Сын тысячелетнего монстра

Электричество, электричество и ещё раз электричество. После семи лет в Мейсе какое-то безумие видеть столько всего светящегося и яркого. Возле небоскрёбов делового района, действительно, летало очень много машин, а вот внизу было довольно пусто, и мы быстро проскочили. Внизу даже было как-то слишком темновато и мрачно, по сравнению с остальным городом, чуть ли не трущобно.
— Считается, что внизу небоскрёбов делового района самые плохие места, поэтому тут так грязно. Некоторые даже брезгуют тут ездить, но так быстрее всего.
Проехав деловой квартал, вернулись яркие вывески и более низкие здания. Небоскребы в Генезисе концентрировались в двух местах: большим скоплением они стояли в деловом квартале на одной части реки и малым скоплением на другой, там, где обитало больше кланов.
Кажется, я даже забыл, что бывают столь большие города… На самой обычной улице пешеходов здесь в десять раз больше, чем людей во всём Мейсе. Нужный магазин находился среди десятки других магазинов развлекательной тематики. Шок от первого знакомства с Генезисом потихоньку проходил, и на смену приходило приятное чувство ностальгии по старому миру. Электричество, интернет, динамичность большого города — всё это было очень мне по душе, хотя всё было как-то слегка не так.
Мы проехали мимо пятиметрового здоровенного мужика и лисоподобной женщины.
Ах да, таких вот существ в старом мире не было.
Мы зашли с Бернардом в магазин, и первые несколько секунд я стоял и смотрел на всё, как полоумный. Чёрт возьми, я выбрался из Мейса и покупаю гитару! Странно, но это осознание пришло ко мне, только когда я оказался в салоне. Два больших зала, полностью заполненных гитарами. В первом была акустика, а во втором электрика, искушать себя я не стал и сразу направился в первый зал.
— Юноша, вам что-то подсказать, — спросил подошедший ко мне консультант. В его голосе чувствовалась некоторая осторожность, возможно, из-за моего дорожного, слегка грязного плаща. Но рядом со мной был Бернар с протекторатом, одетый в деловой костюм, и потому вопросов у другого делового костюма насчёт моей платежеспособности не возникало. Магазин был довольно элитным, без Бернарда меня легко могли признать за оборванца и выгнать. — Интересует акустика? Давно играете или только начинаете?
Вопрос одновременно сложный и одновременно лёгкий. По своим ощущениям я помнил, как играть на гитаре, но некоторый навык всё же пропал. Вдобавок, конструкция гитары здесь слегка иная, к этому тоже надо будет привыкать.
— Я возьму попробовать? — сказал я, показывая на гитару из светлого дерева. — Она настроена?
— Это очень дорогая гитара, и администратор не разрешает доставать её лишний раз, — запротестовал консультант, сильно жестикулируя.
— Мне без разницы на цену, и не беспокойтесь, я её не сломаю.
Эта гитара была сродни первой любви, и я уже знал что выберу её. Но прежде хотелось к ней прикоснуться и услышать её голос.
— Юноша, стойте, я же говорю — это невероятно дорогая гитара.
— Я её куплю, — безапелляционно ответил я и взял гитару в руку.
Легкое прикосновение по струнам. Да-а, у этой гитары действительно приятный голос. Я зажимал аккорды проверяя, как звучат струны… Как же долго я не ощущал этого приятного чувства… Пару минут и я уже играл простенькую мелодию.
— Молодой человек, прекратите! — громко сказал возникший передо мной деловой костюм. Это был тот самый администратор, которым грозил мне консультант. — Данная гитара не предназначена для пробной игры, пожалуйста, верните её на место.
— Эта гитара нечто… Она действительно не предназначена для пробной игры, а только для хорошей руки профессионального музыканта. Сколько она стоит?
— Тридцать шесть тысяч Хё или же миллион девятьсот коинов, — сказал администратор, выразительно проговаривая каждое слово.
— Хорошо, я беру.
Администратор удивился, но сразу же на пару с консультантом заулыбался.
— Замечательно, какой расчёт предпочитаете?
— В Хё.
— Понял, сейчас упакуем гитару в чехол, проходите на кассу.
Всё решается легко, когда у тебя есть деньги.
Кассиром была очаровательная девушка, и это был первый раз в жизни, когда я разговаривал с человеком без Права. Я дал ей сорок тысяч Хё, и она жестами спрашивала, есть ли у меня купюры без сдачи, или же я готов принять сдачу в коинах — как через минуту мучений вежливо пояснил мне Бернард. Меньше пятитысячных у меня не было, и я взял сдачу в коинах созвездия Гидры. Четыре тысячи Хё в переводе на коины были двумястами десятью тысячами. Приличная пачка, только вот принимали коины, в отличие от Хё, не везде.
Мне вручили гитару, упакованную в черный кожаный чехол, с тремя элегантными защёлками по бокам, и ручкой, как на деловом кейсе. Бернард без всяких вопросов взял ношу на себя. Такие траты не входили в мои планы, но уж больно мне понравилась эта гитара.
Перед уходом из магазина произошла слегка неприятная сцена — покупатель оказался недоволен ценой и стал нагло торговаться, ругаясь с консультантом. Не знаю почему, но я не люблю тех, кто излишне торгуется. Попросить скидку это одно, но когда человек хочет, чтобы ему отдали вещь даром — это ужасно бесит.
Мой «гнев», не шаливший уже полгода, решил свалить на голову наглого покупателя одну из гитар.
А я уже начал забывать про эту способность, которая, как я недавно узнал от Яна, один из признаков сильного ведьмака… Я вышел из магазина, делая вид, что ни к чему не причастен. Надо научиться контролировать «гнев», а иначе могут раскрыть, что я инвакен. Надеюсь, в книге Киары будет информация по «гневу», хотя, что это за книга ведьмаков, если там не описана их основополагающая особенность. Хм-м, кажется, за всё время пребывания в Зоне мой «гнев» ни разу не давал о себе знать, а тут сразу же проявился…
Бернард ничего не сказал по поводу данного инцидента, и всю оставшуюся дорогу я гадал, знает ли он о том, что я инвакен. Клановые слуги — эталон верности, так что волноваться, скорее всего, не о чем — даже если он знает, то унесет такую тайну в могилу.
Моя квартира была на девятом этаже пятнадцатиэтажного дома, что довольно высоко для кланового квартала. Хоть мой дом к клановому кварталу и не принадлежал в чистом виде, но всё же был к нему очень близок. Так сказать на границе — коренным столичным аристократом не подойдёт, а вот приезжим самое то. Окна выходили на реку и на небоскребы офисной части Генезиса. Красивый вид, вдохновляющий. Сама квартира состояла из средних размеров кухни и одной достаточно просторной комнаты. Ремонт и мебель настоящий хайтек — всё чистенькое, блестящее, изящное и лаконичное. Идеальные сочетания чёрного и белого, пожалуй, это действительно тянет на десять тысяч Хё в месяц.
— В вашем шкафу два комплекта школьной формы, и немного другой повседневной одежды на первое время. Сумка сложена в соответствие с завтрашним расписанием, в холодильнике еда на несколько дней.