Мама для крошки-дракошки, или жена Хранителя Севера

— Если обледенеют кончики крыльев, то девочка может навсегда остаться инвалидом. — Лерро протянул мне руку. — Скорей же.
— Я с вами, — непререкаемо произнесла Кристин, — неужели вы будете спорить с Предназначенной?
Лерро скрипнул зубом, но подчинился. Однако я, прежде чем занять место в артефактных санях, негромко процедила:
— Скину, если попытаешься помешать.
— Ни секунды не сомневаюсь, — мило улыбнулась Кристин, — родство для тебя пустой звук.
Устало вздохнув, я покачала головой.
— Хватит. Опомнись, из нас двоих именно ты украла чужую искру. Именно ты пакостила мне все это время.
— Из нас двоих, — Кристин нехорошо улыбнулась, — именно ты имела больше свободы. Именно ты могла пойти на ярмарку, или на озеро, или в лес за ягодами. А я сидела дома, выходила в город лишь в сопровождении нонны Шавье и смотрела, как жизнь проходит мимо меня!
— И в итоге ты сделала так, что я стала еще более свободна, — я пожала плечами, — именно ты и твои пакости рассорили меня с родителями и Шордагом.
У подслушивавшего нас Лерро покраснели кончики ушей, так старательно он ловил каждое наше слово.
— Направо. — Я постучала его по плечу.
— Я и так вижу, — крикнул он, не оборачиваясь, — сейчас связь видна очень четко! Держитесь крепче!
Позади нас неслись сани с боевыми магами: Кристин ни на минуту не могла остаться без защиты. Но они все же сильно отставали, нас-то было всего трое, в то время как их было пятеро, да еще плюс нонна Шавье и Рифас.
Мы пролетели между двух скал и запетляли среди огромных валунов.
— Все, где-то здесь, — Лерро устало выдохнул, — сани меня выпили почти до дна.
— Отдыхай, — коротко произнесла я и соскочила на снег, — я чувствую направление.
— Будьте осторожны, леди Фредерика. Эти горы — место последней битвы. Здесь расселины и ущелья появились не вследствие нормального роста гор, а из-за проклятий и ритуалов. Так что каверны и пустоты могут быть где угодно.
И он был прав. Находились и такие провалы, в которых не было снега. От них четко фонило темными проклятьями. Да и снежный наст лежал какими-то странными волнами.
Идти приходилось осторожно, очень уж скользким был наст. Так удивительно ли, что в итоге я все же рухнула и заскользила к краю очередной расселины?
Мне удалось зацепиться за край и даже подтянуться, но внезапно рядом со мной оказалась Кристин.
— Видит Пресветлая, это я не планировала, но не могу не воспользоваться. Ты знаешь, чем хороши магически идентичные близнецы? Когда один умирает, второй получает все магические силы брата. Или сестры.
Яркая вспышка, и я лечу вниз, на камни, лишь слегка припорошенные снегом!
 
Глава 4 
 
Харелт Фойртелерн
Хранитель Севера
Медитация давалась нелегко. На границе сознания кружились тени тревожных мыслей. Но Харелт не зря стал самым успешным Хранителем за последние четыре века. А потому ток его магии был ровным, без какого-либо эмоционального окраса.
— Наши дети полетят уже в следующем году, — шепнул ему замерший рядом дракон, чей колдовской поток то и дел сбоил.
— Следи за силой, иначе твари хаоса почувствуют драконят, — прошипел другой дракон.
Харелт все это проигнорировал. Сейчас его волновало лишь одно: как не упустить контроль над магией и все ли в порядке с дочерью. Все-таки обычно его подобные мысли не тревожили, он всегда знал, где девочка, кто с ней и чем она занята.
«Маэльри и Тимрок должны держаться рядом», — утешил он себя.
Хотя утешение это было очень слабым: все дети были одного возраста и оттого, что собирались вместе, умнее не становились. Опытнее тоже.
Рядом с левой рукой появилась искорка. Кто-то пытался послать голосового вестника. Не кто-то. Лерро.
«Тинран не может не знать, что моя дочь в Старшем храме, а сам я, соответственно, в главном храме», — пронеслась в голове дракона леденящая душу мысль.
— Я забираю поток, — громко и четко произнес Харелт.
А у руки появилась еще одна искра. Вновь Лерро.
— Но, послушайте…
— Моя медитация прослужила на благо наших детей двое суток, двенадцать часов и тридцать восемь минут, — так же громко сказал Фойртелерн, — надеюсь, оставшиеся часы вы удержите вариативный щит самостоятельно.
Легко выпутав силу из общего тока, Харелт поднялся на ноги и выскользнул из зала медитаций.
Едва лишь выйдя на улицу и вдохнув чистый морозный воздух, он послал Лерро вестника. И сдавленно выругался, выслушав новости:
— Твоя дочь вылетела вместе с остальными и упала. Сестра-близнец Предназначенной поймала её крик о помощи, но, к сожалению, исчезла на ровном месте.
Харелт потянулся к дочери, но вместо привычного теплого, солнечного комочка ощутил лишь холодную пустоту.
«Энни, малышка». Дракон похолодел, догадываясь, что могло произойти.
Через мгновение с земли в небеса поднялся черно-серебряный исполинский дракон. Он спешил на помощь к дочери и молил небеса, чтобы не стало слишком поздно.
Фредерика Альтиния Дьерран
Оглушенная проклятьем, я летела вниз. Пытаясь скастовать небесный плат, я вдруг подумала, что подвела Энни. Что была слишком наивна и не допустила и тени мысли о том, что Кристин захочет меня убить.
Всей собой я почувствовала, что дно расщелины близко и…
Запястье обожгло огнем, и в ту же секунду вокруг меня взметнулись крылья небесного плата! Это сложное и весьма специфическое заклятье использовалось для спасения людей во время пожаров. У меня ни разу не получилось его призвать.
Но зато сейчас я уже не падала, а скользила, как по крутой ледяной горке. И пусть в конце меня ждет не мягкий сугроб и хохочущие подружки, а каменная стена, с этим уже реальней справиться.
Подготовив воздушную подушку, я постаралась сгруппироваться, ведь край пористой скалы был все ближе и ближе, и…
Удар!
Ох, кажется, на несколько минут я потеряла сознание. Голова гудит, руки-ноги трясутся, но… Спина в порядке, все пальцы сгибаются, а вокруг непроглядная темнота!
«Но остается вопрос: кто же скастовал плат? Неужели Энни? Наша связь обоюдна?!» — пронеслось у меня в голове, пока я, кряхтя, выбиралась из сугроба и поднималась на ноги.
Здесь, внизу, был куда холодней, чем наверху. С одной стороны, ветра не было, но! Но не было и солнышка.
Запнувшись, я чуть не упала и, ругаясь сквозь зубы, призвала себе на помощь колдовской светлячок. А потом еще один и еще. Я рассылала их в разные стороны, стремясь понять, насколько глубока ж… в которую я угодила.