Бета-тест

Я поспешно задрал голову. Мы находились в сплошной шахте, простирающейся до самого верха башни. Сказать точнее я затруднялся. Не каждый день попадаешь в двухсотметровую вертикальную трубу.
Когда платформа миновала первый этаж, я успел заметить движение там, откуда мы только что отъехали.
– Стой, зараза! – прокричал кто-то снизу. – Стой…
Голос отсекся как ножом, когда мы переместились на уровень выше.
Бурелом ходил по платформе кругами, предчувствуя новую схватку. Второй этаж был похож на первый, хотя у меня уже имелись сомнения, что внутренняя архитектура башни в точности коррелирует с настоящей. Лишь был уверен в правильности внешних размеров. Внутри же каждый этаж был сплошной комнатой с горизонтальными перегородками. Уровни не отличались друг от друга, словно мы попали в закольцованную пространственную петлю.
– Вот они, – взволнованно сообщил Ленобра, обхватив руками свой мешок. – Помогите, и я буду вам признателен!
У меня закралось подозрение, что неспроста нам не посулили награды. Конечно, Мария тоже не предлагала, однако там ситуация оказалась несколько иная. Хотя рановато я принялся анализировать третью фазу инста. Мы медленно, но верно едем вверх, куда нам и нужно, – вот пусть так и остается как можно дольше.
Из ниоткуда прозвучал выстрел, и Бурелом взвыл, закружившись на месте. Шанталь опередила нас – оказалась рядом с танком, схватила его за портупею, придержала на месте. Дунула на свою ладонь, рассыпая на рану медведя некое подобие серебрянки.
– По нам стреляют, – сообщил Меркуцио, вздергивая автомат.
Из-за колонны показалось сразу несколько врагов. Меркуцио, Джек и я рассредоточились по платформе, удерживая по трети круга. Новые выстрелы укрывшихся врагов прозвучали залпом, и я почувствовал, как меня словно боднул лось. Бронежилет хотя бы отработал свою тяжесть, но на душе легче не стало. Только не в живот, не снова!
Хотя нет. Уж лучше в жилет, чем в голову.
Когда Меркуцио разнес выстрелами ближайшую колонну, стараясь поразить укрывшихся за ней врагов, платформа снова вознеслась на этаж выше. Затем еще.
Я вопросительно посмотрел на Ленобра, застывшего с извиняющейся улыбкой.
– Это один враг или разные? – спросил я.
– У моей собственности враги будут всегда, – сообщил он. – Таков мой крест.
Ох, не о крестах тебе говорить, приятель. Не доверял я нашему знакомому. Что еще хуже – его имя не наводило меня ровным счетом ни на какую аналогию. Первые две фазы подземелья относились к историческим местам Сити, пусть я и сомневался в правдивости сценариев. А что за Ленобра такой – не знал совершенно. Что-то похожее в голове крутилось, но уловить аналогию я никак не мог. Может, слоги переставить или буквы…
С шестого этажа на платформу запрыгнуло несколько нападающих, одетых как бандиты всех времен и народов: закрытые повязками лица, нахлобученные шапки, рубашки навыпуск и мешковатые штаны с невзрачными поношенными ботинками. Несмотря на то что они оказались безоружны, я бы не сел с ними выпить пива. Джек и Меркуцио скосили их без проблем. Стример так и вовсе уважительно осмотрел автомат. Видимо, на этой фазе оружие работало как надо. Значит, сюрпризов следовало ожидать от чего-нибудь другого.
Вспомнив о своих обязанностях, Бурелом то носился по платформе от края к краю, то крутился возле мешка в центре. Глянув туда, я едва не вскрикнул от удивления: Ленобра выглядел лет на пять старше и на столько же килограммов тяжелее, чем прежде. Мешок между тем оказался развязан, хотя я все еще не мог заглянуть и узнать, что внутри.
– Что ты везешь наверх? – спросил я без особой надежды.
Ленобра посмотрел на меня и ответил:
– Эволюцию.
Новые противники – на этот раз многочисленнее и с ножами. Причем они умели их метать. Снова первый удар получил Бурелом. Зато медведь уже оказался морально готов – проявив невиданную скорость, он схватил клинок зубами и отшвырнул его прочь.
Новый этаж.
Противники уже выглядели чуть посовременнее, да и больше походили на людей с улицы, чем на гангстеров. Я не разбирался особо в материалах одежды, тем не менее отличить фасон будничного пешехода от не менее шаблонного проходимца все еще могу. Особенно если визуально он относится к началу двадцатого столетия.
И все же у них были огнестрелы. Старинные, массивные пистолеты, с которыми не отказался бы попозировать ни один русский поэт. И из этих пистолетов стреляли в нас.
– Вначале они хотели выкрасть патент, – заговорил Ленобра. – Слали шпионов, подкладывали девок, даже устроили пожар. Затем начали угрожать. Я и сейчас весь в шрамах. Смотрите!
Он задрал рукав рубашки, продемонстрировав свежий ножевой порез на предплечье, который на глазах потускнел до застарелого. Поменялся и его обладатель – Ленобра несколько потучнел, осунулся. В его глазах засверкали недобрые огоньки. Изменилась и одежда – теперь было трудно заподозрить, что этот человек когда-то работал руками. Потому что в материализовавшемся сюртуке особо не поработаешь, как и в белоснежной сорочке. Данный молодой, хотя уже и не очень, человек в подобном виде мог отправиться разве что на дуэль на заднем дворе бала. И победить в ней – через мошенничество и грязные приемы.
– Айй! – скривился Меркуцио, сжимая шею.
– Попали? – Шанталь сдернула с запястья косметический пластырь, налепила стримеру на рану. – Не высовывайся!
– Здесь негде спрятаться! – Меркуцио отстранился настолько резко, что едва не оттолкнул девушку. – Медведь, ты чего тормозишь?
– Я не торможу, – со злостью проскрежетал Бурелом, на чьем теле виднелось не менее пятнадцати поверхностных ранений. – Мне что, с лифта спрыгнуть и по этажам скакать?
– Нет! – в унисон сказали Джек и Шанталь.
Что посоветовать Бурелому, я и в самом деле не знал. Игромех всегда был жесток к танкам, если я верно понял их роль, и даже Версиана не оказалась исключением. Наш медведь притягивал к себе пули, как магнит. Шанталь вертелась подле него, орудуя ножницами, спреями и расческами с завидной быстротой. Если раньше ее действия мне и казались немного забавными, то теперь точно нет. Не задумывался раньше, до чего кропотлива работа визажиста и сколько она требует концентрации, точности мельчайших движений. По сути Шанталь проводила сейчас сложную полевую операцию. Под пулями, которые убивали по-настоящему. Если за такое не надо давать так нужный ей сертификат – то не знаю, за что вообще его вручать.
– Этажей двадцать проехали, – заявил Джек. Я мысленно его похвалил. Хоть кто-то считает. Мы прошли почти половину шахты.
И тут мешок нашего квестодателя принялся сочиться мерзкой черной грязью.
– Эй, у тебя протекает, – указал я.
– Пусть, – ядовито заметил Ленобра, вставая во весь рост, оказавшийся неожиданно больше. Да и сам он оказался толще. И шире, особенно в талии. Что он там делал, чтобы так набрать массу, да еще вдобавок и бесполезную? Из мешка пил, что ли?