Тень и искры

– Его лепестки были цвета крови в лунном свете. Они оставались закрыты, пока кто-нибудь не приближался. Когда они открывались, то казались невероятно изящными, словно могли разбиться от легчайшего дуновения ветра, но эти цветы росли дико и необузданно в любом месте, где было хоть немного почвы. Даже в трещинах камней. И они были невероятно непредсказуемы.
Неужели я в самом деле напоминала ему изящный, прекрасный цветок? Не представляла, что во мне можно назвать изящным. Ногти?
– А как цветы могут быть непредсказуемыми?
– Они были довольно темпераментны.
У меня вырвался смех. Глаза бога опять засветились итером. Он перевел взгляд на озеро.
– Поэтому вы их вспомнили?
– Возможно.
– Любопытно, как цветок может быть темпераментным, особенно такой изящный.
– Дело в том, что они только выглядели изящными. – Он приблизился ко мне, убрав руку с камня. – По правде говоря, они были живучими и смертоносными.
– Смертоносными?
Он кивнул.
– Когда они раскрывались, обнажалась их сердцевина. А в ней – иголки с сильным ядом. В зависимости от настроения цветы их выпускали. Одна иголка могла уложить бога на неделю.
– Судя по описанию, изумительный цветок. – И немного пугающий. – Не знаю, считать ли комплиментом то, что я напоминаю вам растение-убийцу.
– Если бы ты их увидела, знала бы, что это комплимент.
Я улыбнулась, польщенная. Наверное, мало нужно, чтобы польстить моему самолюбию.
– А теперь вопрос у меня, – сказал он.
– Спрашивайте.
– Почему ты пришла к озеру? Полагаю, у принцессы есть доступ к большой ванне с горячей водой.
Я напряглась. Совсем забыла, как в гневе выдала, что я принцесса.
– Мне здесь нравится. Озеро…
– Успокаивает? – закончил он, и я кивнула. – Если не считать охотников. Часто ты сюда приходишь?
– Как только могу, – призналась я, изучая его профиль.
Все так странно. Он. Я. Мы. Этот разговор. Как легко мне с ним. Всё.
– Ты никогда не беспокоилась, что кто-нибудь наткнется на тебя?
Я покачала головой.
– Вы первый, кого я увидела в этом лесу, – ну, первый бог. Не считая духов, но они никогда не подходят близко к озеру.
– И никто не знает, что ты здесь?
– Полагаю, некоторые гвардейцы знают, что я бываю на озере, поскольку возвращаюсь с мокрыми волосами.
Он сдвинул брови.
– Трудно поверить, что никто из них никогда не ходил за тобой.
– Я же говорила, люди боятся этого леса.
– Насколько знаю смертных мужчин, многие из них преодолеют любой страх, когда поймут, что можно застать в компрометирующем положении прекрасную женщину. Особенно принцессу.
– Прекрасную?
Я рассмеялась, качая головой.
Он бросил на меня взгляд.
– Не жди, что поверю, будто ты не знаешь о своей красоте. Ты не похожа на жеманницу и до сих пор производила на меня сильное впечатление.
– Я этого и не говорю. Но спасибо, буду спать крепче, зная, что произвожу на вас впечатление.
– Ну, я не был сильно впечатлен, когда велел идти домой, а ты осталась.
Я уставилась на него.
– Но потом ты пнула охотника, и я… ну да, тогда что-то почувствовал.
Я прищурилась.
– Не могу сказать, что был впечатлен, когда мне показалось, будто ты собралась обнять охотника, – продолжал он. – Но потом ты его разоружила. Это было впечатляюще…
– Можете на этом остановиться.
– Уверена?
Поддразнивающая улыбка вернулась.
– Да, – заявила я. – Не знаю, почему до сих пор сижу и беседую с вами.
– Может, ты чувствуешь, что в долгу передо мной, поскольку я присматривал за тобой, пока ты была без сознания.
– Я была без сознания несколько секунд. Вы не несли караул бесконечные часы.
– Я довольно важная фигура. Эти секунды были как часы.
– Вы мне не нравитесь, – сказала я.
Он перевел взгляд на меня. Усмешка держалась на его губах.
– Но ты же понимаешь, что нравлюсь. Вот почему ты до сих пор здесь и больше не угрожаешь выцарапать мне глаза.
Я не нашлась что ответить.
Эш подмигнул.
– Но выцарапать глаза я еще могу, – предупредила я.
– Не думаю. – Он прикусил нижнюю губу, привлекая мое внимание к этому действию. – У тебя ничего не получится, и ты это прекрасно знаешь. Но, помимо этого, ты назвала меня прекрасным, а выцарапанные глаза меня испортят, правда?
У меня вспыхнули щеки – то ли от напоминания о моих словах, то ли от того, как блестела его нижняя губа.
– Перед тем, как это сказать, я повредила голову.
Его смех был не громче шепота.
Я накрутила на палец еще один виток своих волос, сосредоточившись на ряби, бегущей по озеру. Наверное, уже поздно и мне пора домой, но не хотелось уходить и возвращаться в обычную жизнь.
– На что похожа Страна теней?
– Очень похожа на этот лес, – ответил Эш.
Я оглянулась на него – он смотрел на деревья, покрытые пятнами лунного света.
– Правда?
– Ты удивилась.
Действительно удивилась.
– Не думала, что в Стране теней красиво.
– Страна теней состоит из трех разных областей.
Я слегка подскочила, когда его пальцы задели мои и по руке пробежал статический разряд. Повернула к нему голову. Он осторожно высвободил мои пальцы из волос.
– Можно?
Утратив дар речи, я только кивнула, хотя не совсем поняла, на что он просит позволения. Я молчала, а он потянул прядь моих волос и выпрямил локон.
– Есть Бездна, которая сначала приходит на ум, когда представляют Страну теней, – огненные ямы и бесконечные пытки, – сказал Эш, глядя на мои волосы. – Но есть и Долина – рай для достойных.
– А на что похожа Долина?
Он поднял на меня изучающий взгляд. Прошло мгновение.
– Этого я тебе сказать не могу.
– О.
Разочарованная, я опустила взгляд на длинные пальцы, держащие мою руку.
– О том, что ожидает в Долине, нельзя рассказывать никому, ни смертному, ни богу. Даже Первозданные не могут входить в Долину, – добавил он. – Но остальная часть Страны теней подобна прихожей или сельской местности, окружающей город. Там по-своему красиво, но когда-то это была одна из самых великолепных частей Илизиума.