохнула и потерла руки о джинсы, словно пытаясь успокоиться. — Ты не понимаешь. Я не хочу снова быть вместе. — Затем она вызывающе встала и отошла на несколько футов. — И кем ты себя возомнил, говоря так, будто принимаешь меня обратно? Я просила тебя уйти, Пол, а не наоборот. —
— Знаю. — ответил я, пребывая в блаженном неведении. Оглядываясь назад, я понимаю, что даже не слушал ее: моя речь все еще крутилась в моей голове, включая ее воображаемые ответы.
Она встретилась со мной взглядом. — Я думала, мы могли бы быть взрослыми. Я думала, что мы можем оставить все как есть: я попросила тебя уйти, а ты сказал, что никогда не вернешься. Почему все не может быть так просто? —
— Все так просто...? —
— Насколько эгоцентричным ты можешь быть? Ты не понимаешь, да? —