Нажми на «Play»

– Да. Это просто застало меня врасплох.
Во всяком случае, я была смущена.
– Пойдем. – Он прижал меня к себе, а люди вокруг нас снова начали галдеть и наседать. Какой-то парень пытался всучить Мэлу свой номер телефона. Мэл проигнорировал его, продвигая нас через толпу в основном силой. Кто-то закричал прямо мне в лицо, мое сердце бешено заколотилось, и я облилась холодным потом. Эти люди совсем чокнутые, независимо от того, состоятельны они или нет. Что бы произошло, если бы его узнали в забегаловке быстрого питания?
Мы выбежали из ресторана, позади нас раздавались крики. Нейл усадил Лори в лимузин, и мы быстро последовали за ним. Водитель пытался закрыть дверь, никого не покалечив, а по стеклам колотили руки. Минуту спустя лимузин влился в поток машин, и я снова смогла дышать. Мы были уже в пути.
Все молчали, и тишина убивала меня. Даже Лори смогла лишь слабо улыбнуться, очевидно, выдохшись, как и предсказывал Нейл. В спешке, чтобы попасть внутрь, Мэл не сел рядом со мной. Жаль. Мне бы не помешало немного подержаться за руку.
– Это было захватывающе, – сказала я.
– В основном они довольствуются тем, что просто смотрят. Но время от времени увлекаются, – сказала Лори. – Пусть это тебя не пугает, Энн.
Больше никто не произнес ни слова.
Когда мы добрались до отеля, она, прежде чем выйти из лимузина, поцеловала меня в щеку. После ужина настроение не изменилось. Я уставилась на Мэла, желая, чтобы он посмотрел на меня. У него не было времени побриться, и намек на бородку обрамлял его подбородок и рот. От желания поцеловать его, преодолеть расстояние между нами у меня учащенно забилось сердце.
– Ты в порядке? – спросила я.
– Да. А ты? – спросил он, откидываясь на спинку сиденья напротив меня. Он был воплощением хладнокровия, спокойствия и отстраненности. – Извини за сцену в ресторане.
– Все нормально. Ничего страшного.
Он потер руками лицо.
– Такое случается.
– Еда была замечательной. Спасибо, что пригласил меня.
– Мм.
– У тебя прекрасные родители. Мне действительно нравится твоя мама.
– Отлично.
– Твой отец тоже очень милый.
Он кивнул, уставившись в пространство.
– Нет, серьезно, Мэл. Что случилось? – выпалила я.
Нам нужно вернуться домой и снова принять ванну. Там все было куда лучше.
– Ничего.
Отстойный разговор. Где-то в процессе все полетело к чертям, и я понятия не имела, как это исправить. Мне не хватало навыков.
Мне так сильно хотелось подойти и сесть рядом с ним, но что-то меня удерживало. По какой-то причине я не была уверена, что меня ждет радушный прием. Сегодняшняя ночь должна была стать той самой ночью – кожа к коже, горячий секс и все такое. Теперь я уже не была так в этом уверена. И дело не в том, хотела я его или нет, потому что я хотела. Мое желание сделало меня безрассудной. Но мне хотелось, чтобы это было взаимно.
Снаружи пошел дождь.
– Поеду немного поиграю на барабанах, – сказал он. – Но сперва подброшу тебя до квартиры.
– Сегодня вечером будет репетиция?
Его улыбка даже близко не касалась глаз.
– Нет. Просто хочу поиграть на барабанах.
– Ты не хочешь ехать со мной домой?
Я спросила, и он понял, о чем я говорю; должен был понять.
Мэл пожал плечами.
О, нет. Только не это. Он не просто отмахнулся от того, чтобы мы наконец-то занялись сексом. Это был не тот случай, когда раздвоение чувств можно считать чем-то крутым в любом смысле, форме или выражении. Лимузин влился в ночной поток машин, без сомнения, ожидая уведомления о нашем пункте назначения.
Мэл вытащил сотовый и принялся что-то в нем листать. Я скрестила руки на груди. Хорошо, пусть делает, что хочет. Снаружи мимо нас во всей своей красе проплывал центр Портленда. Свет падал на деревья в одном из маленьких парков. Было сыро, и все вокруг блестело. Крошечные ручейки стекали по стеклам машины, заслоняя обзор.
К черту все; если он действительно хочет поехать играть на барабанах, пусть едет. Очевидно, он был не в настроении для компании. Я открыла рот, чтобы согласиться с этим планом, но ничего не сказала. Не смогла. Сказать по правде, я могла бы повести себя как упрямая сука, но это побуждение мне не очень нравилось. Будет лучше, если я немного побуду одна.
– Можешь попросить его остановиться? – Я откинула с лица морковную прядь. – Нет нужды менять маршрут. Я сама доберусь до дома. Встретимся позже.
Его глаза сузились.
– Я не высажу тебя на углу улицы под дождем, Энн. Я отвезу тебя домой.
– Ладно. Спасибо.
Он открыл рот и снова закрыл его.
– Что?
Он ничего не ответил.
Уклоняется от разговора. Это мне хорошо знакомо. Я не могу продолжать требовать, чтобы он поделился со мной, в то время как у меня нет намерения рассказывать ему всю свою печальную историю. Никому не нужно это слышать.
И все же мы достойны лучшего. Или должны быть достойны.
– К черту, – пробормотала я.
– Что ты сказала?
– К черту. Это.
Он склонил голову набок.
– Безопасность в движущихся транспортных средствах сильно переоценивают.
– Что…
Я пересела на сиденье рядом с ним. Затем пошла дальше, забравшись к нему на колени и оседлав его. Он моргнул, его руки замерли над моими бедрами, как будто он не знал, куда их положить. Его сотовый упал в сторону, явно позабытый. Слава богу, я надела юбку. Короткую и скроенную из эластичного материала, пригодного для многих случаев, и особенно – для этого.
– Энн.
– Мэл.
– Что ты делаешь?
– Вечер так не закончится, – совершенно спокойно сказала я. – Я этого не допущу.
Он посмотрел на меня так, словно я заговорила на непонятном языке. Что на самом деле было отличным предположением, учитывая, что я понятия не имела, в чем проблема.
Я скользнула руками по тыльной стороне его шеи. Теперь я поняла, почему он всегда так делал, кожа там была такой мягкой и теплой. Честно говоря, я понятия не имела, что говорить; лучше уж целовать его, чем снова ляпнуть что-то не то. Я коснулась губами его губ, пухлых и совершенных. Быстрый вдох отразился музыкой у меня в ушах. Будь у меня хоть полшанса, я могла бы всю ночь отдавать дань уважения его губам. Ох уж эти порочные губы. Ни один другой мужчина не был настолько создан для поцелуев.
– Терпеть не могу, когда ты грустишь.
Мы смотрели друг на друга, наши лица были так близко. Что бы с ним ни происходило, что бы ни причиняло ему боль, пусть здесь и сейчас все это держится подальше. Мы с Мэлом заслужили этот миг. Он просто забыл об этом где-то по дороге, отвлекся. К счастью для него, я не забыла.