Репит

— Клем. — Его голос хриплый со сна. — Ты что задумала?
— Ничего.
— Ммм… Не верю.
По совету статей из интернета, я начинаю с того, что увлажняю головку члена языком. Это должно походить на облизывание мороженного. Я не совсем понимаю взаимосвязь, поскольку член не похож на мороженое: у него вкус мускуса и пота. Это уникально, хотя и не неприятно. Лобковые волосы жесткие, а яички мягкие в моей руке. Во всех статьях рекомендовалось «поиграть ими», и, судя по довольным звукам Эда, они были правы. Я крепко сжимаю член одной рукой, а другой массирую яйца. Иногда скольжу пальцем назад, чтобы потереть местечко прямо за ними. По-видимому, это важно и усиливает чувствительность.
Честно говоря, минет — это не так сложно, как представляли некоторые статьи. Я почти уверена, что мужчины в целом просто счастливы, когда уделяют внимание их члену. И это справедливо, ведь когда Эд уделяет внимание моей вагине — это просто чудо.
Я беру половину члена глубоко в рот, сжимаю губами, опускаю и поднимаю голову.
Эд стонет.
Я обхватываю губами головку и перемежаю удары языком с посасыванием.
Эд сгребает мои волосы в кулак.
Ха! Сейчас он не относится ко мне, как к хрустальной вазе. Он может контролировать себя, когда все в его руках, но сейчас-то я тут главная.
Член набухает и уже не помещается полностью в рот. Но все хорошо. Я лижу его, сосу и глажу. Это не столько наука, сколько здравый смысл. Я слежу, как Эд реагирует, и делаю, что ему больше нравится.
Стоны Эда становятся громче, мышцы живота напрягаются. Я думаю, что он вот-вот кончит, но тут все резко меняется. Внезапно я оказываюсь лежащей на спине, а Эд нависает надо мной. Он энергично гладит член, теплая сперма разливается по моему голому животу. Эд утыкается лицом в мою шею и кусает. Теперь у меня будет по отметине с каждой стороны. Но самое главное, что я справилась. Я бы дала себе пять, но это будет выглядеть странно.
— Детка. — Эд счастливо вздыхает. — Чертовски приятное пробуждение.
— Будильник — это так банально.
— Я предпочту твой рот в любое утро.
Эд приподнимается и целует меня. Не легко или сдержанно, а медленно глубоко — к черту утреннее дыхание! — и между тем размазывает сперму по моему животу, будто это холст. Похоже, он нарисовал смайлик.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, с улыбкой глядя вниз.
— Помечаю то, что принадлежит мне.
— Понятно.
Вдруг Эд хмурится.
— Я снова укусил тебя.
Я вздыхаю.
— Перестань сдерживать себя, как прошлым вечером. Кроме того, мне нравится, когда ты немного дикий.
Он качает головой.
— Как я и говорил: ты всегда добиваешься своего.
— Но если мы оба выигрываем, разве это так плохо? — Я улыбаюсь. — Теперь у меня симметрия: по любовному укусу с каждой стороны.
Эд улыбается, но кратко.
— Я не слишком резко перевернул тебя? Голова в порядке?
— В полном.
— Ладно, ладно, — стонет он. — Постараюсь не волноваться так сильно.
— Спасибо.
— Спасибо тебе. Это был отличный минет.
— Не за что. Хотя я немного увлеклась и забыла кое-что. Например, обвести головку кончиком языка…
— Можешь приберечь это для следующего раза, — усмехается Эд. — Похоже ты провела исследование.
— Верно, и у меня вопрос: тебе не нравится, когда я глотаю?
Эд пожимает плечом.
— Нравится, но сейчас мне захотелось кончить на тебя.
— Хм. Ладно.
Эд целует меня, подхватывает с пола свою футболку — вчера мы торопились поскорее оказаться в постели — и вытирает мой живот.
Я встаю на ноги, потягиваюсь и немного стону, а Эд тем временем снимает с кровати простыню и начинает заворачивать меня в нее.
— Мне вроде как нужны руки, — протестую я.
— Это просто для того, чтобы отвести тебя в душ так, чтобы мой брат не увидел ничего интересного.
— Ты же понимаешь, что он притворяется, что флиртует со мной, чтобы досадить тебе?
Эд ворчит, подталкивая меня к двери.
Он спеленал меня так, что я едва могу ходить, а сам щеголяет голышом.
Пока идем по коридору, из кухни доносится женское хихиканье.
— Похоже, Шеннон ночевала у Лейфа, — говорю я, когда мы оказываемся в ванной.
Эд снова ворчит. Минет или нет, но он точно не жаворонок.
— А ты разгуливаешь с голой задницей, — продолжаю я. — Надеюсь, она ничего не видела.
Он включает воду и проверяет температуру рукой.
— Шеннон не интересно смотреть на мою задницу.
— Не знаю. Это очень привлекательная задница.
— Ты забавная. — Хорошо, что он так думает. Я отбрасываю простыню и шагаю за ним в душевую. — Повернись. Я вымою тебе волосы.
— Спасибо. — У Эда просто волшебные пальцы.
— Клем, ты ведь на самом деле не переживаешь, правда?
— Переживаю?
— Насчет Шеннон. — Голос у Эда слегка напряжен. Я понимаю, почему он нервничает. В прошлый раз моя ревность привела нас к катастрофе. Поэтому я не тороплюсь и серьезно обдумываю этот вопрос.
— Нет. Если бы Шеннон действительно тебя интересовала, ты бы сначала расстался со мной, и только потом подкатил к ней. А если бы она была заинтересована в тебе, несмотря на то, что, по-видимому, трахается с твоим братом, я бы надрала ей задницу, применив пару приемов самообороны.
— Разве самооборона придумана не для того, чтобы защищаться?
— Лучшая защита — это нападение.
— Но твоя вера в меня смиряет. Запрокинь голову назад.
— Ты насмехаешься надо мной? — Я вытираю пену с глаз.
— Конечно, нет.
Он точно подтрунивал.
— Я просто имею в виду… Если бы тебе нравился кто-то другой, ты бы мне сказал, верно?
— Да, детка, я бы тебе сказал. Но мне никто не нравится, кроме тебя, хорошо?
— Ладно. Поняла.
Эд наносит на мои волосы кондиционер и слегка массирует.
Так чертовски хорошо. Может, мне снова отрастить волосы? Эду нужно будет больше времени, чтобы их вымыть, а значит я получу больше удовольствия. Прекрасная идея. Возьму на заметку.
— Значит, ты не ревнуешь? — уточняет Эд.
Я все еще слышу отголоски неуверенности в его голосе.
— Я хочу быть единственной, кто видит твою славную голую задницу. Если это ревность, то, наверное, я немного ревную. Но если подумать, это не лучше и не хуже того, что ты мумифицируешь меня простыней, чтобы Лейф не увидел немного кожи.